Нашла коса на камень, или приручение строптивого монарха.

Глава 34. Тупик

И все же я уснула. Мое измученное непривычным долгим переходом, да еще верхом на коне тело из двух приятностей выбрало самую насущную, а именно сон! Поэтому мне не удалось, вдоволь понежиться от ощущения тепла тела любимого мужчины. Увы, я уже совершенно ясно осознавала появление этого несвоевременного чувства. Единственное, что я могла, — это стараться убеждать себя подумать об этом позже, когда разрешится ситуация с принцессами и гипотетическим захватом власти. Как бы то ни было, мне казалось, что произошла какая-то ошибка, а на самом деле Артан ждет брата назад и недоумевает, отчего он не возвращается!

Наутро я проснулась с ощущением какой-то неправильности. Мне вроде бы было тепло, но, с другой стороны, очень неуютно. Чуть шевельнувшись, я поняла, что за моей спиной никого нет. Моя «персональная грелка» покинула меня. Наверное, по утренним делам отлучился. И мне бы тоже не помешало это сделать. Но без сопровождения, когда некому покараулить, страшновато. Выпростав из-под теплого тяжелого кафтана руку, потерла заспанные глаза и осмотрелась. Алексена тоже лежала, накрытая чьим-то кафтаном, и пока еще спала. Но зато, судя по начинающемуся копошению, народ уже вставал.

С сожалением скинув с себя нагретую мною за ночь гору из платьев и кафтана, я поднялась и с наслаждением потянулась. Спортивный костюм, — самая удобная одежда в походах по лесу, уютно, все прикрыто и не мнется. Поежившись от утренней прохлады, обула свои изрядно растрепавшиеся туфельки на низком каблучке и пошла, будить Алексену.

Подойдя ближе, обомлела, а потом коварно улыбнулась. Позади принцессы, прижавшись к ней своей могучей спиной, спал Ефим. Потрогала девушку за руку, и, едва та открыла сонные глаза, сделала ей знак молчать. Осторожно помогла ей подняться из уютного ложа и показала на «грелку» за ее спиной. Алексена от удивления открыла рот, а затем смущенно зарделась.

Накинув ей на плечи кафтан, прикрыли спящего богатыря ворохом платьев принцессы и, хихикая, отправились по своим делам.

Вернувшись, застали всех мужчин проснувшимися и бодрыми. Вот только они, поглядывая на бородатого гвардейца, прятали невольные улыбки и отворачивались.

— Аль! Похоже, мы подставили твоего воздыхателя! — шепнула я принцессе на ухо, усаживаясь на коврик.

— Што? Как ты меня нажвала? Кого поштавили?

Я вздохнула.

— На какой вопрос первый отвечать? Увидев непонимающее лицо принцессы, махнула рукой. — Аля — это твое укороченное имя. Алексена длинно очень. Полное имя подойдет для чужих и официальных встреч. Ты же меня зовешь Гелия?

— Жову!

— А я — Вингельмина. Поняла?

— Да! — с готовностью кивнула принцесса, получая из рук императора утреннюю, куда меньшую, чем вчера, пайку.

— А «подставили» — это… ну, редко употребляемое слово, обозначающее «подвели», «выдали». Поняла?

— Поняла! — кивнула она и указала на протянутый мне завтрак. Эдуард терпеливо ждал, когда я обращу на него внимание, и улыбался одними глазами. Я невольно залюбовалась его искрящимися зелеными радужками глаз и легкой полуулыбкой, тронувшей его красивые чувственные губы.

Принцесса многозначительно покашляла, а я вздрогнула, вдруг осознав, что мы с императором, молча, пялимся друг на друга. Лицо и шею опалило жаром, а это значит, что их залил предательский румянец. Мне так стало неловко!

Сспасибо! — выдохнула я, протянув руку за своим завтраком. Мимолетное касание к пальцам мужчины, и меня словно током ударило, что я едва не выронила еду на землю. Ни на кого не глядя, я начала есть, не чувствуя вкуса и боясь подавиться, что было бы легко, учитывая, что воды всем досталось всего по одному глотку.

После быстрого и скудного завтрака мужчины взялись оседлывать коней, а я принялась сворачивать полотнище палатки. Ко мне подошла принцесса и предложила помощь, я удивилась, но с радостью ее приняла. Упаковав в сумку палатку, я нацепила на талию свой пояс, подвесила кинжал, веревку и намотала на него свой купальник. А оба своих многострадальных платья, перекинула через холку коня. Затем, мы аккуратно положили во вторую сумку, наряды Алексены. Видя, что мужчины еще заняты, отозвала Алексену в сторонку.

— Аля, я тут тебе хотела кое-что предложить. А именно помочь научить выговаривать трудные для тебя звуки. Например, «с».

— «Ш», — повторила девушка.

— Ну, ты меня поняла. Если ты, конечно, не возражаешь?

— Нет-нет, я хочу! — поспешила она ответить.

— Тогда смотри, как нужно располагать язык, когда ты произносишь этот звук...

Через несколько минут император скомандовал продолжить путь. Наши сумки уже были приторочены позади седел. Я уселась на коня сама, а вот Алексене понадобилась помощь ее верного «оруженосца». Ефим с готовностью подставил ладони под ножку принцессы. Я невольно улыбнулась, но, почувствовав, что на меня смотрят, вскинула глаза и успела заметить, как император отвел от меня грустный взгляд. Неужели расстроился, что мне помощь не понадобилась? Я отвернулась, борясь с противоречивыми и смущающими меня чувствами.

— Ваше Высочество! — тихий голос предмета моих дум снова заставил вздрогнуть, и я досадливо поморщилась, еще примет меня за какую-то неврастеничку.

— Да, Ваше Величество! — нацепив на лицо масочку «кирпичика», повернулась я к Эдуарду.

— Прошу вас, наденьте! Сейчас еще в лесу прохладно с ночи, простудитесь! — И на плечи мне снова опустился его камзол, опять теплый и опять кружащий мне голову от исходящего от него запаха небезразличного мне мужчины.

Дальше, примерно с час, мы привычно лавировали между сосен и редких колючих кустов. Алексена тихонечко что-то бормотала себе под нос, чем вызывала недоуменные переглядывания мужчин. Я же делала вид, что совершенно ничего странного не замечаю.

Вскоре я обратила внимание, что лес начал редеть и стало значительно теплей. Солнце уже поднялось довольно высоко и его лучи, много лучше проникали между соснами, согревая землю и нас, путников.

— Ну, вот мы дошли до гор на границе Аххара! — Эдуард остановил коня, и указал на просто сказочную красоту!

Я не удержалась и ахнула!

Мы стояли на вершине пологого холма, а перед нами открывался поистине волшебный вид! Множество зеленых холмов различной высоты и крутизны напоминали «американские горки» и одновременно дорогу «серпантин». То там, то здесь росли зеленые островки леса, а в самой низине между холмами отливали голубым круглые и овальные озера и даже сверкали два водопада!

— Вода! — выдохнула Алексена.

Уверена, что красивый пейзаж увидела лишь я одна, все остальные смотрели исключительно на воду. Лошади не были исключением, они, в отличие от нас, вообще не пили со вчерашнего дня.

Внимательно оглядев окрестности и убедившись, что в пределах видимости никого нет, мы начали медленно спускаться в низину. Мне вообще было страшно, казалось, что я сейчас попросту скачусь по седлу на шею своему коню, а потом и своим ходом с холма.

— Вингельмина!

Я резко повернулась на голос, даже не сразу узнав его, настолько испугалась спуска.

— Смотрите! Немного передвиньте стремя вперед и усильте в него упор, и коленом тоже. Но положение корпуса не меняйте! — Вы меня поняли? — монарх внимательно глядел на меня, ожидая ответа.

— Поняла, — кивнула я, немедленно приступив к выполнению рекомендаций и при этом, не забывая стрелять глазами на то, как сидят в седле мои спутники, и увидела, как подробный инструктаж с Алексеной проводит Ефим.

Наконец, первый в моей жизни опасный спуск был позади. Кони, раздувая ноздри, втягивали свежий запах воды и, натягивая поводья, ускоряли шаг. Наконец, мы остановились у ближайшего водоема и спешились. Вода прозрачная, видно, как рыбки резвятся в глубине. Император взял под уздцы своего и моего коня и повел животных на водопой. Но сначала мужчины наполнили свои фляжки и напились сами, принеся и нам с Алексеной воды.

Коням не дали пить вволю, пояснив, что иначе будут тяжело идти. Но по пути у нас станут часто встречаться водоемы, так что не страшно, еще попьют позже. Немного отдохнув, мы снова пустились в путь. Вскоре мое восторженное любование окружающим пейзажем потеряло свою остроту.

Мы несколько часов ехали между холмами, изредка поднимаясь и спускаясь с них, и теперь это не вызывало у меня каких-либо затруднений. Император ехал в начале нашей небольшой колонны, уверенно указывая путь. Я ехала следом за ним и тайком любовалась его идеальной посадкой да широкими плечами, а ветер иногда доносил до меня его запах, и я тихо млела.

Позади меня ехала Алексена, и все время тихо бубнила себе под нос. Было понятно, что девушка упорно повторяет показанное мною упражнение, что не могло не вызвать уважения. Подъехав ко мне, принцесса бойко проговорила с десяток слов с буквой «С», и почти все у нее прозвучали как надо. Я похвалила ее за такие заметные успехи и показала, как правильно произносить букву «З», девушка повторила. Император, видимо, услышал за спиной странные звуки и, обернувшись, внимательно посмотрел на нас. Поняв, чем именно мы занимаемся, улыбнулся мне и кивнул.

Вскоре нам попалось очень удачное местечко, где рядом с небольшим озерцом росли деревья. Расседлав лошадей и стреножив их, Ефим и Майло отправились на охоту. Хотя я не представляла, на кого здесь можно охотиться, за всё время петляния по холмам я не увидела ни одного зверька.

Дит вошел в рощицу и, отыскав сухое дерево, принялся его рубить. Звук топора эхом разносился по холмам. Император, нахмурившись, осматривал окрестности. Затем, велев Диту прекратить, отправил его и Тима искать сухие ветви на земле. Вскоре мужчины вернулись с хворостом. Особо толстых веток там не было, и что-то мне подсказывало, что и углей от них будет недостаточно. А это значит, что, если и будет добыча, то есть нам ее придется, полусырой.

Едва дрова начали прогорать, пришли и охотники. И, как ни странно, не с пустыми руками. Их добычей стали два жирных сурка, отец их еще называл байбаками. Майло быстро разделал зверьков в сторонке, причем, завидев это, Алексена аж позеленела. Ну да, если учесть, что она до сих пор видела мясо только на столе, в готовом виде на фарфоровой тарелке тонкой работы.

Нанизав обе тушки на заостренные с одного конца зеленые ветки, их, наконец, положили на вкопанные по обе стороны костра рогатульки. Вскоре над холмом поплыл восхитительный аромат мяса! Глядя на эти худосочные, без шкурок тушки, я понадеялась, что они все же прожарятся.

Получасом позже я ела самое восхитительное мясо в своей жизни! Не зря говорят, что «голод — самая лучшая приправа»! Хотя мясо было посолено, видимо, у этих мужчин все с собой припасено на всякий случай.

Минут пятнадцать отдохнув после не очень сытного позднего обеда, император дал сигнал выдвигаться. Но тут мужчины насторожились. А вскоре и я услышала явно приближающийся топот копыт мчащихся лошадей. Быстро набросив на рогатули попону, чтобы скрыть дымок, мы спрятались в лесочке и, выглядывая оттуда, увидели, как в левую сторону между двумя холмами промчались четырнадцать всадников.

— В нашу сторону скачут! — прорычал Ефим.

— Будем надеяться, что нам не совсем по пути, — глаза императора потемнели, и он стал похож на того венценосного мрачного типа, которым я увидела его впервые.

— Ничего, Ваше Величество, прорвемся! — хищно сверкнул глазами Майло.

— Так оно так, но с нами девушки! — Вздувшиеся желваки императора говорили о его беспокойстве. Дальше едем осторожно! Вперед высылаем разведчика! Майло, ты первый! Тим, будешь ездить с донесениями.

Оба мужчины, козырнув монарху, ускакали вперед. Набрав еще воды и напившись, мы двинулись следом. Дальнейший путь мало походил на увеселительную прогулку. Император хмурился, тщательно проверяя наш путь. Долгих привалов мы больше не делали, торопясь засветло успеть доехать до особняка.

И вот, наконец, когда солнце уже коснулось горизонта, мы вышли из очередного лесочка и увидели слева большое овальное с поросшими камышом берегами озеро. А правее возвышался белоснежный двухэтажный особняк с черепичной двускатной крышей и высокими стрельчатыми окнами. Но в нескольких из них, был виден свет и тени передвигающихся в доме людей!