Голос извне

Глава 38

Юлия

Я уснула. Уснула и проспала больше, чем хотела. Мне казалось, что я и спать не хочу, но пока мучалась в своих планах и размышлениях, терзала себя догадками, отключилась.

Перевернувшись на кровати, откинула тонкое покрывало и увидела на столе поднос. Первая мысль — кто-то заходил ко мне в каюту без моего ведома. Это тревожный звонок и такое положение дел мне не нравилось. С другой стороны, я понимала, что здесь я всего лишь гость. Очень ценный гость, а судя по тому, как меня «опекает» адмирал и как заботиться о моей энергетической оболочке, доступ в мою комнату есть у единиц. И скорее всего питанием меня снабдил сам Гросс.

Паника улеглась, но неприятный осадок остался. Я даже на Земле не любила, когда в мою комнату заходят мама или папа! Но это не моя комната, — напомнила и с горьким вздохом поднялась с места.

Активировала планшет, чтобы посмотреть сколько времени. Хорошо, что еще Чату на «Шамрай» научил меня это делать, иначе я бы просто не понимала, какое сейчас время суток, ведь за стеклом иллюминатора всегда — темнота холодного космоса. Итак, 26 часов… так непривычно, что в космических сутках 28 часов вместо привычных мне 24-х. Когда-то я даже шутила, что мне не хватает часов в сутках… Дошутилась. Ночь, а я проснулась и даже выспалась. И что мне делать?

Я не стала принимать душ из-за устройства, что на меня нацепил Эрик. Не спросила заранее не повредит ли очистка приборам, поэтому сейчас мыль о воздушном душе отложила в сторону. Поела, отмечая, что еда горячая, а все блюда вкусные. В этот раз я не старалась рассмотреть каждый кусочек, ибо все равно не знала ни название ингредиентов, ни их примерной классификации — овощ, фрукт, специя? Инопланетная пища разительно отличалась от земной, но была питательной и вкусной. Может когда моя жизнь станет поспокойнее, я смогу разобраться в инопланетной кухне и даже самой что-то приготовить… А пока передо мной совершенно иные задачи.

Походив из одного угла в другой, расчесав волосы, я завалилась на кровать. Все раздражало. Думать не хотелось, потому что я уже достаточно извела себя сомнениями и страхами. А вот прочистить голову и чем-то заняться — было бы неплохо.

Хм, а их удивительный спортивный зал работает всегда? А если там никого нет в такое время? Но даже если я не смогу заниматься на тренажере, то смогу хотя бы размаяться, растянуться, сделать элементарный комплекс упражнений. Не скажу, что я на Земле была спортивной, но я посещала зал и покупала годовые абонементы на занятия с тренером. Пусть тренера здесь нет, но есть я и мои умения.

Я резво стянула с себя тунику, открыла шкаф и посмотрела на себя. Кроссовки есть, лифчик похож на спортивный топ, единственные легинсы не сковывают движения — вполне себе хороший костюм для занятий. А после зала смогу переодеться в земной комбинезон и старое белье. Провода, что закрепил на мне Эрик, не мешались и не торчали. Отлично!

Я накинула поверх топа кардиган, планшет оставила в комнате, как и грязную посуду, а сама вышла из каюты. Чем ближе я подходила к спортивному залу, тем больше крепло во мне желание просто отключиться от всего, что меня окружает, размяться и дать такую нагрузку на тело, чтобы все даже самые мелкие мыслишки про космос вылетели из головы.

Еще на входе в спортивный зал я услышала ритмичное гудение. Если так, то зал не пуст. Да и плевать, — подумала я. Тем более на мне прибор, фиксирующий уровень моей энергии. Поэтому… совмещаем приятное с полезным.

Зашла в зал, огляделась. А сейчас точно ночь? Почему так много кхарцев занимается?

В тусклом, словно ночном, освещении двигались несколько силуэтов. Один кхарец, с телосложением, напоминающим древнегреческого борца, медленно и с нечеловеческой концентрацией поднимал над головой то, что выглядело как сгусток тёмной энергии — он пульсировал и искрился, а мужчина едва не касался его лбом, и по его спине, облитой потом, бежали волны бирюзового свечения. Двое других отрабатывали движения в паре — не рукопашный бой, а что-то среднее между танцем и поединком. Их тела, покрытые мерцающими линиями, сливались и расходились в такт едва слышной, ритмичной музыке, а от касаний оставались короткие светящиеся шлейфы в воздухе. Ещё один, самый молодой, был погружён в голографический кокон, внутри которого по его телу бежали потоки символов — видимо, инопланетная биометрическая тренировка. И сложилось впечатление, что все кхарцы не просто качали мышцы. Они синхронизировались с чем-то — с энергией, с технологией, с ритмом корабля. Это был не фитнес. Это был ритуал поддержания боевой формы на уровне, недоступном человеческому пониманию.

Как же я устала… бояться, — промелькнула мысль. Я сделала уверенный шаг вперед, глазами выискивала наиболее удобное место для разминки. У правой стены как раз было свободное пространство, а свет приглушен. Идеально!

Я выпрямила спину и гордо зашагала между всевозможными тренажерами, стараясь не обращать на кхарцев внимание. Это было сложно, ведь чем ближе я подходила к инопланетянам, тем ярче загорались их неоновые линии на теле. А еще очень отвлекали их накаченные оголенные торсы, крепкие руки, упругие задницы и массивные ноги. Если бы не линии и цвет кожи — они бы походили на людей. Хотя… я отметила, что меня привлекают и кхарцы.

И да, меня заметили. Кто-то прекращал тренировку, кто-то сбивался с ритма, кто-то просто отворачивался или опускал голову. Я разозлилась, ибо такое внимание было… нездоровым. Они смотрели на меня не с обожанием, а с растерянностью, словно я дикарка, зашедшая в их храм. Их чёткий, отлаженный ритуал тренировки дал сбой из-за одного моего присутствия. И мне от этого стало ещё более неловко и одиноко. Эта смесь вынужденного поклонения и навязанного уважения скорее раздражала, чем подкупала и тешила самолюбия. Для меня, землянки, такое поведение было дикостью.

Я прошла к намеченному месту, скинула кардиган, и услышала несколько ошеломленных вздохов. Ну а что вы хотели, дорогие мои? У меня из одежды только это. Не голой же мне заниматься? Сложила кардиган в углу, а сама приступила к занятиям.

Прикрыла глаза, стараясь отгородиться ото всех. Начала с дыхания: глубокий вдох, медленный выдох — как меня учил тренер по йоге за бешеные деньги, которые я тогда считала нормой. Потом медленные наклоны головы. Я чувствовала, как хрустят позвонки, зажатые неделями стресса. Круги плечами, стараясь размять одеревеневшие мышцы. Наклоны в стороны, чувствуя непривычную слабость в корпусе — тело, пережившее наркотическое отравление, стресс и невесомость, было далеко от прежней формы. Простые махи ногами, растяжка на квадрицепсы, уперевшись рукой в стену. Каждое мое движение было медленным, осознанным. Словно попыткой через физическое ощущение вернуться в своё тело, отвоевать его у страха и невесомости. Я не ставила рекордов. Я вслушивалась в себя: где болит, где ноет, где остались следы от лежания в фиксе. Это был не спорт. Это была инвентаризация ущерба.

Делая элементарные упражнения на разминку, я буквально кожей чувствовала чужие взгляды. Хотелось рявкнуть на них, чтобы не пялились, а занимались своим делом, но… это моя новая реальность. Стоит привыкнуть к подобному, ведь я не только их батарейка, а еще и представительница неизвестной расы. Внимание неизбежно, как и заинтересованные взгляды. Надо просто представить, что они все мои подписчики, а я веду очередной стрим.

Итак, а сейчас мы завершаем нашу легкую разминку, и идем на поиски беговой дорожки! — проговаривала я про себя, словно записываю видео. — Если вам интересно, какие тренажёры есть на космическом корабле, ставьте лайк и не забывайте подписаться на мой канал. Дальше — больше! — мысль оборвалась, ударившись о внутреннюю тишину. Никаких лайков. Никаких подписчиков. Мой канал был мёртв. А я говорила с призраками своей прошлой жизни. От этой мысли стало так холодно, что даже бег не мог согреть.

Ох, Юлька, сума сходишь от нехуй делать, — пронеслась в голове любимая фраза Мишки. Как же я по нему скучаю!

— Вам помочь, госпожа? — спросил меня самый смелый или самый внимательный кхарец, увидев, что я ищу нечто по залу взглядом.

— Да, пожалуйста, — стало приятно, что ко мне обратились первым. — Мне бы побегать. У вас есть беговые дорожки? Или климбер? Что-то для ходьбы или бега…

— Конечно, госпожа, — кивнул кхарец, засияв своими линиями ярче. Жрет меня, гад такой! — Прошу.

Я проследовала за кхарцем и увидела то, на что он указывал. Просто свободное пространство пола, расчерченное квадратами. Это больше напоминало татами, но точно не тренажер.

— А как?.. — я махнула руками в воздухе, даже не понимая, как задать вопрос.

— Выбираете квадрат, прыгаете и начинаете идти. Лента подстроится сама, — пояснил кхарец, за что получил взгляд полный непонимания и шока. Он издевается?

— Эм, спасибо, — поблагодарила и пошла на квадрат. Пол под ногами был мягче, словно из резинового покрытия. Неплохо.

Так… прыгнуть и идти, прыгнуть и идти. Надеюсь, что это не шутка, иначе выглядеть и чувствовать себя я буду полной дурой!

Я подпрыгнула и пол под ногами завибрировал. Сделал шаг и квадрат пришел в движение. И вовсе не квадрат, а лента беговой дорожки, просто без опор и управления. Непривычно, но я осмелела и начала ускоряться. Лента подстраивалась сама, словно чувствуя мои желания. Постепенно я перешла с ходьбы на бег. Прикрыла глаза, доверяя комическому тренажеру и наслаждаясь движением своего тела.

Мне вспомнилось, как мы с Мишкой бежали на поезд. Это было в Нижнем Новгороде. После съемок у нас оставалось полно времени до отправления поезда, и мы решили подкрепиться, отдохнуть и пропустить по стаканчику. Ох, как было вкусно, как сладко! Авторские коктейли были превосходны, атмосфера бара пьянила, поднимая веселье выше и выше. Мы даже сняли несколько роликов, где надо было захватить шот губами и выпить содержимое без рук. Дураки такие! А когда я случайно бросила взгляд на телефон, обнаружила, что поезд отправляется через полчаса. Мишка побежал оплачивать счет, я дрожащими пальцами вызывала такси, а сама едва сдерживала смех.

На поезд мы запрыгнули буквально в последний вагон. Нерасторопный таксист даже за доплату не хотел нарушать правила дорожного движения, вокзал был заполнен людьми, а после мы перепутали перроны. Мы бежали как сумасшедшие с рюкзаками на плечах, потные, пьяные, молодые и веселые. Мишка успевал поддевать меня и мою выносливость, а я плевалась волосами, что липли к губной помаде и лезли в глаза. Успели, залетая в последний вагон. Ох, каким взглядом одарила нашу пару проводница, словами не передать!

Я не открывала глаз, бежала и уже чувствовала, как начинает колоть в боку. Мое дыхание сбилось, я вспотела, а один из проводов сканера начал натирать мне бок. Но я не останавливалась, питаясь собственными воспоминаниями о той жизни, где была свободна и счастлива, где мир был понятным и простым, а самой большой проблемой был неудачный кадр. И мне совершенно не хотелось возвращаться в новую реальность, где есть космос, инопланетяне, космические корабли, пугающая неопределенность и маленькая потерянная я.

Я бежала, пока в лёгких не начало жечь, а в висках не застучало. Открыла глаза. Голографическая лента мерцала под ногами. Вокруг — чужие, светящиеся тела. Запах — не влажный асфальт после дождя, а стерильный озон и что-то ещё, сладковато-металлическое.

Воспоминания рассыпались, как пепел.

Поезд ушёл. Навсегда.

И никакой бег, даже на самом продвинутом тренажёре, не вернёт меня на тот перрон. Я замедлилась, перешла на шаг, и лента послушно снизила скорость. Сердце бешено колотилось, но уже не от нагрузки. От осознания — побег не удался.

От себя не убежишь. И с этого корабля — тоже.