Маркатис #4. Курс 1. Декабрь. 18+ (с иллюстрациями)

С чего началась эта история? Часть 3

Арчибальд метался по коридору, как тигр в клетке. Его каштановые волосы растрепались, галстук съехал набок, а руки дрожали так, что он то и дело сжимал их в кулаки, чтобы унять эту проклятую дрожь.

Из-за двери доносились приглушённые крики Клавдии. С каждым её стоном его сердце разрывалось на части. Он хотел быть там, держать её за руку, но повитуха была непреклонна — мужчинам не место при родах. Оставалось только ждать. И молиться всем богам, каких только знал.

Время тянулось бесконечно. Казалось, прошла уже вечность, когда дверь наконец открылась.

Из комнаты вышла полненькая женщина в белом переднике, вытирая руки полотенцем. Лицо её раскраснелось от работы, но на губах играла улыбка.

— Как всё прошло? — Арчибальд подлетел к ней, схватив за плечи. — Как она? Как ребёнок?

— Всё хорошо, господин, — улыбнулась повитуха, и от этих слов Арчи едва не рухнул на колени от облегчения. — У Вас сын. Здоровый, крепкий мальчик.

— Сын… — выдохнул Арчибальд, и его лицо осветила такая счастливая улыбка, что повитуха невольно засмеялась. — Сын!

— Можете зайти, — она отступила в сторону, пропуская его.

Арчибальд рванул в комнату так быстро, что едва не споткнулся о порог.

Комната была залита мягким светом магических светильников. Клавдия лежала на кровати, бледная, уставшая, с мокрыми от пота синими волосами, разметавшимися по подушке. Но глаза её сияли таким счастьем, что Арчи забыл, как дышать.

Рядом с ней, завёрнутый в мягкое одеяльце, лежал крошечный свёрток. Такой маленький, такой беззащитный, такой… их.

— Клавди… — Арчибальд рухнул на колени у кровати, схватил её руку и прижал к губам. — Ты… ты не представляешь, как я…

— Всё хорошо, — прошептала Клавдия, улыбаясь сквозь усталость. — Всё уже позади.

Она чуть повернула голову, глядя на свёрток.

— Поприветствуй нашего сына.

Арчибальд перевёл взгляд на ребёнка и замер. Такой крошечный. Красненький, сморщенный, с крошечными пальчиками, которые сжимались в кулачки. На головке едва пробивался пушок — пока ещё непонятно, в кого пойдёт, но Арчи уже видел в этом маленьком существе всё своё будущее.

— Он… он прекрасен, — выдохнул он, боясь прикоснуться. — Можно?

— Конечно, глупый, — засмеялась Клавдия. — Ты же отец.

Арчибальд осторожно, словно величайшую драгоценность, взял сына на руки. Малыш пошевелился, открыл на секунду мутные глазки и снова закрыл, причмокивая губками. У Арчи внутри всё перевернулось от нежности.

— Сын, — повторил он, и это слово звучало как музыка. — У меня сын.

Он посмотрел на Клавдию, и в его глазах стояли слёзы. Не стыдные мужские слёзы, а слёзы чистой, всепоглощающей радости.

— Ты справилась, — прошептал он. — Ты такая сильная. Я люблю тебя.

— Я знаю, — Клавдия слабо улыбнулась и протянула руку, касаясь его щеки. — Ну как, придумал, как назовём?

Арчибальд перевёл взгляд на малыша, который мирно посапывал у него на руках.

— Я думал об этом все эти месяцы, — признался он. — Перебирал десятки имён. Но когда увидел его… когда увидел вас двоих… понял, что есть только одно имя, которое подходит.

— Какое? — Клавдия смотрела на него с любопытством.

— Роберт, — сказал Арчибальд. — Роберт Гинейл.

Клавдия улыбнулась, и по её щеке скатилась слеза — счастливая, благодарная.

— Роберт, — повторила она, пробуя имя на вкус. — Роберт Гинейл. Наш сын.

— Наш сын, — эхом отозвался Арчибальд, глядя на малыша.

В комнате было тихо и тепло. Где-то вдалеке за окном светило солнце, а здесь, в этой маленькой комнате, начиналась новая жизнь.