Нашла коса на камень, или приручение строптивого монарха.

Глава 53. Дни и ночи

С того памятного разговора прошло десять дней, вернее, даже пролетело. Уж чего-чего, а скучать мне не приходилось. Лишь ночами я долго засыпала, мучая себя вопросом, а могло ли всё сложиться иначе, если бы я вела себя по-другому? И плохо спала, зачастую просыпаясь от снящегося мне одного и того же кошмара, как Эдуард говорит мне, что я ему не нужна, и, развернувшись, уходит.

Но зато с раннего утра и до позднего вечера я находилась в гуще событий, в основном связанных с предстоящей свадьбой Вингельмины. Мы дегустировали различные блюда, а также десерты, я не удержалась и вставила свои «пять копеек» в свадебное меню. Шокируя поваров и поварят, мы с Гелией в фартуках вдохновенно орудовали на кухне, презентуя работникам ножа и поварешки неизвестные им кулинарные шедевры! В основном это были мои любимые салаты, да еще торт «Наполеон» и пирожное «Картошка».

Моей названной сестричке по душе пришлось новое увлечение, и она лишь жалела о том, что раньше не знала, как это, оказывается, весело — готовить. А я, не желая портить принцессе развлечение, не стала уточнять, что это интересно только в виде хобби, но не в режиме «семь дней на три раза в день» и на триста шестьдесят пять дней в году! И уж тем более в праздничные авралы! Чем дитя не тешится...

Собственно, да, Вингельмина как-то быстро приняла мое первенство, с азартом поддерживая меня в любой авантюре. А я и рада была стараться! Тем более что я сама осознавала, что мне совсем недолго осталось резвиться на свободе, делая то, что мне хочется. Ведь вскоре придется вести себя согласно дворцовому протоколу, а иначе меня и вправду запрут, как душевнобольную. Надо заметить, что я так распоясалась лишь с согласия «матушки», так как она понимала всё это и хотела хоть чем-то меня утешить перед браком по расчету.

Как и было заранее оговорено, мы с Вингельминой сначала надевали похожие наряды да делали одинаковые прически. Принцессе очень полюбилась коса «колосок», а благодаря умелым рукам наших камеристок, как, оказывается, нужно правильно называть моих личных горничных, эти чудесного плетения косы превращались в сложные изысканные причёски!

Мы много гуляли по дворцовому саду и выезжали с эскортом в карете на прогулку по городу, и даже один раз побывали на ярмарке. Хотя последнее мне вовсе не понравилось! Сначала.

Вместо того чтобы гулять между торговыми рядами со всеми ее посетителями, прицениваясь к различным товарам и примеряя наиболее понравившиеся, мы шли по свободному широкому проходу, очищенному специально для нас расторопными гвардейцами, а столпившийся за спинами нашей охраны народ с любопытством на нас пялился и, перешептываясь, обсуждал.

— Чувствую себя, как обезьянка в клетке! — в сердцах прошептала я, мечтая скорее отсюда убраться.

Веселого шопинга с приобретением всего не особо нужного, но просто понравившегося, увы, не получилось. Лишь Вингельмина чувствовала себя, как рыба в воде, с удовольствием ловя на себе восхищенные взгляды мужчин и завистливые — женщин.

— Гель, пойдем отсю… — но тут мой взгляд упал на развлекательный аттракцион, напоминающий тир в моем мире, только вместо ружья предлагалось стрелять из лука и арбалета. Призами же были совершенно разные вещи, начиная от мешка с зерном, живого петуха и козы, до отреза ткани и самовара.

Я забыла обо всем на свете, и ноги сами понесли меня туда! Бедный хозяин данного аттракциона аж шарахнулся, когда вслед за мной ринулись бравые молодцы, косая сажень в плечах.

— Сколько стоит один выстрел? — С горящими от предвкушения глазами я взяла в руки идеальной формы арбалет и провела по узорному, отполированному сотнями рук прикладу. Ясень или тис?

Хозяин вскинул на меня удивленный взгляд.

— Ясень, Ваше Высочество разбирается в арбалетах?

— Да так, немного. Так сколько стоит выстрел?

— Для Вас бесплатно! — робко улыбнулся плюгавенький мужичок, приближаясь к стойке и украдкой косясь на окруживших нас с Вингельминой гвардейцев.

— Спасибо, конечно, но я планирую выиграть у вас все призы! Так что повторяю свой вопрос. Сколько?

Полчаса спустя территория рынка опустела, собрав и сконцентрировав весь народ вокруг постепенно сжимающегося под напором зевак кольца наших охранников. В котором я, периодически меняя лук на арбалет и обратно, методично выбивала все мишени.

Бедный хозяин тира уже устал бледнеть и краснеть, мысленно подсчитывая свои убытки, и теперь сидел в уголке своей будки, обреченно подавая мне новые стрелы и арбалетные болты. Еще минут десять, и абсолютно все призы были мною выиграны. Бледный хозяин тира беспомощно развел руками.

— Ну, поздравляю, Ваше Величество! Все призы ваши! Пожалуй, ради такого зрелища не жалко и разориться, — грустно улыбнулся мужчина.

— Я вам тоже благодарна за доставленное удовольствие! — вернула я ему улыбку. — Но я не позволю вам разориться. Заплатите хозяину за все, что я выиграла! — повернулась я к старшему нашей охраны. И тут же в руки мужчины опустился увесистый мешок с монетами. Судя, по ошарашено распахнутым глазам, получил он куда больше, чем стоит весь его бизнес вместе с палаткой и оружием.

— Ооо! Ваше Высочество! Вы так щедры!

Народ, все еще продолжавший наблюдать за бесплатным представлением, удивленно выдохнул и заволновался.

Мм, Питер? — обратилась я к старшему гвардейцу, оплачивающему наши покупки. — Распорядитесь, чтобы раздали людям всё, что я выиграла! Только пусть всё отдают лишь женщинам.

— Слушаюсь, Ваше Высочество!

Уже в карете, направляясь во дворец, Вингельмина восхищенно поцокала языком.

— Ну, ты, сестричка, не перестаешь меня удивлять! Скажи, ты хоть чего-то не умеешь?

— Еще как! Я не умею ездить в женском седле.

Распахнув на меня удивленно глаза, девушка фыркнула, а затем мы с ней вместе громко засмеялись.

— И все же, где ты научилась так стрелять? — продолжила допытываться она. — Ты мне об этом не рассказывала.

— Да разве всю жизнь расскажешь за несколько дней! Я в юности занималась в секции стрельбы из лука и арбалета. И у меня, кстати, неплохо получалось!

— Неплохо!? Да ты ни одного раза не промахнулась! — засмеялась Вингельмина. — Видела бы ты лица гвардейцев нашей охраны! Уверена, теперь они о тебе легенды слагать будут, да в пример ставить!

— Ничего, вот уеду в королевство Аххар, и вскоре все забудут обо мне! — мое радостное настроение на всех парах устремилось к отметке «ноль».

— Да что ты! Скорее, это история начнет обрастать все новыми подробностями. И ты станешь легендой, принцессой-воительницей! Гелия ободряюще потрепала меня по плечу, как вдруг раздался треск, и карета начала заваливаться набок.

Ухватиться было не за что, и мы с визгом повалились друг на друга.

— Ты цела? — едва убедившись, что мои руки-ноги двигаются и даже почти не болят, я принялась ощупывать тихо постанывающую сестру.

— Не знаю, плечо ноет, ударилась сильно!

В то же мгновение левая дверца, находящаяся в данный момент на потолке, открылась.

— Ваши Величества, с вами всё хорошо? — взволнованный голос Питера был для меня как бальзам на израненную душу. Ведь я уже успела даже подумать, что аварию подстроили нарочно и нас хотят похитить. Видимо, сказывалась полная приключений поездка в Русию.

Когда нас извлекли, Питер заверил, что сейчас же пошлет во дворец за другой каретой, и, распорядившись об этом, отвел нас в находящуюся неподалеку таверну. Хозяйка, пышнотелая грудастая молодуха лет тридцати, чуть из юбки не выпрыгнула, пытаясь угодить нам с Гелией и одновременно строить глазки бравому вояке. На столе мгновенно появилось жаркое, квас, горячий чай, пирожки и что-то еще. Но я лишь успела отпить глоток травяного чая, как мое внимание привлек шепот подавальщицы, обслуживающей соседний столик. Разговор шел о Русии!

— Неужели принц не останется в своей стране? Я не понимаю, как можно уехать из дворца, отказавшись от шикарной и богатой жизни? — томно возводя глаза к потолку, вопрошала прилично одетая женщина, видимо, из зажиточных.

— Точно-точно уезжает! Вчера у нас на постой останавливался гвардеец из охраны императора, так он мне сам так и сказал, что Его Высочество решил отправиться в длительное путешествие!

— Да с чего бы гвардеец самого императора стал тебе выдавать государственную тайну?

— Ах, Мадлен! И чего только мужик не выболтает после целого кувшина вина да в кровати с красоткой.

Дальше я уже не слушала. Острая, словно шило, боль впилась мне в сердце, оставшись там тупой занозой. А ведь я уже смирилась, что мне не быть женой Эдуарда, согласилась выйти замуж на кого мне укажут приемные родители, да и находилась от нас Русия довольно далеко. Так отчего же мне аж физически стало больно, едва я подумала, что он уедет еще дальше от меня, и еще сильнее натянется и без того туго натянутая нить от моего сердца к этому бессердечному брутальному красавцу с пронзительно-зелеными глазами!

Едва усевшись в присланную для нас карету, я, молча, уткнулась в плечо Вингельмины и зарыдала. А принцесса, ничего не спрашивая, гладила меня по спине, давая выплакаться.