Любовь, рожденная в аду

2

Ночь накрыла городок Белла Вера[i] густым покрывалом, наполненным запахом моря, цветов и опасности. Сицилия погружалась во тьму, разбавленную россыпью огней, но спать при этом не собиралась. Солёный воздух с привкусом опасности разогревал кровь, как густое кьянти.

Джулия вышла в ночь, будто нырнула в темную глубокую воду.

С головой. Без страха.

Этот город принадлежал ей. Никогда она не будет скрываться в стенах родового поместья, истинная наследница клана Санторелли, никогда ночь не станет ее врагом – нет, только союзником и вдохновителем.

Асфальт был ещё тёплым после дня, пах солью, дымом и дальними дорогами. Ветер шевелил волосы, под байкерсокй курткой играл лёгкий озноб предвкушения. Мотор покорно молчал, будто зверь, что ждёт команды своей единовластной госпожи.

Она к нему подошла — медленно, с уважением. Как к другу. Как к отражению себя в сосредоточении мощи и металла.

Harley-Davidson Low Rider ST.

Её партнёр. Её бешеный, красивый зверь. Черный, с налитыми мускулами в металле. И с характером, который не терпит слабости.

Девушка подняла глаза к россыпи звезд над головой. На скалах Парфеона они будут еще ярче – туда не проникает свет никогда не спящей Белла Веры. Погладила по холке своего железного мустанга, села, вдохнула аромат опьяняющей свободы.

Ощутила, как под руками содрогнулась в ответ на ее прикосновение живая мощь.

Нажала кнопку. Рёв разорвал тишину.

«Харлей» с рычанием пробудился, и вместе с ним — проснулась и она.

Первый толчок - и как будто сердце выстрелило вперёд. Джулия сорвалась с места, как стремительная пуля.

Всё остальное исчезло.

Впереди — серпантин.

Ночь, полная огней.

Внизу — ночное море в период штиля, справа — темные острые скалы.

Скорость - будто наркотик, он воспламеняет кровь, и дочь самой опасной женщины в городе ловит кайф от каждой секунды.

Ветер хлещет по лицу, визор открыт, глаза щиплет, сжигает отголосками жаркого дневного ветра от неостывшей трассы, но ей плевать.

Она смеётся в шлем. В черный лаковый шлем, который ощущается на голове как самая драгоценная из тиар.

Смех девушки сейчас дикий, искренний. Так звучит свобода, облаченная в эйфорию.

Поворот.

Она кладёт байк на бок, касаясь асфальта мысленно, миллиметрами. Всё чётко. Всё точно. Адреналин качает байт в груди, будто это кровь сменили на огонь.

Успевает увернуться, легко, играючи, когда ей навстречу летит ее отчаянный двойник в синем облачении. Смеётся громче, подняв вверх кулак. Случайный встречный гонщик теперь будет думать, что же значит жест приветствия от молодой донны Санторелли. Виват его смелости – или предупреждение, что едва не пересек ей дорогу.

И вот — вершина. Утёс Парфеон. Место сходки всех любителей дорог, асфальта и свободы.

Свет костров в темноте. Мотоциклы рядами. Хром блестит в бликах пламени.

Бьёт музыка — живая, рваная, как сердце после бешеной гонки.

Запах жареного на углях мяса, кожи, бензина.

Пьяный смех. Кто-то танцует, кто-то спорит, кто-то уже свалился у своего байка после литров пива. Приехавшие с королями дорог девчонки неуверенно жмутся у грота, потягивая «просекко» из железных банок.

Джулия врывается в тусовку ярким ураганом в черной коже. Тормоз. Писк покрышек. Ее хищник между стройных бедер занимает лидирующее положение среди других зверей. Чтобы все знали, кто царь стальных хищников на этом празднике свободы.

Она встаёт. Срывает шлем. Волосы — как в рекламе, только настоящие, пропахшие ветром, рассыпаются по ее плечам.

Все смотрят.

Никто не свистит, не подначивает. Только — короткие взгляды.

С уважением.

Это её стая.

Это её огонь.

Она — не гость. Она — часть этой ночи. И всё, что шевелится в темноте, это знает.

Они встречают её без слов — лишь взглядами, короткими кивками.

Мужчины поправляют куртки. Девушки отвлекаются от танцев, чтобы быстро обвести её глазами. Уважение, лёгкая зависть. И — осторожность.

Джулия Санторелли. Старшая дочь донны Валентины и покойного ныне дога Марко, чье имя не так давно вызывало ужас. Мать, занявшая трон, вызывает иные эмоции. Почтение, трепет и опаску. Она правит, как королева, но от этого она не менее беспощадна к врагам.

Джулия знает, что вскоре займет место своей матери. Принцесса мафии пока еще без трона, но с бензином в крови. Девушка, вкусившая дух свободы и унаследовавшая от обоих родителей самые лучшие лидерские качества.

Ей протягивают бутылку. Кто-то хлопает по плечу, кто-то — подыгрывает её мимолётной усмешке.

Здесь она — не наследница. Здесь она — просто своя. Но все вокруг всегда помнят, кто здесь некоронованная пока еще королева Белла Веры.

Та, кто ввинчивает байк в поворот с закрытыми глазами. Та, кто однажды плюнула в лицо сыну вражеского клана, ныне прекратившего свое существование, за лишнее слово. Та, кто умеет танцевать босиком на камнях — и не сбиться с ритма.

Она пьёт из горлышка. Пиво — тёплое, горькое. И — живое.

Смех, огни костра, громкая музыка, танцы — всё идёт по кругу. Она не ищет никого.

Ей стоит щелкнуть пальцем – самые красивые парни тусовки будут драться на смерть за одну улыбку. Притом даже если они понятия не имеют, кто она такая.

Ее точена фигура с высокой грудью и длинными ногами может свести с ума, а ее взгляд огромных больших глаз не оставит равнодушным никого. Все женщины клана наделены этой красотой. Для матери она однажды едва не стала проклятием, но Валентина прошла свой ад, чтобы свергнуть Сатану с трона и занять его самой.

А Джулия прекрасно осознает свои чары. Но ей лень их использовать на полную катушку. Ей уже банально скучно. Все рано или поздно оказываются у ее стройных ног.

И сейчас ей не до восхищенных глаз.

Она — здесь, в этой ночи, с каждым вдохом, с каждой искрой в огне. В танце. В общении. Пьет дух свободы жадными глотками.

Спустя неизвестно сколько времени, когда уже многие спят – кто-то на своих железных конях, кто-то под пледами, а кто-то просто на земле – мир замирает, как всегда перед началом нового дня.

Джулия в одиночестве поднимается на скалу чуть в стороне. Там — ветер. Там — высота.

И там — заря.

Сначала — просто отблеск над морем.

Потом небо меняет цвет, будто его рисует художник, впавший в безумие.

Синий — в лиловый. Лиловый — в золотой. Волны внизу принимают свет, и мир замирает на секунду.

"Вот она. Моя вера. Моя любовь. Свобода."

Никто и никогда не сможет её отнять.

Никакая власть, никакие узы крови, никакой мужчина.

Она будет скакать по утёсам, пока жива.

И если кто-то попытается запереть её — он подпишет себе смертный приговор.

[i] Белла Вера (Bella Vera — "истинная красавица", вымышленный город у побережья Сицилии.