Голос извне

Глава 110

Юлия

— Фу, — фыркнула его жена и сморщила нос. — Как же воняет!

Да, тут не пахло, тут — воняло. И я, и Новски сходили в туалет в угол, плюс — меня рвало. Запахи стояли не самые приятные.

— Хотя обстановка вам подходит, — продолжила говорить Силия. Она стояла в дверном проёме, освещённая ярким светом коридора, как живой укор нашему жалкому состоянию. В своём тёмном, безупречном костюме, на острых шпильках, она была не просто чужой. Она была антитезой всему, что здесь происходило. Кхарка была королевой, судя по победной улыбке на ее лице.

— Силия, что ты творишь⁈ — злился Энор, прикрывая меня спиной. В его голосе звучала настоящая злость, и унять ее не могли даже парни с оружием в руках. И мне стало стыдно за свою тихую, парализующую дрожь. Новски встал передо мной, голый, но не униженный. В эти секунды он был воином, защищающим свою территорию. — Ты похитила гражданку Империи!

— Всего лишь грязную переселенку, которая возомнила себя пророком, — отмахнулась Силия и её мелодичный и отточенный голос резал слух. Она вошла, цокая каблуками по металлу, осматривая нас, как жалких отбросов. — И я не боюсь, потому что изначально все продумала. Мой план идеален. Знаешь, когда он в моей голове окончательно созрел? В тот вечер, когда твой язык был между моих ног, дорогой муж.

Ревность во мне не подняла головы. Мне было страшно и холодно. И в такой момент я думала только собственной жизни, о мужьях и моей предполагаемой беременности. А еще пришло осознание — эта кхарка сумасшедшая на всю голову.

Мерзость! Как ее вообще мужья терпят?

Однако я была уверенна в своих мужьях. Я продолжала надеяться, что меня найдут. Саратеш, Ильхом и даже Аррис будут искать до последнего. Даже если я умру, они не успокоятся и встряхнут каждую планету Империи Кхар. Однако это ничуть не успокаивало моих страхов расстаться с жизнью…

— Зачем? — Энор переминался с ноги на ногу и оценивал ситуацию. Я выглядывала из-за него, чтобы тоже иметь хотя бы визуальный контроль. Силия же расхаживала из стороны в сторону, уверенная в «охране» за спиной.

— Я поняла, что ты мне не нужен. Какой смысл держать мужа, имея с него всего часть дохода, если я могу забрать себе все? — женщина рассмеялась, и ее звонки и пустой смех отскочил эхом от пустых стен.

Деньги? Всё сводилось к этому? Казалось слишком мелко, слишком примитивно для такой сложной, изощрённой жестокости. Но потом я посмотрела на её лицо. В глазах горел не просто расчёт. Горела ненависть… Ненависть к мужу за его пренебрежение, ко мне — за то, что я была той, кем она никогда не станет: свободной и любимой. И ненависть к самой себе — за то, что её «божественный» статус оказался столь хрупок. Деньги были лишь инструментом. Настоящей целью было уничтожение.

А еще стали понятнее отношения Энора и Силии. Никакой любви и нежности, только сделка. Те фото с влюбленными взглядами в «Голосе» — фарс. А ее взгляды на супруга на празднике — актерская игра. Превосходная актерская игра! И слова Энора до появления его жены стали понятны.

— Ты не получишь «Голос», — покачал головой Энор. — Отпусти Юлю и мы поговорим наедине.

— Нет, — категорично ответила Силия. — Кто ты такой, чтобы ставить мне условия⁈

— Я прошу, — давил голосом Новски. — Отпусти Юлю и мы поговорим. Наедине.

Я замерла, надеясь, что Силия все-таки послушает мужа. А потом феерии на теле Новски засияли ярче, и я вспомнила, где я и в каком обществе. Я в Империи Кхар, где слово женщины — закон, а мужчина — лишь ресурс. Вероятность, что Силия послушает мужа равна нулю. А даже если послушает, смогу ли я уйти без него?

Смогу, — прошептал внутренний голос. — Будь честна хотя бы с собой, Юля!

Если мне представиться шанс спастись, я это сделаю. Была бы я одна — осталась бы. А так… нет. У меня есть Ильхом, который не переживет еще раз мою «смерть». У меня есть Саратеш, что опять закроется в лаборатории, ведомый ненавистью к миру и к женщинам. У меня есть Аррис, который без моей регулярной подпитки проживет совсем недолго. А еще есть я и моя предполагаемая беременность.

Я хочу сохранить свою жизнь, чего бы мне это не стоило. Знаю, что потом сойду с ума, а моя совесть сожрет меня заживо. Я не прощу себе никогда, если брошу Новски в этом ледяном склепе. Но на кону пять жизней против одной. Я не святая, увы, хоть и безумно люблю…

— Она сдохнет, — Силия бросила на меня презрительный взгляд, и её голос вернул меня в ледяную реальность. — А вот у тебя есть выбор.

— Ты рехнулась! — взревел Энор, отступая на шаг и загораживая голой задницей мне весь обзор. Я не выдержала и вскочила на ноги, неловко расправляя одеяло на груди. Сердце билось как бешенное, в висках стучало, в глазах мелькали темные точки. Я была слаба и напугана, не понимая, что делать, как спастись и сколько у меня еще есть времени прежде, чем Силия выполнит сказанное.

— У тебя есть выбор, Энор, — повторила Силия и отошла на шаг назад. — Интересует?

— Ты совершила преступление, дорогая жена, — процедил сквозь зубы Энор и сделал пару шагов ко мне, закрывая плечом. — Силия, будь благоразумна!

— Да пошел ты! — заорала кхарка. — Принесите мне кресло!

Её резкий и истеричный крик разрезал воздух. Охранники не шелохнулись, но из коридора донёсся тяжёлый топот. Их было больше… Призрачная надежда на побег растворилась без следа.

— Энор, — зашептала я и начала оседать.

— Космос! — выругался Новски и усадил меня на край кровати. Я же схватилась за мужчину и прикрыла глаза. У меня не было плана. Мы оба голые и обессиленные. Напротив — одна сумасшедшая и парни с пушками. Надежда только на мужей, которые наверняка не знают, где нас искать. Плана не было… Была только леденящая уверенность в том, что моя история подходит к концу. Это будет некрасиво и очень больно.

Силии принесли не кресло, а обычный пыльный стул. Она скривилась, но спустя минуту все же села напротив.

— Бластер, — Силия вытянула руку и один из амбалов достал небольшой бластер из-за спины.

— Госпожа, — поклонился он и его брови нахмурились. Когда он отходил от «госпожи», споткнулся и зашипел. Хромой? Или раненный?

— А теперь начнем говорить продуктивно, — Силия выставила руку вперед и выстрелила. Я завизжала, когда один короткий сияющий луч пролетел мимо моей головы.

— Силия, прошу, — застонал Энор, прикрывая меня своим телом. — Чего ты хочешь⁈ Твою же мать! Я все…

— Э-э-нор, — заикалась я, хватаясь за руки мужчины.

— Я все сделаю, — прошептал Новски, глядя в глаза своей жене. — Только не убивай ее.

Психопатка улыбнулась и это была не улыбка победителя. Это была улыбка палача, который только что получил разрешение на самое интересное.

— Не буду. Пока, — хохотнула безумная сука. — Ты же понимаешь, что если я реально отпущу кого-то из вас, то весь план рухнет? Я кхарка, аристократка, но такое преступление мне с рук не спустят. А расставаться со своей свободой я не желаю. Наоборот!

— В чем тогда смысл? — прошептала хрипло. — Если ты все равно нас убьешь… К чему этот спектакль?

— Это не спектакль, дура, — закатила глаза Силия. — Это… компенсация. Моя личная.

— То есть ты признаешься открыто, что нас не отпустишь. И еще что-то хочешь? Какой смысл нам давать тебе это, если мы все равно умрем? — я старалась рассуждать логично, но логика разбивалась о стену её безумия.

— Ах-ха-ха, наивная, — противно захохотала Силия. — От тебя мне ничего не нужно. Ты просто мусор под моими ногами. А возомнила себя… Меня куда больше интересует мой муж. Точнее… его коды доступа.

— Нет, — отрезал Энор и это его категоричность стала ошибкой. Силия взмахнула бластером, и яркая вспышка прошла в сантиметрах от плеча мужчины.

— Кажется, ты не понял меня, Энор, — серьезно заговорила Силия. — Ты даешь мне коды доступа, а я убиваю и тебя, и твою суку быстро. А если нет… То прикажу задушить её на твоих глазах. А тебя оставлю здесь гнить рядом с её трупом. А когда вас найдут… О, это будет прекрасная история! Муж-изменник, убивший любовницу в припадке ярости!

— Богиня! — взмолился Энор, а меня затрясло. — Ты сошла с ума…

— Нет, просто поняла, что могу получить все. И при этом остаться не опозоренной. Есть разница: быть женщиной, от которой ушел муж к другой или женщиной, которую обманули и бросили? В первом случае я получу часть твоих кредитов и компенсацию, а еще буду унижена. Во втором случае я стану куда богаче, а в глазах высшего кхарского общества стану…

— … мученицей, — договорила я, понимая рассуждения Силии. Классический сценарий обманутой жены-психопатки.

— Именно, — загорелись ее глаза.

— Мои мужья не поверят, — покачала я головой. — Они будут искать причины и обязательно докопаются до правды.

— Я и об этом подумала, маленькая землянка, — победоносно улыбнулась Силия. — Как считаешь, о чем будут думать твои мужья, когда увидят в «Голосе» твои фото. Ты голая, Новски голый, одна постель…

— Слабо, — осмелела я. — Очень слабо. Ни Ильхома, ни Саратеша это не убедит в моем побеге.

— На этот случай у меня есть еще один план, — пропела Силия. — Будет суд. И я расскажу «правду»: мой дорогой супруг стал одержим землянкой и похитил ее. А после отказа — изнасиловал и убил. Без разницы, финал один.

— Ты похитила нас с праздника. В рекреационном центре везде камеры. Помимо камер дройды-официанты все пишут. Есть еще фиксирующие сканеры перемещения флаев и… Идиотка! Если думаешь, что на тебя не падет подозрение, то глубоко ошибаешься, — говорил Энор, но при этом рассматривал двоих амбалов за ее спиной.

— Нет, это ты ошибаешься, дорогой, — встала Силия со стула, гордо поднимая голову. — Ты недооцениваешь меня, ведь для тебя я всегда была просто батарейкой, красивой куклой, избалованной истеричкой. Но я оказалась куда умнее.

— Силия, еще не поздно все исправить!

— А нечего исправлять. Даю вам двоим сутки: тебе, — выставила она на меня бластер, — чтобы примирится с мыслями о скорой смерти. А тебе, Энор, на принятие решения — коды доступа и быстрая смерть, или агония для суки и медленная смерть от голода и холода.

Она развернулась. Шпильки зацокали по полу. Силия вышла, не оглядываясь. Её тени — одноглазый и хромой — молча последовали за ней, бросив на нас последние, ничего не выражающие взгляды.

Дверь захлопнулась.

Лязг замка прозвучал громче выстрела.

Тишина, которая воцарилась после, была гуще, тяжелее, страшнее любого шума. Она была наполнена не отсутствием звука, а присутствием нашего приговора.

Я сидела, прижавшись к Энору, и смотрела на дверь. На той стороне была безумная женщина с армией и планом. У нас на этой стороне не было ничего, кроме суток и выбора, который не был выбором вовсе.

Лязг замка ещё долго отдавался в ушах, сливаясь со стуком моего сердца, отсчитывающего последние часы.