Нашла коса на камень, или приручение строптивого монарха.

Глава 22. Ум и женское коварство

После такого вот, лишающего всякой надежды на взаимную любовь, уговора император пригласил меня вернуться под тент к столу и начать обсуждение взаимовыгодного сотрудничества наших королевств.

Со стола уже было всё убрано. Галантно пододвинув мне стул, Эдуард извинился и ненадолго отлучился. Вернулся он через несколько минут с большой картой, которую немедленно развернул на столе, и стопкой бумаги. Следом один из лакеев принес чернильницу с пером.

— Вот, Вингельмина, смотрите! — наклонился он над картой и, проводя рукой по извилистой голубой линии. — Это, как вы понимаете, река Ольшанка. Вот здесь — речная пристань, а здесь, как раз сразу за устьем реки, в морской бухте — морская. Суда для ловли рыбы вы видели. Может, появились какие вопросы?

— А? Что? — Не заметив, как это случилось, я невольно зависла, разглядывая мужественный профиль императора, склонившегося над картой. Волнистый темно-русый локон упал ему на лицо, и он убрал его небрежным жестом. — Да, есть пара вопросов, — быстро сориентировалась я, настраивая себя на рабочий лад.

— Ваше Величество, сколько времени обычно рыболовецкие шхуны находятся в море?

Мужчина выпрямился и задумался.

— Ну, чаще не более одного дня. Это собиратели водорослей. А китобои, бывает, что и на неделю уходят в море. И я еще забыл сказать, что морскую рыбу мы с недавних пор не ловим, слишком часто бывают случаи отравления.

— Что? — вспомнив про вкусную камбалу, минтай, лемонему, хек и треску, я очень удивилась. — Отравление рыбой? — Я наморщила лоб, вспоминая. — Насколько я знаю, действительно есть ядовитые виды рыб, такие как морской угорь, морской окунь, рыба-попугай…

Я резко замолчала, заметив устремленный на меня удивленный взгляд мужчины, но автоматически продолжила размышлять вслух. — Я, конечно, мало что об этом помню, но знаю, что это связано с ядовитым планктоном — мелкими рачками, которыми питаются маленькие рыбешки, а уж ими более крупные рыбы. Яд накапливается в их организме, поэтому люди ими и травятся.

— Откуда? Откуда вы столько знаете? — прохрипел удивленно император, сверля меня пронзительным взглядом.

— Много книг прочитала, а еще я умею не только слушать, но и слышать! Недостаток у меня есть такой: учиться люблю. И вообще, голова дана не только для того, чтобы в нее есть и шапку носить. В нашем случае — корону. — Я присела на стул и продолжила свою отповедь, потому что уже не могла остановиться. — Мой отец вообще хочет меня сделать своей преемницей. Я выйду замуж за своего кузена и буду править Вергией, а муж мой будет лишь консортом. Поэтому в моих интересах договориться с вами, Ваше Величество, о нашем плодотворном сотрудничестве. А теперь продолжим!

А дальше было около двух часов обсуждений. Во время которых выяснилось, что большую часть рыбы Русия вылавливает именно в реке. В море же основным промыслом был китовый жир и водоросли. На рынки страны и к столу Его Величества свежая рыба поставлялась сначала по реке на баржах. Они тащили за собой специальные садки в виде длинных треугольных деревянных ящиков с просверленными в дне и боках отверстиями, необходимыми для свободного доступа внутрь свежей проточной воды. Сверху эти ящики имели дверцы, которые запирались на замок.

А вот посуху рыба потом перевозилась или на санях в бочках с водой, или пьяным способом. Это когда в жабры рыбе наливали тридцати восьмиградусное вино, после чего оборачивали сырым мхом и укладывали в ящики. Таким способом свежий улов выдерживал дорогу до суток и более. Это всё касательно доставки рыбы в свежем виде, после чего ее было необходимо как можно скорее употребить в пищу.

Но вот на долгое время рыбу сохраняли только солением, других способов здесь не знали. Тогда я рассказала императору в общих чертах о таком способе, как консервирование, и поведала о том, что можно готовить вкусные блюда из рыбы, называемые «консервами». Готовить их можно в масле, томате или в собственном соку, и приправ при этом понадобится совсем немного: соль, перец, лавровый лист и растительное масло. Ну и, конечно, потребуется термическая обработка. Такую готовую рыбу можно будет перевозить на любые расстояния и долгое время хранить. И это уже, по сути, будет полноценное самостоятельное готовое блюдо.

Единственной проблемой была только тара для этих консервов, так как в этом мире стеклянные емкости изготавливались вручную и были слишком дороги. Хотя неплохой альтернативой консервных банок могут стать небольшие глиняные горшки, крышки которых будут наглухо закупориваться.

Так что за пару часов в общих чертах мы обсудили будущее производство по обработке, приготовлению и сохранению улова. Также я заметила, что похожим способом можно консервировать «морскую капусту». Если я правильно поняла, ее они засаливают так же, как и рыбу.

И да, самое главное! Именно рабочая идея о переработке рыбы и была той платой, которую Вергия предлагала в качестве своего рода «откупных» для получения разрешения пользоваться Ольшанкой наравне с Русией.

Надо сказать, что император очень и очень вдохновился этой идеей! Оставалось только ему лично убедиться, что таким способом приготовленная рыба получится на самом деле вкусной.

Я сказала ему, что готова немного приготовить на пробу, но для этого, кроме собственно рыбы, приправ и масла, мне потребуется несколько глиняных горшочков с крышками.

На этом мы пока и разошлись. Солнце уже клонилось к горизонту. Самая жара спала, но было очень душно. От сильно нагревшейся за день земли поднимался горячий, дрожащий над самой землей прозрачным маревом воздух. Я огляделась, повара пока не разжигали свои костры, отдыхая в тени кибитки. Неподалеку от пасущихся на опушке леса коней под раскидистой сосной расположились гвардейцы, некоторые из них спали, остальные играли в какую-то азартную игру. Только лишь двое из них несли дозор, прохаживаясь и зорко оглядывая окрестности.

Девушек тоже не было видно. По всей видимости, у них был послеобеденный отдых. А мне спать не хотелось, но просто до ужаса захотелось искупаться в море! Я скользнула в свою палатку и достала из сумки слитный черный купальник с тонкими белыми обводами по его контуру. Когда я его загадала над сундуком, а затем извлекла, то даже не была уверена, что вообще удастся им воспользоваться. И все же я захватила купальник с собой на всякий случай. К счастью, сейчас представится возможность его обновить!

Переодевшись, пожалела, что у меня нет большого зеркала. Но, судя по всему, смотрелся купальник хорошо, ну, или я в купальнике. Он был максимально закрытым, лишь сзади верхняя часть спины, была оголена. Надев сверху, то самое платье, в котором я приехала на природу, заплела волосы в косу, перекинула через плечо льняное полотенце, и вылезла из палатки.

У воды, о чем-то задумавшись, стоял император. На нем по-прежнему была белая рубашка, только лишь рукава он себе позволил закатать до локтей, обнажая мускулистые, перевитые венами предплечья.

Узкие черные штаны были закатаны до колен. И вообще, мужчина стоял босиком у самого края воды, и медленные волны с барашками пены омывали его ступни. Да уж, зрелище — смерть благочестивым мыслям! Отведя взгляд от полураздетого императора, я направилась было за палатку, помня разделение, где в данном случае девочкам было сказано идти налево. Но резко остановилась, представив, какой поднимется переполох, если я уйду, никого не предупредив.

— Ваше Величество! — позвала я, приложив к глазам руку козырьком. Заходящее за горизонт солнце красным заревом светило мне прямо в лицо.

Император обернулся.

— Вы куда-то собрались?

— Да, хочу сходить искупаться, — махнула я рукой в нужную мне сторону. — Жарко очень!

— Искупаться!? — И столько удивления было в его голосе. Мужчина медленными шагами направился ко мне. Остановившись неподалеку, обвел меня задумчивым взглядом.

— Вообще, я тогда подумал, что вы пошутили!

— Почему? — признаюсь честно, я просто тянула время. Понимала, что веду себя как мазохистка, но ничего не могла с собой поделать. Мне просто хотелось его задержать разговором, чтобы подольше полюбоваться. Очень уж император был красив! Его темно-русые волнистые, с выгоревшими концами, волосы обрамляли мужественное лицо с четкой линией скул, а яркие зеленые глаза таинственно мерцали из-под густых бровей.

— Ну, женщины обычно не купаются в реке, а тем более в море, — медленно, словно осторожно подбирая слова, пояснил мужчина.

— Уверена, не потому, что им этого не хочется! — более резко, чем было необходимо, ответила я и упрямо вздернула подбородок, ожидая нападок и возражений от монарха. Но, как, ни странно, услышала другое.

— Я не могу отпустить вас одну! Не уверен, что вы хорошо плаваете. Тем более море — не река, здесь бывают весьма опасные волны, которые утаскивают в глубину.

— Так вы хотите пойти со мной? — дело принимало все более пикантный поворот.

— Да.

Ну что ж, коротко и ясно.

— И вы хотите на меня смотреть, когда я буду плавать?

— Да.

Внутри меня забурлили пузырики веселья, стоило мне лишь подумать, какой Эдуарда сильный «Кондратий хватит», стоит ему только увидеть меня в купальнике.

— Не думаю, что вам можно лицезреть меня в таком виде. Все же я не ваша жена и даже не невеста, — я откровенно начала подшучивать над императором, при этом удерживая серьезное выражение лица.

— Как? Вы будете купаться… — голос мужчины мгновенно охрип, и он даже не договорил фразу. Но зато за него прекрасно все сказал его жадный взгляд, которым он окинул меня с головы до ног и обратно.

— Нет! Ну что вы! Для этого у меня есть специальный купальный костюм!

— Специальный? Купальный? А… Можно посмотреть? — голос мужчины стал тише, а взгляд мягче. И он сейчас походил на голодного хищника, который старается казаться максимально незаметным и неопасным, чтобы ненароком не спугнуть добычу.

Захотелось громко засмеяться, но я опять сдержалась, так как предстояло самое интересное! Выдержав театральную паузу, я также тихо ему ответила:

— Боюсь, в данное время это невозможно, так как он сейчас на мне.

— Что!? — очень громко удивился император и оглянулся на шатры, дабы убедиться, что никто не вышел на его возглас. — Но как же... Он что же... Похож на тот... костюм для отдыха на природе? — сглотнул вязкую слюну мужчина.

— Мм, похож. Только значительно меньше размером. Вы все еще хотите пойти со мной? — наверное, актриса из меня не очень, так как в моем голосе проскальзывали откровенно смешливые нотки.

— Да! Нет. То есть... Я должен пойти, но я отвернусь. Если вам будет грозить опасность, то вы крикнете. Хорошо? — и взгляд, похожий на омут, в котором я буквально утонула.

Немного побарахтавшись в его колдовских глазах, я с трудом вынырнула, при этом стараясь изобразить на лице отрешенную задумчивость.

— Хорошо, договорились! Ведите!

Шли мы недолго, лавируя между молодыми сосенками, то поднимаясь, то спускаясь по неровной холмистой местности. Я видела, что мужчина частенько оглядывается на меня, ожидая момента, когда я «забуксую» и мне потребуется его помощь. Но я уверенно карабкалась по небольшим возвышенностям, словно обезьянка, цепляясь за ветки сосен, и помощи не просила. А в голове тем временем зрел коварный план! Снобов сам Бог велел наказывать! Даже если мне и не быть женой Эдуарда, то, как говорится, «не съем, так понадкусываю»!

Спустя минут пять император, наконец, остановился и указал на просто восхитительную маленькую тихую бухточку с прозрачной водой.

— Вот хорошее место с ровным дном, и волн здесь практически не чувствуется. Вингельмина, я буду здесь стоять. Если что, кричите! — И мужчина, повернувшись к бухточке спиной, оперся обеими руками о ствол большой сосны и замер.

Я же осторожно спустилась пониже и огляделась. От этого места до ровного пляжа было всего метров десять, но опять же по крутым песчаным холмикам. Я быстро скинула с себя платье и вместе с полотенцем накинула его на ближайшую тоненькую сосенку. Затем, пройдя метра три, громко ойкнула. Сзади послышался шорох от резкого движения и тишина.

Я медленно обернулась.

Пожалуй, такое лицо у мужчины я видела,.. Никогда не видела! Это была гремучая смесь из удивления, восхищения, вожделения и… страха. Не меньше двух минут он жадно пожирал меня глазами, время от времени с трудом сглатывая.

Я просто оступилась! Случайно вскрикнула, — нарушила я затянувшееся молчание и изобразила голосом сожаление. — Извините, что зря вас переполошила! Можете снова отвернуться.

Я уверена, что расслышала громкий вздох мужчины. Моя коварная мстительность довольно потирала ручки, как муха свои лапки. Пусть женится на ком хочет, но вспоминать ночами он будет именно меня! Возможно, кто-то меня и осудит за такое коварство, но я всего лишь живой человек, и более того, женщина! Меня отвергли по совершенно глупому надуманному поводу, и теперь моя мстя будет ужасна!

— А хотя… Вы же меня и так уже видели, так что ж теперь отворачиваться!? Скидывайте свою рубашку и пойдемте купаться! Бухта просторная, места много, чтоб разойтись, как в море корабли. Ведь партнерам не возбраняется купаться вместе в море? Так ведь?

Мужчина медленно обернулся, глядя на меня ошарашенным взглядом.