Голос извне

Глава 59

Юлия

Я оказалась не готова не только к новой локации, но и к жизни. Все, что я раньше умела, все мои навыки и представления о быте можно было смело выкинуть из головы. Я была не просто чужеземкой. Я была беспомощным ребёнком в мире взрослых, говорящих на тарабарском языке.

Гросс заказал нам обед. Через четверть часа к террасе подкатил низкий, бесшумный робот-платформа, доставивший несколько термоконтейнеров. Продуктов в доме не было. Вообще. Холодильник поражал своим пустым, стерильным сиянием.

— Юля, у нас не принято готовить дома, — терпеливо объяснял Ильхом, раскладывая контейнеры на столе. Его голос звучал так, словно он рассказывал очевидные вещи младенцу. — Все блюда заказывают готовыми. Есть специализированные кухни, рестораны, кафе. А продукты, которые не нужно готовить — из магазинов. Вот, смотри.

Иль протянул мне свой комм. На экране плыли ряды голографических изображений — блюда, ингредиенты, товары. Но подписи были для меня лишь набором закорючек.

— Я… я не могу прочитать, — прошептала я, чувствуя, как жар стыда разливается по щекам. Я могла только ткнуть пальцем в картинку и спросить: «Иль, а это что?» Чувствовала себя полной дурой и обузой.

Пока ждали доставку, мы успели заказать напитки, какие-то лёгкие готовые десерты из простого магазина, пару блюд из ресторана на ужин и завтрак. Каждый выбор был маленьким унижением.

Когда Гросс спросил про одежду и необходимые вещи, я лишь покорно кивнула. Мне действительно нужно было что-то надеть. Ходить тех вещах, что у меня были — равносильно пытке.

Пока мы обедали, я ковырялась в своём комме, тыкая в голографические изображения. Выбрала наугад пару платьев свободного кроя, несколько комплектов нижнего белья, обтягивающие шорты и пару топов из дышащей ткани. Добавила свободный летящий костюм — широкие брюки, топ и лёгкую накидку, длинный сарафан на случай, если придётся куда-то выйти. С обувью провозилась недолго: что-то вроде балеток, кроссовки и босоножки на плоской подошве. Всё, что я видела, не слишком отличалось от земного, но фасоны были странными, непривычными. Пока сойдёт.

Ильхом смотрел на итоговую корзину с нескрываемым удивлением.

— Так мало? Кхарки обычно заказывают на порядок больше…

— Иль, не удивляйся, — я фыркнула, пытаясь скрыть досаду. — Я тот ещё шопоголик, просто… Пока хватит. Как определимся с планетой, будем обустраиваться с нуля. Мне сложно считать этот дом… постоянным. Да и привычка с Земли: не брать в «путешествия» много багажа.

— Понял, — он стал серьёзным. — Но возьми хотя бы средства гигиены. Косметику. Что там вам, женщинам, нужно?

И тут я снова провалилась. Бесконечные страницы флаконов, тюбиков, баночек с абсолютно непонятными названиями. Я снова с отчаянием уставилась на экран. На помощь, как и всегда, пришёл Ильхом. Он терпеливо зачитывал описания: «Шампунь для укрепления волос с экстрактом кристаллического мха», «Гель для душа с нейтральным pH и ароматом утренней росы», «Увлажняющий крем с UV-фильтром для светящейся кожи». Я кивала, выбирая наугад, чувствуя, как моё достоинство тает с каждой секундой.

После обеда и этого унизительного шопинга мы остались сидеть за столом в бездушной столовой. Тишина повисла жуткая.

— Что дальше? — спросила я, ломая молчание. — Командуй, адмирал. Потому что я — бытовой инвалид.

— Не говори так, — он грустно улыбнулся. — Научишься. Привыкнешь. Я помогу, Юль…

— Я как маленький ребёнок, — упёрлась локтями в холодную столешницу и уронила голову в ладони. — Обуза, а не жена.

— Вставай! — голос Ильзома стал твёрже и грубее. Я вздрогнула и подняла на него глаза. — Переубедить тебя словами невозможно! И что уж скрывать, ты действительно неприспособленна. Значит, будем учиться. Сейчас!

И понеслось. Гросс взял меня за руку и повёл по дому, как по учебному полигону. Началась моя «адаптационная экскурсия», которая заняла почти весь день.

Муж показал систему безопасности дома — панель у входа, сенсоры по периметру забора, режимы изоляции.

— В женский квартал не пускают посторонних, — объяснял он. — Только членов клана или других женщин. Даже твои… потенциальные женихи доступа сюда не имеют. Нужно твоё письменное разрешение, которое ты пока, к счастью или к сожалению, дать не можешь.

Эта новость хоть как-то порадовала. Сейчас думать о «женихах» было несвоевременно.

Потом Гросс представил мне «помощника». Из скрытой ниши в стене выплыл дроид. Его силуэт отдалённо напоминал кхарца: тот же рост, пропорции, но вместо плоти — полированная, сияющая сталь серебристого оттенка. На гладкой груди светились голубые панели управления, а лицо было лишено черт, лишь матовый экран, на котором пробегали символы.

— Это Луи, — сказал Гросс. — Домовник. Он может приносить заказы, убирать, выполнять простые поручения. Управляется голосом, я настроил.

Вскоре привезли наши заказы. Луи, не издав ни звука, встретил робота-курьера у ворот, принял несколько коробок и с той же механической грацией принёс их в дом, сложив в прихожей.

— Можно просто отдавать ему приказы, — начал было Ильхом, но, увидев моё недовольное лицо, вздохнул. — Ладно. Покажу, как всё работает и тебе.

Гросс скинул китель, закатал рукава рубашки и принялся учить меня. Как открывать холодильник (он был встроен в стену и открывался лёгким нажатием). Как разогревать питание в странной камере, которая за секунды доводила еду до идеальной температуры, не превращая её в уголь. Как включать душ — не было привычных кранов, только сенсорные панели, на которых нужно было выбрать силу напора и температуру. Как наполнять ванну, которая сама подстраивала уровень воды и добавляла пену.

Ильхом всё это делал с терпением, достойным святого, но я видела лёгкую тень недоумения в его глазах.

— Зачем это делать самому, если есть робот? — недоумевал муж.

Еще я наотрез отказалась спускаться в подземные спальни. Их мрачная, давящая роскошь вызывала приступ клаустрофобии.

— Хорошо, — без споров согласился Гросс. — Будем спать здесь.

Вместе мы подняли наверх одеяла и подушки из одной из спален, решили обосноваться в гостиной. Вещи из коробок я разложила на столе в столовой, а два кресла перенесли на кухню.

— Будем есть здесь, — заявила я. — Хоть тут есть что-то похожее на… жизнь.

Гросс смотрел на эту импровизацию с откровенным изумлением, но не спорил. Он видел, что я на пределе. К вечеру мы оба вымотались. Пыль, пот, стресс, чужая атмосфера — всё это осело на коже липким слоем.

— Душ, — просто сказала я. Идти одной в эту огромную, пустую ванную комнату я не хотела. Не могла. Поэтому взяла Ильхома за руку и потащила за собой.

В просторной душевой кабине мы скинули одежду. Я вдохнула с облегчением, когда прохладные струи воды омыли кожу, смывая пот и горечь дня. Гросс встал за моей спиной.

— Дай я, — тихо сказал муж. Его пальцы, сильные, но нежные, впутались в мои волосы. Он налил на ладонь шампунь с ароматом чего-то свежего и начал медленно, тщательно мыть мне голову. Массировал кожу, распутывал пряди… От его прикосновений, от этой простой, интимной заботы, внутри меня что-то дрогнуло и потеплело. Расслабление сменилось медленным, тёплым возбуждением.

Когда он смыл пену, я повернулась к нему. Налила на свою ладонь гель для душа и положила руку ему на грудь.

— Моя очередь.

Я мыла его медленно, наслаждаясь прикосновением к его жемчужной коже. Провела ладонями по мощным плечам, по спине, чувствуя под пальцами шрамы и напряжённые мышцы. Обвела бёдра, живот. Его тело откликалось на каждое прикосновение, кожа под моими пальцами становилась горячее. Когда моя рука скользнула ниже, он резко вдохнул, а его член, уже твёрдый и тяжёлый, упруго лёг мне на ладонь.

Гросс быстро сполоснулся, выключил воду и, не дав мне опомниться, подхватил на руки. Я обвила его шею, прижимаясь мокрым телом к его.

— Иль, — хохотала я. — Мы же мокрые!

Но Гросс уже меня не слышал, а в глазах — голод и возбуждение. Он пронёс меня через мрачный дом в гостиную и уложил на мягкий диван.

— Я так хочу тебя, моя космическая, — он опустился передо мной на колени и наклонился, целуя невесомо, касаясь губами губ, щёк, век.

— Всё будет, — шептал он между поцелуями. — Новый дом. Комфорт. Стабильность. Я научу тебя всему. Я всегда буду рядом. Всегда помогу. Ничего не бойся.

Его поцелуи спускались ниже. По шее, ключицам, медленно скользили между грудями, по животу. Руки мягко, но настойчиво раздвинули мои бёдра. Ильхом опустился ниже. Его губы коснулись самых интимных, нежных мест. Сначала осторожно, как будто пробуя. Потом увереннее.

Его язык был тёплым, влажным, невероятно точным. Он не просто ласкал — он изучал, находил те точки, от которых всё внутри меня сжималось и распускалось жаркими волнами. Я вскрикнула, вцепилась пальцами в его волосы, не отталкивая, а притягивая. Мир сузился до этого дивана, до его дыхания на моей коже, до нарастающего, невыносимого давления в самой глубине.

— Иль… я… сейчас… — задыхалась от движений его языка и двух пальцев, которыми он массировал мой влажный вход.

Ильхом ответил низким, одобрительным рыком, и его ласка стала ещё интенсивнее, безжалостнее в своей нежности. И я взорвалась. Вскрик сорвался с губ, тело выгнулось в судороге, накрытой волной ослепительного наслаждения, которое смыло на мгновение весь страх, всю неуверенность, все отчаяние.

Когда я открыла глаза, Гросс уже лежал рядом, обнимая меня. Его пальцы медленно перебирали мои влажные волосы. А я была размягчённой, пустой и невероятно спокойной.

Через некоторое время он взял мою руку, поднёс к губам, поцеловал запястье, а потом посмотрел на мой комм.

— Завтра тяжелый день, — тихо сказал он. — Тебе нужно в Центр Здоровья. Осмотр, анализы, рекомендации. Я буду рядом. А после… ты можешь поехать в Женский комплекс. Там есть магазины, салоны, всё, что нужно. Я отправлю с тобой Луи, так ты не потеряешься и не будешь волноваться. А я… мне нужно к Высшему командованию. Написать рапорт о завершении миссии. Закончить свои дела.

— А меня… не повезут на опыты? — спросила я, и в голосе прозвучал тот самый детский страх, от которого я так хотела избавиться.

Он рассмеялся — тихим, уверенным смехом, от которого стало тепло внутри.

— Никто не посмеет, — рассмеялся Гросс, целуя меня в щеки. — Я не позволю. Ты под моей защитой, Юля. И под защитой закона. Ты — гражданка Империи.

Он говорил это так убедительно, так по-хозяйски, что я поверила. Всё ещё вращаясь в водовороте нового, враждебного мира, я нашла свою скалу.

Засыпала в объятиях Ильхома, слушая его ровное дыхание. Завтра будет новая битва с инопланетной реальностью. Но сегодня — мы были вместе.