Голос извне

Глава 6

Юлия

Сон мой был прерван простым желанием сходить в туалет. Я повозилась немного, думая, что удастся обмануть организм и заснуть снова. Не получалось, а значит надо вставать… Потянула руку к подушке, где обычно у меня лежал телефон, чтобы проверить время. Телефона не было. Как и подушки. Как и моего специального утяжеленного одеяла.

С трудом разомкнула веки и уставилась в белый потолок. Повернула голову и увидела бортики койки-кувеза. Я все помнила. Но до последнего надеялась, что это всего лишь дурной сон. Зря, ведь я по-прежнему находилась непонятно где, а тело мое транспортировали обратно в ту же палату.

Села с громким вздохом. В прошлый раз я очнулась здесь же, но сегодня были отличия. Свет от ромбовидного потолка был приглушен. Ярко освещался лишь периметр палаты, создавая полумрак. На белоснежной стене не было символов, а значит чудо-проектор выключен. На каком-то странном кресле-кровати в метрах трех от меня сидел фиолетовый «номер 1». Он смотрел и молчал, как будто выжидая.

В этот раз меня тоже укрыли простынкой из мягкой ткани, а вот раздевать не стали. Халат, что привез коробок, был на мне. Пояс перекрутился, а ворот расползся, демонстрируя фиолетовому мою голую грудь. Машинально прикрылась, и только потом подумала, что «косплееры» уже все давно видели.

А еще я помнила свою истерику из-за осознания ситуации, страха и отчаяния. Моя психика, перегруженная шоком, дала сбой. И я ощущала последствия: в горле дерет, глаза сухие, веки с трудом моргают и наверняка опухли. А еще угасла надежда на быстрый выход из ситуации и молниеносное решение всех проблем. Чувствовала себя опустошенной, словно из меня выкачали все силы.

Ненавидела я чувство беспомощности! Отец всегда меня учил, что из любой ситуации есть выход. И как он любил говорить: «Выхода нет лишь из гроба!» А я вполне себе жива, пусть морально разбита и подавлена…

— Чар ту мирам бо, — подал голос фиолетовый. Говорил он тихо, почти шепотом.

— Я не понимаю вас, — хрипло произнесла я и, перевязав пояс халата, начала выбираться из койки. Можно сидеть ту еще час-два-три, но безнадёжные размышления не решат моих проблем.

Пора признать: я не дома. И даже не на Земле. Место, в котором я нахожусь — новое и неизвестное. Рядом со мной не просто незнакомцы, а представители иного вида. Фиолетовые. Бескостные. Говорящие на непонятном языке.

И моя задача сейчас не слезы лить и просить меня отпустить, а постараться выжить. И для этого мне следует взять себя в руки и постараться собрать как можно больше данных, приспособиться, наладить коммуникацию. Как-то попытаться объясниться, выяснить что фиолетовые от меня хотят и где я нахожусь…

Косплеер «номер 1» поднялся с кресла, сделал пару несмелых шагов, оценивая мою реакцию. Конечно же я хотела отшатнуться, заорать и убежать, но сама себя остановила. Надо приспособиться… Они еще не причинили мне никакого вреда, дали одежду и еду, уложили спать. Значит плен и пытки в их план не входят. Но что им надо? И зачем я тут?

Вылезти из этой странной койки в длинном халате было сложно. Фиолетовый, видя мои мучения, сделал еще пару шагов и оказался в метре от меня. Он что-то нажал на боку кувеза и бортики начали опускаться.

Босыми стопами я опустила ноги на холодный пол и поежилась. Мне бы обувь еще или тапки какие-то…

— Я, — указала пальцем на себя, — Юля.

— Литч, — на удивление быстро понял меня фиолетовый. Значит, Литч. А тот второй — Чату. Мда, вот и состоялось знакомство! А теперь бы попроситься в туалет.

Я переступила с ноги на ногу, завела руки в замок перед собой, покраснела конечно же, и думала, как объяснить свою потребность. Было страшно стоять напротив инопланетянина, но больше неловко. Как попроситься в туалет? Они вообще ходят… ну… Ох, какой кошмар!

— Литч, — произнесла я и впервые увидела, как это существо улыбается. Губы растянулись, изо рта показались острые зубы, — он активно закивал головой.

— Мне нужно в туалет, — медленно проговорила я, стараясь унять страх. — Туалет.

— Туалет, — чисто повторил за мной Литч.

Так, просто не будет. Но и времени у меня не бесконечное количество. Действовать нужно иначе, объясняя понятнее. Я присела, задирая халат. Стыдно было лишь сначала, но потом я вспомнила, что бегала тут совсем нагишом.

— Пыс-пыс, — прошипела я. — Пыс-пыс!

Литч смотрел и не моргал. Я же поднялась на ноги, вспомнила игру в крокодила и начала импровизировать. Литч… Чату… Имена? Если имена, то похожи на мужские. Может так? Взяла в руки импровизированный пояс от штанов, сделал вид, будто развязываю их и беру в руки свой ментальный член.

— Пыс-пыс, — подпрыгивала я от нетерпения. И мне так давило, что страх отошел на второй план. Да когда же до него дойдет-то⁈

— Бур та чимто, — отошел Литч от меня, видимо, приняв за сумасшедшую. Я и сама себя такой ощущала, не обиделась. — Чу-а?

— О, дайте мне терпения и выдержки! — простонала я от отчаяния и прикрыла лицо ладонями. Растерла веки, глубоко подышала и… мне протягивали рамку со стеклом. Рамку! Со стеклом!

— Таааак, — выдохнула, но предмет взяла. И как только пальцы мои коснулись прохладного стекла, эта штука засветилась. Там, где пальцы коснулись поверхности, остался яркий след. Доска для рисования? Похоже… Только очень уж «иноземная».

Размышлять не было времени. Я положила доску на койку, и пальцами схематично изобразила человечка, а между ног струю, при этом приговаривая «пыс-пыс». Чувствовала я себя очень глупо… До чего я докатилась?..

— О, — выдохнул Литч и отошел к двери. — Катус?

— Не знаю, что за кактус, но очень надо! — пропищала я, хватая рисовалку с собой. И не просто пошла за Литчем, я побежала, пританцовывая.

Вышли в белый коридор, тут же включилось освещение. Значит в первый раз я была права — датчики движения присутствуют. Литч шел быстро, иногда оглядываясь на меня. Я же старалась следовать за фиолетовым, попутно рассматривая убранство коридоров. Кстати говоря, убранства не было: обезличенный белый коридор, подсветка по периметру и никаких углублений или окон. Иногда встречались двери с светящимися «замками» сбоку и все. Одинаково белое и пустое абсолютное ничто. Да что же такое?

Мы пару раз свернули, но по пути никого не встретили. Было тихо и в пустоте коридоров были слышны только наши шаги и шелест подолов. Наконец-то мы вышли в коридор, где я пыталась посчитать двери. Забросила я это дело на двадцатой, поняв — много-много дверей и все закрытые! Устала, хотела в туалет, а ноги замерзали.

— Долго еще? — спросила в нетерпении.

— … — Литч кинул на меня взгляд, но не ответил. Мы тупо друг друга не понимали.

Наконец-то уперлись в дверь. Простую и опять же белую. Тупик, похожий на тот, в котором сидела и рыдала я в первый раз. Литч поднес руку к замку, тот мигнул желтым и сворки отворились. Фиолетовый отошел, пропуская меня вперед. И тут меня настигло новое ошеломление…

Это была каюта. В прямом смысле каюта, как показывают в фантастических фильмах. Маленькая темная коморка, уже знакомая мне койка-кувез, и две двери по разные стороны. Но поразило не это, а… иллюминатор. Продолговатое окно было подсвечено по периметру, а внутри — чернота. Пустое ничто, где изредка мелькал свет.

Я забыла обо всем. Пробежала внутрь, кинула доску для рисования на койку и приклеилась к иллюминатору. И не слышала, как дверь за спиной закрылась, как ходил по каюте Литч, как что-то пытался мне сказать.

Ладонь, приложенная к холодному, почти ледяному стеклу, онемела. Я смотрела в иллюминатор и медленно осознавала масштаб личной катастрофы. Не дом. Не Земля. Не другая планета. Не другой мир.

Космос. Холодный. Неизвестный. Беспощадный. И в этой темноте я медленно хоронила остатки надежды на возвращение домой.