Нашла коса на камень, или приручение строптивого монарха.

Глава 17. Невероятные открытия

Эдуард

Вот уже год, как мне не было так интересно жить. С приездом принцесс ни один день не обходился без какого-либо сюрприза или приключения. Хотя, положа руку на сердце, скучный, давно набивший оскомину официальный протокол разбавляла только одна из них — принцесса Вингельмина, или, как она сама себя называла, Гелия.

Красавиц я повидал много, и, честно говоря, в первое мгновение, когда я увидел пеструю стайку этих ярких созданий, особо отметил принцессу Сирену. Эту красивую шатенку с карими глазами и пухлыми манящими губами. Заметил ее поистине царскую осанку, высокую грудь с изящным станом, который так и хотелось обнять и прижать к себе. Пожалуй, именно такой я представлял свою будущую королеву.

Но в следующее мгновение мое внимание привлекла другая девушка. Привлекла и больше не отпускала, постоянно удивляя и восхищая своей смелостью, непосредственностью, умом и даже где-то дерзостью. И это еще не говоря о красоте! Она у нее была самая, что ни на есть настоящая, без толстого слоя белил на лице и искусно подведенных углем глаз.

А еще я никогда не думал, что распущенные волосы у девушки — это так прекрасно! Я привык лицезреть придворных дам исключительно с тщательно убранными волосами, с возвышающимися на их головах высокими прическами, обильно украшенными лентами, цветами и драгоценностями, ну а сверху еще и хорошенько присыпанными все той же пудрой! Иногда я этих напомаженных дам невольно сравнивал с пыльным половиком, выбиваемым служанкой на заднем дворе, когда от него во все стороны расходились облака пыли. Так и со знатных дам при занятии любовью всегда сыпалась пудра. Неприятное ощущение, с которым я с годами свыкся.

Оттого, наверное, и был невероятно удивлен, когда вблизи посмотрел на нежную бархатную кожу лица Вингельмины, начисто лишенную всего наносного. Я восхитился и почувствовал, как стало тесно моему естеству в узких штанах для верховой езды. Оказывается, чистая кожа выглядит куда привлекательнее буквально вываливающихся из глубокого декольте больших грудей.

А еще я был необычайно поражен предложением Вингельмины, выехать на реку для, как она выразилась, «обсуждения на месте дополнительного соглашения по всем спорным моментам совладения рекой». Я и сам порой с трудом могу вспомнить и воспроизвести эту длинную и витиеватую фразу, которая, как это ни странно, не содержала ни одного лишнего слова, не несшего в себе смысловой нагрузки. Просто поразительно не по годам образованная барышня! Так что я с нетерпением ждал этой поездки. Во-первых, мне было интересно, что же такого эта девушка может предложить, до чего я не додумался сам. А во-вторых, я надеялся, что она окажется той самой, которая сможет разделить со мной мои интересы, хотя бы некоторые из них. Но, по правде говоря, на это было мало надежды. Женщины очень любят комфорт, а что уж тогда говорить о принцессе!

Накануне поездки я долго не мог уснуть, вспоминая тот ужасный момент, когда учинил этот унизительный допрос по поводу салата, а именно, кто его приготовил. А ведь у девушки поистине золотые ручки! Я не припомню, чтобы ел что-то настолько вкусное, что даже будучи разъяренным, еле оторвался от этого чудного блюда. А разозлился я из-за того, что испытал страшное, ни с чем несравнимое разочарование. Мне показалось, что Гелия меня обманула. Неужели я всерьез уже вижу ее рядом с собой на троне? Возможно, так оно и есть. Наверное, еще и поэтому я так ждал этой поездки, ведь где, как не в непривычных условиях, по-настоящему раскрывается истинный характер человека.

И все же, еще даже не успев выехать из дворца, я совершенно случайно узнал эту девушку как заботливого и верного товарища, подругу в ее случае. Маясь ночью от бессонницы, я услышал в коридоре какие-то звуки и поспешил выйти, чтобы разобраться, кто это шумит в такой час. А увидев, был просто ошарашен. Вингельмина в очень фривольном наряде буквально несла на себе принцессу Алексену, а ведь та весила раза в два больше нее! Хотя, с другого бока, ей помогала одна из приставленных к ней горничных. Но Тильда скорее больше мешала Гелии, чем помогала. И, конечно же, я помог принцессе донести подругу до ее покоев и даже уложить в постель. А после мы остались наедине…

Меня до сих пор кидает в дрожь, стоит мне вспомнить, как близко мы были друг к другу. Возможно, это лишь моя фантазия, но мне показалось, что дыхание девушки сбивалось, и она даже дрожала. Хочется верить, что не от страха ко мне.

Утром я отослал домой Хельгу, вместе с моим послом и сопроводительным письмом. И уже представлял, как мы с Гелией будем сидеть вдвоем у ночного костра, и как на ее прекрасном личике будут играть отблески пламени... Тем больше удивления и разочарования я испытал, когда ко мне подошла принцесса Алексена и передала просьбу Вингельмины, чтобы я взял с нами всех четырех принцесс.

Этой просьбой, девушка словно выстроила между нами невидимую стену. Я не смог отказать ей в этом, но теперь мы с ней будем вроде бы и вместе, но также далеки, как и в просторных стенах дворца.

И когда я, наконец, увидел Вингельмину в окружении принцесс, то, как ни, странно, она не выглядела довольной, а скорее удивленной. Мне же пришлось срочно озаботиться полагающимся по статусу комфортом для принцесс и распорядиться, чтобы на повозки погрузили походные сборные шатры, мебель, постель, багаж принцесс и продукты питания. Также во вторую подводу сели несколько лакеев и три повара. Испытывая досаду, что увлекательное приключение отменяется, а напротив, ожидает нудное следование протоколу, я предпочел оставить девиц одних и опередить обоз.

Прогулка на природе всегда действовала на меня умиротворяюще, давая остыть моему горячему нраву и составить план дальнейших действий. Но в этот раз дальше, чем разместить и пригласить принцесс к обеду, никак не шло. Так как даже не предполагал, как поведут себя девицы, и какие увеселения потребуют. И все же я не собирался развлекать их и далее, только сегодня, ну и, возможно, вечерами, дни же будут посвящены обсуждению с Вингельминой совместного владения рекой нашими королевствами. Как это будет выглядеть, я даже не представлял, так как сначала было необходимо выслушать предложения Вингельмины, ну а там, как сложится.

Проводив Гелию к столу, мы едва начали обедать, когда подошел лакей, передав, что повара просят нижайшего прощения, но жаркого не будет, так как мясо испортилось после нескольких часов пути по жаре. Я удивился, такое на моей памяти было впервые. Извинившись перед девицами, пошел поговорить с поварами.

Наверное, чтобы не пропустить чего-то действительно стоящего внимания, нужно ненадолго отлучиться. Ведь я вернулся практически сразу, но был невольно остановлен обидными и злыми словами Сирены и Бьянки, летевшими в адрес Вингельмины, а затем и Алексены. Не в моих привычках влезать в женские споры, но Сирена и Бьянка точно перешли все мыслимые границы, жестоко оскорбляя других принцесс.

Но едва я открыл рот, чтобы остановить творящийся беспредел, как внезапно Вингельмина громко ударила кулаками по столу, а затем встала. И в наступившей тишине твердым голосом, с едва сдерживаемой яростью так отчитала обеих злобных принцесс, что у меня буквально дар речи пропал! Настолько ловко и мотивированно она сумела поставить этих девиц на место, не забыв указать и важную политическую подоплеку их поступка, грозящего развертыванию военных действий, что, пожалуй, и я лучше бы не смог это до них донести.

В самом же конце своей эмоциональной речи Вингельмина обозвала Бьянку и Сирену змеюками и пожелала неприятного аппетита! После этого она практически бегом направилась в свой шатер. Опасаясь, как бы в сердцах девушка чего не натворила, я последовал за ней. Но она почти сразу выскочила оттуда, неся в обеих руках свои очень странной конструкции большие котомки. Я догнал ее и, забрав их, постарался хоть немного взбодрить девушку, сказав, что тоже переезжаю на берег реки. Правда, где она там будет спать без шатра, спрашивать пока не стал, дав девушке немного остыть и прийти в себя.

Едва мы оказались на песчаном берегу, Вингельмина, смешно нахмурив брови, осмотрелась по сторонам. Я не мог понять, что именно она ищет, но заинтригованно ждал. Наконец, она указала мне пальцем на самый ровный участок пляжа, рядом с которым росло раскидистое дерево.

— Сюда, пожалуйста, поставьте сумки!

Я послушно выполнил ее просьбу, с нетерпением ожидая продолжения. Я знал, что с этой девушкой не соскучишься, но сейчас я даже и не предполагал, что может последовать далее.

Отодвинув одну из котомок подальше, она открыла вторую. А затем начала доставать оттуда палки, веревки, странную шуршащую, словно бумага, ткань и, судя по звуку, металлические колышки. А после этого начались поистине настоящие чудеса! После этого, я думаю, что больше ничто не сможет меня настолько сильно удивить! Так если до сих пор я считал, что принцесса может если не вышивать, то максимум приготовить самостоятельно салат, то сегодня убедился в обратном!

Вингельмина, ни на секунду не задумываясь, начала ловко соединять между собой и сгибать тонкие палки, сооружая из них каркас, похожий на крышу кибитки. Затем в ход пошла та странная шуршащая ткань темно-синего цвета. Покрутив ее так и этак, девушка начала продевать сквозь нее те самые тонкие и гибкие палки. Когда и с этим было покончено, она уперла центральную палку в землю и принялась растягивать почти готовый маленький шатер, закрепляя его углы теми самыми металлическими колышками. Тут я, наконец, отошел от столбняка и бросился помогать девушке. Вскоре на пляже уже возвышался небольшой, необычной конструкции шатер.

— Не слишком ли он низкий? — в сомнении почесал я бровь.

— В самый раз! — довольно улыбнулась принцесса, отряхивая от песка ладони.

— Вингельмина, а позволите туда заглянуть?

— Конечно, смотрите! — кивнула она и повернулась ко второй котомке.

— Ой! Полог не открывается!

— Ваше Величество, тут всё просто, — девушка опустилась рядом со мной на колени и провела рукой по пологу снизу вверх. Послышался странный жужжащий звук, и полог открылся.

Отодвинув его рукой, я заглянул внутрь. Пусто и довольно светло. Сквозь тонкую ткань шатра еле пробивался свет уже заходящего за горизонт солнца.

— Вингельмина! Но здесь очень низкий потолок, ходить невозможно, да и тесно, куда, же мебель ставить?

— А мебель тут не нужна! Как и ходить в полный рост не придется, это просто место для сна. Зато палатку легко с собой носить, собирать и разбирать. И для этого совсем не надо брать с собой столько слуг и тем более грузить шатры на подводы! — пояснила улыбавшаяся девушка, прижимая к груди какой-то сверток.

— Но как, же там спать, на земле? — задал я следующий вопрос, уже догадываясь, что ответ на него я как раз и вижу.

— Сейчас покажу! — И, не успел я опомниться, как принцесса, ловко закинув свой сверток внутрь этой «палатки», быстро юркнула следом.

Немного там пошуршав, она позвала:

— Ваше Величество, смотрите!

Передвигаясь, как не подобает императору, я также на коленях заполз внутрь этого странного маленького шатра и буквально нос к носу столкнулся с довольно улыбающейся девушкой. Насколько я помню, такой, как сейчас, я ее видел впервые, и именно с той самой минуты, как она занялась сооружением этого маленького домика. Но вот принцесса отодвинулась вглубь шатра, и я увидел, что сижу уже на каком-то плотном, но приятно пружинящем коврике. А слева от меня лежит длинный мешок в рост взрослого мужчины, только у одного его конца имеется небольшое отверстие.

— Что это?

— Это и есть моя кровать! — глаза довольно улыбающейся девушки горели азартом и радостью. Я попробовал представить на ее месте Бьянку или Сирену или другую аристократку и лишь потряс головой, прогоняя это нелепое видение.

— Но как, же на ней спать? Где перина, подушка и одеяло? Да и от земли вам будет холодно! Что мне скажут ваши батюшка и матушка, если по моей вине вы простудитесь!?

Вингельмина задумалась, прикусив нижнюю губу, а затем ее глаза вновь сверкнули задором, и она предложила:

— А вы, Ваше Величество, забирайтесь внутрь и сами попробуйте. Там очень тепло!

— Я!?

Понятное дело, отказаться от такого я просто не мог, да и не хотел! Интереснее приключения со мной еще никогда в жизни не было. Опасных сколько угодно, но таких, когда каждую минуту меня бы ждало нечто неожиданное и поражающее воображение, ни разу!

С помощью принцессы я все же залез в этот странный кокон для сна. И, по правде говоря, мне там очень понравилось! Действительно, было мягко и уютно!

— Ну, как Вам? Нравится? — в глазах девушки я видел нетерпение, очень ей хотелось услышать похвалу.

— Нравится! — поспешил я ее успокоить. — Настолько, что и вылезать не хочется!

— Ну и спите здесь! — улыбнулась принцесса, и мне кажется, у нас с ней одновременно вытянулись лица, осознавая, что именно она сейчас сказала. По сути, она приглашала мужчину остаться у нее в опочивальне!

— Вы не так поняли! — щеки девушки предательски зарделись. — Я предложила вам взять этот мешок себе!

— Мешок?

— Да, это называется «спальный мешок».

— Но где, же тогда вы будете спать?

— А у меня есть еще один! — И вновь эта чудесная лукавая улыбка.

— Еще один? Но зачем?

— Это двухместная палатка, ну, на двух человек! Вот и мешков спальных на нее два положено, — пояснила Вингельмина и уставилась на меня своими огромными зелеными глазами. Время словно замерло, и невозможно долгое мгновение мы глядели друг другу в глаза. Но тут девушка глубоко вздохнула и резко наклонилась ко мне. У меня же перехватило дыхание, а в районе паха разлился жар, так как вдруг показалось, что она меня сейчас поцелует, но принцесса всего лишь опять быстро провела рукой по спальному мешку слева, затем справа и выпустила меня на свободу. Я же поспешил выбраться из него, пока мое желание не стало слишком очевидным. С сожалением покинув этот уютный шатер, я вновь заглянул внутрь и спросил:

— Вингельмина, вы на ужин пойдете к принцессам? Или, учитывая вашу недавнюю… размолвку, предпочитаете, чтобы ужин вам сюда принесли?

Девушка светло так улыбнулась.

— Благодарю за заботу, Ваше Величество! Но я с удовольствием поужинаю и просто печеной картошкой! Сейчас пойду костер разжигать.

— Вы и это умеете!? — невольно вырвалось у меня.

— И это, и еще много чего другого! — со смехом ответила девушка, вылезая из шатра. — Вы только, пожалуйста, попросите у поваров сырой картошки и еще соли!

А я лишь смог кивнуть, буквально оглушенный талантами этой невероятной девушки и радостным предвкушением. Все же мы посидим с ней вместе под звездным небом у костра!