Любовь, рожденная в аду

53

Он не одернул ее грубым окриком, не пригвоздил к полу тяжелым взглядом.

Кей Кастелло вообще вряд ли понимал в тот момент, что же именно происходит, только вздрогнул, когда рука Джулии коснулась его дрожащей ладони.

- Эй. Кей, смотри на меня.

Он скользнул по ней невидящим затуманенным взглядом.

Джулия сжала руку мужчины чуть сильнее. Но в тот же момент ее взгляд устремился на дверь.

Закрыл ли он ее, когда зашел сюда? Как давно ее тюремщик в таком состоянии? Что, если попытаться рвануть к этой двери? Какие шансы убежать?

Она разрывалась между желанием вывести его из приступа паники и попытаться сбежать. Но понимала – паническая атака вряд ли помешает стремительному и спортивному Кею настигнуть ее в два счета.

Что будет потом, она думать не хотела.

Вдруг поняла с ужасающей ясностью: раньше Кастелло контролировал себя, каждый свой вздох и жест.

Если она вынудит его потерять контроль сейчас… Все закончится плохо.

Он приведет в исполнение все свои угрозы…

А потом убьет ее.

Шансы таяли. Даже если дверь открыта, она понятия не имеет, сколько в доме людей и где находится. Это больше похоже на отчаянное безумие.

Ей остается только присесть на корточки и слегка сжать руку Кея, чтобы не напугать и не выглядеть угрозой.

- Кей, смотри на меня. Прямо сейчас.

Она сама не понимала, откуда у нее появился этот спокойный, даже слегка ласковый тон, как она с такой ясностью вспомнила свои прошлые панические атаки и не погрузилась в рефлексию.

Было ли у нее сочувствие к своему пленителю? Нет, после всего, что он с ней сделал, этого не могло произойти.

Сознание пыталось напомнить, что и ночь, в которой она рвалась целовать его руки и сладко стонала, тоже произошла вопреки всем законам логики, но Джулия отмахнулась от этой мысли.

Нет. В ней желание изучить притихшего хищника. Слегка приручить лаской касания, даже если она – его сегодняшний ужин и это мало что изменит. Только это.

Темные глаза Кея, словно два пересохших озера, скользнули по ее лицу. Вроде осмысленно, но внутренние химеры так и не отпустили его душу. Только дрогнула рука под ее пальцами – но не от протеста, скорее, от тепла кожи.

- Какого цвета мои глаза, Кей?

Мимолетная попытка фокуса, проблеск чего-то сосредоточенного быстро растаял. Кей вырвал свою руку и сжал виски.

- Хорошо… - Джулия переместила руку на его колено. – Давай что-то попроще. Сколько раз я кончила ночью, господин?

Кажется, он вздрогнул от ее слов. Глаза встретились.

И когда ее враг наконец заговорил, прерывисто, почти задыхаясь, Джули я с трудом удержала контроль, чтобы не улететь мыслями в свое прошлое.

- Серые…

- Нет, - Джулия постаралась улыбнуться как можно теплее. – Еще раз.

- Серые. Когда… тебе больно.

- Хорошо. Вообще-то зеленые. Соберись.

- Семь.

Не успев выговорить, Кей застонал и затряс головой.

- Хорошо, - стараясь не удивляться и не пытаться вспомнить, сколько же раз она взрывалась от удовольствия на его члене прошлой ночью, проговорила девушка. – Семь. Ты…

Слова застряли в ее горле. Но что-то заставило ее говорить дальше, пока пальцы неосознанно поглаживали колено самого опасного мужчины Сицилии.

- Семь. Ты был… восхитителен. Смотри на меня. Какого цвета сейчас мои глаза? Если мне больше не больно.

- Зеленые…

Дыхание снова сбилось. Но взгляд стал более осмысленным.

«Он сейчас перед тобой как открытый программный код. Только подбери пароль»… - эта мысль заставила Джулию вздрогнуть от азарта и улыбнуться.

Мягко. Почти нежно. Но Кастелло никогда бы даже не догадался, что за мысли вызвали эту улыбку.

- Правильно. Дыши. Посчитай со мной до пяти… Хорошо?

Он кивнул. Просто так. Не оттолкнул ее с первыми проблесками мысли, не отшатнулся сам.

- Один… два… три… четыре… пять…

- Хорошо. Теперь по-немецки. Сможешь? Пробуй, я помогу.

Его глаза становились все более осмысленными. Но Джулия уже знала – после купирования панической атаки будет момент наибольшей уязвимости, когда захочется найти ментальное убежище от своих демонов.

Она очень хорошо это помнила.

- eins… zwei… drei… vier…

- Все. Она сейчас закончится.

«Не спрашивай, откуда я об этом знаю».

Джулия обернулась в поисках воды. А ее мозг сейчас лихорадочно соображал, как не упустить момент чужой уязвимости, как взять от нее максимум.

Сожженные черные крылья понемногу начали вспарывать истерзанную кожу.

Когда она вернулась с пластиковой бутылкой воды – Кей следил, чтобы ей в руки не попали тяжелые предметы - он впервые посмотрел на нее иначе.

Так, будто сам хотел что-то сказать.

- Ты не обязан рассказывать. Пей. Просто дыши. Это первый раз?

- Нет, - его дыхание стремительно выравнивалось.

Джулия запаниковала. Она упустит время. Если доверие не закрепится, он никогда ей этого не простит.

- Я знаю, что это. Сейчас пройдет. Что произошло, Кей?

И тогда он резко поднял глаза, снова. Втянул ртом воздух.

- Я снова это сделал.

Джулия молчала. Он мог говорить о чем угодно.

- Моего консильери больше нет в живых. Чертова сука.

Джулия вздрогнула, как от удара. Не сразу поняла – он говорил в пустоту, этот эпитет не был адресован ей.

- Моя мать? – немея от ужаса, что услышит подтверждение, прошептала она.

- Нет. Это… это сделал я.