Нашла коса на камень, или приручение строптивого монарха.

Глава 23. Как снег на голову

Эдуард

Пожалуй, впервые в своей жизни я не получал удовольствия от купания в море. В этот раз оно служило мне скорее способом хотя бы частично остыть и еще — спрятаться! Да, я не смог отказаться от предложения Вингельмины. Словно под гипнозом стащил через голову рубаху и, не отрывая взгляда от маняще виляющих ягодиц девушки, вошел в воду.

В воздухе мелькнуло практически нагое, обтянутое странным черным костюмом, тело и с тихим плеском скрылось под водой. Я в удивлении замер, но затем ощутил сильное волнение: слишком долго Вингельмина не выныривала. Как вдруг вдалеке раздался еще один всплеск, и над водой появилась голова девушки.

— Ваше Величество, догоняйте! — Она махнула рукой и быстро начала удаляться.

Я нырнул и мощным гребком послал свое тело сквозь толщу воды, догоняя беглянку. На удивление, принцесса оказалась хорошей пловчихой, и мне пришлось изрядно постараться, чтобы догнать ее.

Вингельмина улыбалась, глядя на меня, и совершенно не выглядела уставшей. Я смотрел на ее смеющееся лицо, но перед глазами стояло ее практически обнаженное тело, затянутое в полностью закрывающий ее прелести костюм, но в то же время облегающий и подчеркивающий все его изгибы.

— Теперь давайте назад наперегонки! — задорно крикнула девушка.

В повторном заплыве с большим отрывом победил я. Хотя что-то мне подсказывало, что принцесса мне попросту поддалась. Теперь она дышала более глубоко, но уставшей по-прежнему не выглядела.

Она мне что-то говорила, но я не слышал, напряженно глядя на ее вздымающуюся грудь с заметно выделявшимися сквозь черную ткань твердыми сосками. Я даже не предполагал, что полностью скрытый, но обтянутый материей бюст женщины выглядит куда соблазнительнее, чем практически обнаженный и еле сдерживаемый глубоким декольте наряда.

Мне в лицо попала вода, и я удивленно заморгал, вытирая ее рукой. Но тут же получил новую порцию соленой воды. Принцесса заливисто засмеялась и принялась быстрыми движениями брызгать в меня водой. Я поначалу лишь прикрывался, но затем сделал, то же самое в сторону Вингельмины. Девушка охнула и на мгновение удивленно замерла, а затем с громким смехом принялась еще быстрее работать руками, не давая мне и головы поднять. Улучив момент, я обрушил на принцессу еще больше воды в ответ. Она взвизгнула и ушла с головой под воду. Пока я озирался, она уже вынырнула позади меня.

— Сдаюсь, сдаюсь! Ваше Величество, давайте немного передохнем, — помахала она рукой, улеглась на спину и закрыла глаза.

Волны легко покачивали расслабленно лежащую на воде девичью фигурку, и вскоре ее практически прибило ко мне. Так и хотелось дотянуться и взять девушку на руки. Я попятился назад, не сводя взгляда с ее идеальных форм. Только сейчас я понял, что именно такая, вроде бы скрывающая все самое интересное, но одновременно подчеркивающая все изгибы тела, одежда способна вызвать самое сильное, ранее неизведанное влечение.

— Ну что, наверное, пора возвращаться? Я с трудом оторвал взгляд от ее длинных, совершенной формы ног. Вингельмина спокойно, без всякого стеснения смотрела на меня, ожидая ответа.

— Да, наверное, и, правда, пора, — с трудом сбрасывая с себя оцепенение, кивнул я. Только вам ведь нельзя идти... в таком виде!

Девушка удивленно распахнула глаза и встала на ноги, скрывшись под водой до самого подбородка. Я грустно вздохнул, уже не имея возможности видеть ее прелести. Но, с другой стороны, я порадовался, что меня также не видно, толща воды скрывала мой конфуз.

— Так я и не пойду в таком виде! — хмыкнула она. — За елочкой сниму купальник, а платье надену! Я зарычал, ушел с головой под воду и открыл глаза. Вот только зря я это сделал, так как прямо перед моим лицом, слегка подсвеченное заходящими лучами солнца, оказалось тело девушки, только руку протяни! Отфыркиваясь, я поспешил вынырнуть и наткнулся на насмешливый взгляд Вингельмины.

— Ну, так кто первый будет выходить, вы или я?

— Давайте вместе! Принцесса кивнула, и, отвернувшись, в два сильных гребка, подплыла ближе к берегу.

Мы выходили бок о бок, не глядя друг на друга. Я же, немного приотстал, и, подняв брошенную на берегу, рубашку, быстро надел ее.

— Я готова! — голос девушки, прозвучал совсем близко, что я невольно вздрогнул от неожиданности.

Привык, что обычно женщины тратят слишком много времени на то, чтобы принарядиться. Хотя о чем это я! Вингельмина всего лишь сняла… Стоп! Опять мысли меня не туда уводят. Вернусь в замок, вызову через своего камердинера тех самых девушек для особо деликатных услуг. Этих двоих я выбрал еще пару лет назад, и теперь, когда мне необходима разрядка, они приходят. И об этом никто, кроме Рикардо, не знает, да и девушки попались на редкость неболтливые, впрочем, зато им и хорошо приплачивают. Кстати, одна из них удивительным образом похожа на Вингельмину, вот ее-то я и вызову.

За этими мыслями я не заметил, как мы вернулись в лагерь. Не обнаружив принцессу рядом, я обернулся. Она стояла около сосны и что-то делала с веткой.

— Вингельмина, что случилось? — вернулся я назад.

— Да бретелькой купальник зацепился за ветку!

Я не совсем понял, что она сказала, но эта ее черная вещь действительно запуталась. Открутив и оторвав от ствола тонкую гибкую ветку, я быстро извлек ее из странной ткани. Не торопясь вернуть плавательный костюм хозяйке, я задумчиво его ощупал. Ощущение было очень необычным, будто я держу в руках хорошо обработанную тонкой выделки кожу. Вот только… нет, не показалось, эта странная тряпица тянулась! Просто чудеса! Надо будет сблизиться с императором Вергии, очень уж необычные и чудесные вещи они делают! И не только вещи. Принцессу воспитали так, что… даже и не знаю, кто из императоров рискнет на такой жениться. Да, похоже, ей суждено править в своей собственной стране и только единолично, с ее-то характером!

Вытянув из моих рук свой купальный костюм, Вингельмина скользнула в малый шатер, я же направился в свой. Было необходимо переодеться к ужину. Солнце уже село, и сумерки быстро накрывали место нашей стоянки. От костров, на которых повара готовили ужин, шел упоительный аромат жарящегося на вертеле мяса.

Споро переодевшись, я вышел из шатра и чуть не столкнулся со спешащим ко мне с докладом гвардейцем.

— Ваше Величество! — прибыла подвода с горничными и нарядами для принцессы Вингельмины.

— Отлично! Наряды занести вот сюда, — я указал на пустующий шатер неугомонной принцессы, — горничных накормить и привести сюда же, когда мы отужинаем.

Все четыре принцессы в нетерпении уже прохаживались у нашего стола и вдыхали аромат жаркого. Я занял свое место, и девушки тоже поспешили присесть, последней, как всегда, явилась Вингельмина.

На ужин повара приготовили запеченного на вертеле молодого кабанчика. Нарезав его порционно, лакей разложил мясо по тарелкам. В дополнение к жаркому подали салат из овощей и вино. И я уже в который раз убедился, что аппетит у дам на свежем воздухе куда лучше, чем во дворце. Даже не дававшая мне за обедом покоя Сирена ужинала, молча, лишь изредка бросая на меня многозначительные взгляды.

Убедившись, что принцессы наелись, я обозначил столовыми приборами окончание трапезы и встал из-за стола.

— Ваше Величество! Не желаете ли перед сном прогуляться под луной? — Карие глаза Сирены томно смотрели на меня из-под длинных темных ресниц.

— У меня есть предложение получше! И уже громче добавил для всех девушек: «Приглашаю вас, Ваши Высочества, посидеть со мной у костра. На десерт у нас сегодня светлое пиво и сушено-соленые дары моря».

В ответ услышал одно отчетливое «фи», как мне показалось, от Бьянки.

— Ваше Величество, а что такое «пыво»? — поинтересовалась Сирена, неприятно исковеркав название этого благородного напитка.

— Не «пыво», а «пиво», — прошу запомнить. Это напиток на основе ячменного солода и хмеля.

— Ваше Величество! Вот прибывшие горничные, — гвардеец, козырнув, подвел к нам четырех служанок. Девушки мгновенно шагнули к своим подопечным.

— Вингельмина, а как же ты? — удивилась Резетта, глядя на одиноко стоящую пятую принцессу.

— Я сама просила не привозить никого. Уж два дня сама справлюсь, — пожала плечами девушка.

— А где они будут спать? В моем шатре места и так мало! — высокомерно заявила Сирена.

— Пусть занимают мой шатер, я все равно в нем не ночую, — великодушно предложила Вингельмина.

— Ваше Высочество, — обратился я к ней, — в вашем шатре сложены ваши наряды.

— Да? Пойду, посмотрю, — с этими словами девушка покинула нас, а я повел остальных принцесс к вчерашнему кострищу. Сирена и Бьянка заметно морщились и фыркали по любому поводу. И вся та манерность, что весьма мило и уместно смотрится во дворце, здесь казалась напыщенной и наигранной.

Началось с того, что принцессы напрочь отказались садиться на расстеленные на земле одеяла, на застеленные ими же бревна тоже. В конце концов, лакеи принесли им стулья, которые у костра смотрелись очень неуместно. Резетта и Алексена покладисто расположились прямо на земле, на толстых одеялах. Вскоре, переодевшись в свой любимый костюм с обтягивающими штанишками, вернулась Вингельмина и, как ни в чем не бывало, принялась деловито подкидывать в огонь поленья. Видимо, что-то пояснив подругам насчет своего внешнего вида и совершенно не обращая внимания на возмущенные восклицания двух других принцесс, потерев друг о друга ладошки, подняла на меня взгляд.

— Ну, Ваше Величество! Где же обещанный десерт?

Я сделал знак лакеям, и те, подбежав к реке, выудили из нее корзину с охлажденными кувшинами с пенным напитком, следом принесли соленую закуску.

В этот раз без хоть какого-то подобия стола было не обойтись. У одной из кибиток гвардейцы отломили скамеечку возницы и поставили ее рядом с костром. Не дожидаясь, пока принесут скатерть, Вингельмина быстро накрыла ее плотным прозрачным куском ткани, который, как я понял, тоже был в ее вещах. А затем, выставив на наш импровизированный стол бокалы, лакей наполнил их пенным напитком. На большое блюдо высыпали рыбную закуску и, подняв бокалы, я предложил поднять тост за… — и вот тут я растерялся, не придумав уместного повода.

— За то, что так хорошо сидим! — выручила меня Вингельмина и радостно улыбнулась.

Звякнув стеклом, мы чокнулись, и принцессы осторожно отпили из своих бокалов.

— Фу! Какая гадость! Как вообще это можно пить?! — и Сирена демонстративно вылила напиток в траву.

Я почувствовал сильное раздражение, но, скрипнув зубами, сдержался от крепкого словца, зато не сдержалась Вингельмина.

— Ну и зачем было выливать? Ни себе, ни людям! Мы его издалека везли! Не нравится — не пей! Это ж, сколько эгоизма в человеке! И как же вы, Ваше Высочество, став Величеством, будете заботиться о благе государства? Только о себе и думаете!

— А ты вообще, плебейка, молчи! — зашипела Сирена, некрасиво скривив лицо. — В мужской одежде ходишь, срамница! Упс! А вот уже и повод начать военные действия между нашими королевствами! Это же прямое оскорбление королевской дочери! И насколько я помню, войско Вергии куда многочисленнее, чем войско королевства Эйштар. Если я не права, Ваше Высочество, то поправьте меня!

Вингельмина, говоря всё это, вовсе не выглядела оскорбленной. Насколько мне показалось, она просто дразнила Сирену.

— Хотя вряд ли вы сможете мне возразить, — продолжала, как ни в чем не бывало, девушка, потягивая пиво и заедая сушеными кусочками рыбы. — Я даже могу назвать численность войск всех стран на нашем континенте.

Но Сирена не стала вступать в заведомо проигрышный спор, по-видимому, будучи неосведомленной в делах государственных. Она поставила пустой бокал на землю, встала и, с обидой на меня посмотрев, гордо удалилась в свой шатер. За ней, осторожно поставив едва початый бокал с пивом на столик, ушла Бьянка.

— Меньше народа, больше кислорода! — фыркнула им вслед Вингельмина. Правда, кто такой этот Кислород, так и не пояснила.

После ухода высокомерных принцесс стало намного приятней. Полная луна ярко освещала наш импровизированный стол, и распробовавшие пиво Алексена и Резетта азартно перебирали сушеные кусочки рыбы, споря, какая именно вкуснее.

А мы с Вингельминой продолжили разговор про рыбный заводик и способы приготовления и сохранения улова. Затем я рассказывал услышанные мною от рыбаков истории, а Вингельмина делилась различными, неизвестными для меня сведениями о рыбалке, море и даже о морской капусте. Правда, она сказала, что научное ее название — ламинария и что существует ее множество видов. Есть и несъедобные, но в основном она очень полезная и будет спасением для моряков, вынужденных проводить в море много времени. Тогда у них не будут кровоточить десны и люди перестанут умирать.

Я все больше удивлялся этой девушке, ведь просто невозможно столько всего знать! И я спросил у нее, где она взяла подобные книги? На что девушка ответила, что ее отец очень любит полезную литературу и у него во дворце собрана огромная библиотека, содержащая книги по различным направлениям и наукам.

Общаясь с девушкой, я незаметно для нее все же бросал время от времени взгляд на ее бедро или стройную ножку в диковинных облегающих штанах. И что-то мне подсказывало, что спать я сегодня буду беспокойно.

Голоса девушек стали чуть громче, и они завозились, поднимаясь с одеял.

— Нет, Гелия, я хочу спать с тобой! В твоем шалаше! — запротестовала захмелевшая Алексена.

Вингельмина с Резеттой переглянулись, и Вингельмина обратилась ко мне с просьбой помочь довести подругу до ее палатки. Мы вдвоем подняли ее, а Резетта тем временем, подхватив одеяла, быстро расстелила их в маленьком шатре рядом со спальным мешком.

Доведя Алексену до палатки, я с трудом протиснулся внутрь этого крайне малого шатра и осторожно потянул девушку на себя. Но она споткнулась о край настила и упала, увлекая за собой поддерживающую ее сзади Вингельмину. Я успел подставить руки, приняв на них вес Алексены, а сам быстро откатился в сторону, где на меня и приземлилась хозяйка этого жилища.

На удивление, реакция у нее оказалась на высоте, как, впрочем, и все остальное. Она успела сгруппироваться и приземлиться на руки, уперев их по сторонам от моей головы. Волосы девушки черной шелковой волной накрыли нас, словно пологом, отделив от всего остального мира, тем неожиданней и неприятней прозвучали над нами слова:

— Ну, ты, братец, и даешь! Сразу двух принцесс завалил! Может, поделишься?