Нашла коса на камень, или приручение строптивого монарха.

Глава 57. Между двух огней

Пока я представляла все мыслимые и немыслимые способы мщения за пренебрежение к своей персоне, церемониймейстер продолжал бубнить, представляя остальных высокопоставленных гостей. Пришла я в себя от громкого стука церемониального жезла, возвещающего об окончании оглашения имен статусных особ. Двери широко открылись, и в зал потекла толпа остальных гостей.

Затем в центр зала вышел распорядитель свадьбы и хорошо поставленным голосом объявил:

— Торжество по случаю бракосочетания Ее Высочества принцессы Вингельмины Арагонской и барона Деймона Форстера объявляю открытым!

И в эту же секунду дверь с грохотом открылась, и в зал вошел… Эдуард!

Я аж задохнулась, увидев его, и судорожно сжала в руке салфетку. В душе мгновенно поднялась буря противоречивых эмоций: удивление, радость, возмущение и растерянность. Я ведь была уверена, что больше не увижу мужчину, так быстро и бесцеремонно укравшего мой покой! И даже успела немного забыть, до чего же он красив! Его строгий темно-синий камзол был сильно запылен, что было видно даже издали. По всему выходило, что он гнал коня почти всю дорогу и даже не успел переодеться, но, похоже, его это нисколько не беспокоило. Мужчина сдержанно, с достоинством поклонился и в наступившей мертвой тишине произнес:

Император Русии, Эдуард Первый Висконтийский, прибыл, дабы засвидетельствовать свое почтение и поздравить с бракосочетанием Ее Высочество принцессу Вингельмину Арагонскую и барона Деймона Форстера!

И только теперь церемониймейстер отмер, сообразив, что только что гость выполнил, по сути, его обязанности, представив сам себя, и поспешил исправить оплошность, еще раз представив императора, как положено. А затем выделил ему место с самого края ряда столов со стороны родни невесты, усадив Эдуарда ближе к нам, а получилось, что ко мне, ведь я тоже сидела с краю! Между нами оказалось расстояние не больше двух метров, и, когда император обратил на меня свой горящий взор, мне показалось, что между нами проскочил электрический разряд!

Мои щеки мгновенно вспыхнули, дыхание сбилось, а ладони предательски вспотели. Я отвернулась, с большим трудом прервав наш зрительный контакт, и заставила себя посмотреть в сторону. Мой взгляд тут же наткнулся на прищуренные глаза моего жениха, который, как, оказалось, сидел вместе со своей семьей напротив Эдуарда. Или интуиция у принца Герта была отменной, или он что-то заметил по моему поведению, но мужчина с подозрением посмотрел на нас с Эдуардом.

Невидимый оркестр заиграл легкую музыку, и в зал цепочкой потянулись лакеи в парадных ливреях, разнося ароматные и шикарно украшенные блюда. Проголодавшиеся гости, не дожидаясь помощи лакеев, принялись поспешно наполнять свои тарелки. Воспользовавшись суетой, перегнувшись через короля и королеву, Вингельмина зашептала.

— Это он? Да? А ведь красавец! Зря я его стариком называла! Мрачноват правда, вон как глазюками зыркает!

— Вингельмина, что за слова! Правильно сказать, что он с нашей Аэлиты глаз не сводит! — так же тихо прошептала королева.

— Ну, а я как сказала!? — И опять мне, — И что ты теперь будешь делать? Кого выберешь?

Вся королевская семейка выжидающе уставилась на меня.

— С чего вы взяли, что он ко мне приехал? — растерянно пролепетала я.

— А с того, дорогая моя Аэлита, что мы не приглашали на торжество императора Эдуарда! — со значением глядя на меня, пояснил король.

— Ну, мало ли зачем он приехал!? — совсем растерялась я. — Может, затем, чтобы обговорить условия договора о реке Ольшанка и подписать его, наконец.

— Да-да! Именно поэтому император загнал коня, торопясь попасть на бал. Ведь именно на свадебных балах обычно ведутся все деловые переговоры, больше некогда! — усмехнулся Густав Третий.

Я прекрасно поняла иронию в словах «папеньки».

— Ну, я не знаю, — окончательно растерялась я. — А если он и вправду решит мне сделать предложение и если я… соглашусь, это не вызовет войну между королевствами Вергия и Аххар?

— Не вызовет! — махнула рукой королева Элеонора. — У нас была пока лишь устная договоренность. Но, всё же, не хотелось бы портить отношения с соседями, поэтому, девочка моя, постарайся повернуть так, чтобы принц Герт сам отказался от тебя! Ты же это сможешь сделать, не так ли? — и подмигнула мне.

— Интриганки! — как мне показалось, с гордостью произнес король.

Я кивнула, ничего не соображая от царящего в голове сумбура. Я была не готова ни к чему подобному, а для меня настрой в любом деле очень важен, даже в неприятном! Если я настроюсь, то мне и море по колено, с чем угодно справлюсь.

— Дамы и господа! — с места неожиданно поднялся король Густав Третий. — Обратите внимание на блюда с красными флажками, с написанными на них названиями! Это совершенно новые рецепты от моей младшей дочери, принцессы Аэлиты! Она у меня такая выдумщица!

Послышались хлипкие аплодисменты. Но для меня мнение всех этих разряженных аристократов ровным счетом ничего не значило, зато я успела заметить выражение лиц принца Герта и императора Эдуарда на объявление своего названного отца. И я уверена, что он сделал это намеренно, так как, садясь на место, тоже, как и Элеонора, подмигнул мне.

Так вот, услышав, что я «придумываю» рецепты новых блюд, Герт недовольно поджал губы и бросил на меня укоризненный взгляд. В то время как глаза Эдуарда засветились гордостью, и он нежно на меня посмотрел. Я же все еще не верила, что это происходит наяву, но когда музыка заиграла громче, и церемониймейстер объявил первый танец, Герт и Эдуард, глядя на меня, одновременно поднялись со своих мест с явным намерением пригласить меня, но мой брутальный император был куда ближе. Он сделал шаг и протянул мне руку, а я, мгновенно утонув в его глазах, подала ему свою.