Нашла коса на камень, или приручение строптивого монарха.

Глава 5. Завтрак с императором

Я вздрогнула, а мое сердце пропустило удар. Посреди зала, расставив ноги, стоял высокий широкоплечий красавец и пристально нас разглядывал. Мы же, словно бандар-логи на питона Каа, затаив дыхание, смотрели на него.

Судя по всему, Эдуард только что вернулся откуда-то, так как на нем еще была верхняя одежда, которая чем-то неуловимо напоминала одежду викингов. На нем был темно-синий камзол до середины бедра с воротником стойкой, а поверх него с плеч ниспадал длинный кожаный плащ, окантованный темным мехом. Кожаные коричневые штаны и такие же сапоги завершали образ древнего воина и охотника.

Видимо, растрепавшиеся от ветра темно-русые волосы мужчины открывали красивый лоб с двумя вертикальными складками между широкими бровями. Римский нос с четко очерченными ноздрями, высокие скулы, чувственные губы, чуть прикрытые усами, и короткая борода, обрамляющая волевое, словно высеченное из камня, лицо, делали молодого монарха необычайно привлекательным! Это было редкое сочетание мужественной красоты и магнетической притягательности.

Монарх королевства Русия, словно сканируя, медленно и молча, разглядывал принцесс, отчего каждая из них, зардевшись аки маков цвет, опускала глазки долу. Я последней была удостоена его внимания. Пристальный тяжелый взгляд из-под бровей прошелся по мне снизу доверху, особо задержавшись на моем лице и желтом цветке в прическе, пробудив в моей душе что-то первобытно-дикое и в то же время восторженное. Наши взгляды схлестнулись, и я словно нырнула в водоворот образов, где по степи скачут дикие мустанги, а за ними с лассо в руках гонятся всадники в развевающихся меховых накидках. Где-то на краю моего восприятия картинки громко завыла собака, и я вздрогнула, возвращаясь в здесь и сейчас.

Эдуард первым отвел взгляд, а я ощутила себя брошенной и осиротевшей. Передернув плечами, скинула с себя это наваждение, этим движением снова приковав к себе внимание монарха. И он, наконец, заговорил. Его бархатный низкий с легкой хрипотцой голос вызвал во мне табун мурашек, что я даже не сразу поняла, о чем именно он говорит.

— Ваши высочества! Приношу извинения за скромный прием и слишком долгое ожидание аудиенции. Но я ждал, пока вы все соберетесь, чтобы потом каждой отдельно не повторять. Я понимаю, что не ваша вина, что вы вынуждены были совершить столь утомительный путь. По сути, вы явились орудием своих же родителей и выполняете их волю. Но чтобы вы не тратили понапрасну свои чары и свое красноречие, поясню. Я не собираюсь жениться, по меньшей мере, в ближайшие лет пять! И также не собираюсь отказываться от намерения вернуть границы своего королевства до прежних пределов. Так что, дабы не отнимать у вас понапрасну время, после завтрака я прикажу приготовить ваши экипажи к обратной дороге.

А у меня после этих слов аж сердце ухнуло куда-то вниз, едва я поняла, что мне придется уехать от «мистера совершенство» назад, где меня вряд ли будет ждать теплый прием. И в лучшем случае меня выдадут замуж в угоду политическим мотивам королевства Вергия, а моего мнения уж и подавно не спросят! А ведь, направляясь сюда, я уже заранее была готова и на такую жертву, так как услышала от Вингельмины, которая сейчас Аэлита, что Эдуард — старик, хотя да, наверняка в представлении восемнадцатилетней девушки так оно и есть. Всё это буквально вмиг пронеслось у меня в голове, и едва Эдуард, кивнув нам на прощание, повернулся, чтобы уйти, я шагнула вперед и крикнула:

— А если Вергия не собирается просить оставить ей реку Ольшанку?

Мужчина остановился и замер. Затем медленно повернулся. Его пронзительные глаза удивленно и пытливо смотрели прямо на меня. И я только сейчас заметила, что они у него такие же ярко-зеленые, словно молодая трава.

— Пожалуй, я поторопился с решением, — пророкотал он, а я аж забыла, как дышать, с волнением ожидая, что он скажет.

— Вы все останетесь в моем замке в качестве почетных гостий на... неделю!

Девушки разочарованно охнули.

— Да, немного, но это хоть какой-то шанс выполнить полученное вами задание. В любом смысле лучше, чем сегодня же уехать назад. Та из вас, которая за это время меня больше всех меня удивит, получит шанс на удовлетворение ее просьбы! — Эдуард стоял, сложив руки на груди, и снова исподлобья гипнотизировал нас хмурым взглядом.

Принцессы удивленно переглядывались и перешептывались. Затем одна из них, набравшись храбрости, задала вопрос:

— Ваше Величество! А как мы должны вас удивлять, в чем?

Мужчина хмыкнул.

— Ну, если вам нужен пример, то он перед вами, — и перевел взгляд на меня. Тут же вслед за ним на мне скрестилось еще пять.

— Меня удивила необычная прическа принцессы Вингельмины, — и я буквально физически ощутила, как его взгляд прошелся по моим волосам и снова задержался на цветке.

И я только сейчас я обратила внимание, что у остальных девушек на голове удобно расположились «башни» из волос, украшенные цветами, лентами, бантами и драгоценностями. Я одна была с распущенными волосами.

— А еще меня удивило сообщение, что ее родители не хотят оставить себе спорную территорию. Сгораю от любопытства, но все, же потерплю до определения победительницы. И сразу хочу вас предупредить! Друг за другом повторять не советую, так как чему-то новому я могу удивиться только один раз! Итак, милые дамы, прошу вас проследовать в обеденную залу!

Далеко идти не пришлось. Из приемного зала дверь сразу вела в обеденный, который оказался таким же по размеру. Посередине стоял длинный стол, накрытый белоснежной скатертью и красиво сервированный.

Эдуард уже успел скинуть свой подбитый мехом плащ, и теперь я смогла по достоинству оценить ширину плеч этого и без того шикарного образчика стопроцентного тестостерона. Сглотнув, я поспешила отвернуться, боясь, что он заметит к своей особе повышенный интерес с моей стороны и чересчур возгордится.

Монарх занял место в торце стола, а принцессы поспешили занять кресла как можно ближе к нему, образовав даже небольшую толкучку у одного из ближайших к монарху мест. Я же и не думала торопиться, помня золотое правило: держаться «поближе к кухне и подальше от начальства».

Не успев занять свое место, я увидела на стенах большие полотна живописи, написанные маслом, на которых были изображены натюрморты из фруктов, кувшинов с вином, дичью, в том числе жареной и истекающей мясным соком. Снова ощутив направленный на меня тяжелый взгляд монарха, подняла на него глаза.

— Ваше величество! Позвольте посмотреть поближе? — кивнула я на картины, почувствовав, что где-то нарушила этикет. Но уж очень было любопытно!

— Конечно, смотрите! — приподнял одну бровь монарх.

Я спешно подошла к первому полотну, затем, еле оторвавшись от созерцания сочной грозди винограда и спелых, покрытых нежным пушком персиков, перешла к следующему. А разглядывая тушку целиком зажаренной птицы с золотистой хрустящей корочкой, почувствовала, насколько я голодна. Я обошла зал по кругу, секунд по тридцать задерживаясь у каждого полотна и поражаясь таланту неизвестного живописца. Вблизи холст казался, измазан грубыми и быстрыми мазками краски различных цветовых оттенков, но стоило сделать шаг назад, как они превращались в совершенно натуральные продукты, написанные настолько искусно, что мне даже мерещились исходившие от них настоящие ароматы.

Тихо стукнули двери, и послышался шорох множества ног. Я обернулась. Несколько лакеев в желтых с синим ливреях, следуя друг за другом цепочкой, несли накрытые крышками пузатые блюда. И лишь жареный лебедь гордо плыл на открытом овальном подносе, притягивая к себе все внимание.

Я сглотнула и поспешила занять свое место, дальнее третье, по левую руку от монарха. Лакеи синхронно поставили блюда на стол и также одновременно сняли с них крышки, явив моему взору множество красиво оформленных ароматных, но не узнанных мною яств.

Принцессы, тихонечко обращаясь к приставленным лакеям, указывали, что именно положить им на тарелку. Воспользовавшись таким бесценным примером, я поманила своего прислужника, спросив у него, в каком блюде что находится. Названия мне, конечно же, ни о чем не сказали, поэтому я, прервав его, попросила просто перечислить, что из чего приготовлено. Если коротко, то было несколько различных каш, что мне не очень понравилось. А вот на что я буквально сделала стойку, так это на все мясные и в том числе рыбные блюда, а также на те, где были в составе лесные грибы! Обожаю!

Едва моя большая тарелка наполнилась, я в предвкушении облизнулась, уже собираясь приступить к завтраку, как напротив меня раздался тоненький голосок одной из принцесс.

— Ваше величество! А где приборы?

Действительно, ни слева, ни справа от себя, ни вилки, ни ножа я не обнаружила и перевела удивленный взгляд на Эдуарда. Мужчина, глядя куда-то поверх своей тарелки, уже завтракал. Причем, пользуясь приборами, коих не было ни у одной из нас. Судя по его отсутствующему взгляду и слегка нахмуренным бровям, дума его была куда серьезней, чем наша мелкая проблема. Остальные девушки, видимо, побоялись беспокоить монарха, поэтому промолчали.

Мой желудок возмущенно взвыл от такой вселенской несправедливости, да так, что это было слышно всем присутствующим. Я бросила быстрый взгляд в сторону короля, но, по счастью, он сейчас мысленно был не с нами, что меня очень порадовало. А возмущенные взгляды принцесс я попросту проигнорировала. И то, можно подумать, я могла приказать голодному желудку не издавать восторженные рулады, видя и чувствуя такой ассортимент аппетитных блюд. И все же проблема отсутствия приборов оставалась нерешенной. Как ни странно, но лакеи, которые должны были всё время трапезы стоять на шаг позади каждой гостьи и прислуживать, волшебным образом испарились! Мы с девушками растерянно переглянулись.

Но затем голод буквально зубами вгрызся в мой несчастный желудок, и я, наплевав на все приличия и этикет, начала есть руками! Для начала я приподнялась и варварским способом буквально выкрутила огромный окорочок из зажаристой тушки лебедя. Давно хотела попробовать эту царскую птицу! И, усевшись на свое место, с наслаждением вгрызлась в ее нежнейшее и сочное мясо.

Принцессы ахнули и зашушукались, обсуждая мое невоспитанное поведение. А я, прожевав, сказала вслух, ни к кому конкретно не обращаясь:

— Лучше быть невоспитанной, но сытой, чем воспитанной умереть с голоду!

Как ни странно, мое высказывание повлияло на одну принцессу, ту, что сидела по правую руку от меня. Полненькая блондинка, подцепив двумя пальчиками грибочек в своей тарелке, отправила его в рот и блаженно зажмурилась, чуть ли не замурчав.

— Ммм, а так даже вкушнее! — И без перехода, — я Алекшена, королевштво Аххар!

— Приятно познакомиться! А я Вингельмина, можно просто Гелия, королевство Вергия.

Отложив недоеденный окорочок на край тарелки, я задумчиво посмотрела на жареные грибы в сливочном соусе и заячьи почки, тушеные в вине и сметане. И там, и там был соус, так что фокус, как с лебединой ногой, здесь явно не пройдет. И тут мое внимание привлекло блюдо с тонкими лепешками, чем-то напоминающими лаваш из моей прошлой жизни. Чуть не взвизгнув от радости, я зацепила одну и, чуть повозившись, скрутила из нее нечто вроде черпачка, которым немедленно начала ловко орудовать.

Краем глаза, успев заметить, что к лепешкам тут же потянулись все принцессы. Улыбнувшись уголками губ, я с аппетитом принялась уплетать всевозможные вкусности со своей тарелки, запивая полусладким легким розовым вином. Так как пальцы, так или иначе, пачкались в соусах, я, не стесняясь, вытирала их льняной накрахмаленной салфеткой. А что, сами виноваты, что приборы не подали и лакеев отозвали! Хотя кто их отозвал? Мой желудок уже практически прекратил подавать моему мозгу сигнал SOS, и тот уже вполне мог задумываться о других, отвлеченных, не касающихся еды вещах. Так вот, он-то мне и подсказал, что единственный, кто мог отослать всю обслугу из гостиной, — сам монарх! А значит, вывод напрашивается сам собой!

Я очень аккуратно, из-под опущенных ресниц, посмотрела на Эдуарда. Мужчина продолжал есть, но уже как-то неохотно, словно для вида, а сам практически незаметно, исподлобья обводил взглядом с аппетитом завтракающих принцесс.

Проследив за его взглядом, я еле сдержалась, чтобы в голос не рассмеяться. Девицы, увлекшись поеданием многочисленных вкусностей, уже не стеснялись вовсю пользоваться руками, собирая вкусный соус «лопаточками» из лепешек и просто белым хлебом, макая его в подливу. На платьях некоторых из принцесс красовались некрасивые жирные пятна. Ну, прям ни дать, ни взять хрюшки на выгуле! Надо же, оказывается, чтобы из благовоспитанной принцессы сделать невоспитанную замарашку, необходим лишь небольшой голод и отсутствие столовых приборов!

Развеселившись за чужой счет, и немного забывшись, мне резко стало не по себе, когда я ощутила на своем лице тяжелый взгляд монарха и быстро прикрылась бокалом, сделав вид, что я пью вино.

Справа от меня еле слышно звякнуло. Скосив глаза, я увидела, как Эдуард положил особым образом на тарелку столовые приборы, что, согласно этикету, означало, что прием пищи окончен! Я быстро промокнула губы салфеткой и чинно сложила руки на коленях. К счастью, я уже вполне наелась и пребывала в благодушном настроении, готовая к новым подвигам, а также и к новым испытаниям Его Величества! Я что, в квестах не участвовала!? Удивили козла морковкой!

Император Эдуард поднялся из-за стола, и все принцессы немедленно последовали его примеру. Удобно, когда есть за кем посмотреть, так как я на своих ускоренных курсах «Юной принцессы» могла что-то не усвоить.

— Благодарю, ваши высочества, за высокую оценку кулинарного таланта моего повара! — мужчина обвел взглядом измазанные соусами и подливами тарелки принцесс, а также заляпанную скатерть и их платья. Лишь мой наряд был чистым, а на тарелке присутствовал относительный порядок. Что, впрочем, подметил не только император, но и девушки поспешили наградить меня хмурыми взглядами. Можно подумать, это я виновата, что они ели так неаккуратно! Ну что ж, мне не привыкать, «на войне как на войне»!

— Также, учитывая, что времени погостить у меня во владениях у вас не так уж и много, предлагаю его не терять и начать с прогулки в саду. Жду вас в тенистой беседке через час, ваши служанки вас проводят. А пока предлагаю вам немного отдохнуть после завтрака и… освежиться. — Последнее слово явно было произнесено с особым значением, и я бы сказала, что с издевкой, хотя лицо мужчины оставалось серьезным.

Лакеи распахнули двери, первым проследовал на выход Эдуард, а мы гуськом потянулись вслед за ним. К счастью, наши служанки уже ждали нас поодаль, а то я точно бы так до вечера блуждала без шансов найти свои гостевые покои. Тильда встретила меня улыбкой и затаенным любопытством в глазах. Я не выдержала и подмигнула девушке, давая понять, что обязательно всё расскажу, когда останемся вдали от посторонних глаз и ушей.