Любовь, рожденная в аду

74

Пламя прогрызало ночь, словно зверь, вырвавшийся из клетки.

Алые языки плясали, врываясь в небо, озаряя ночь, гул напоминал извержение вулкана.

Привычное в этом мире дейсвто – передел власти и войны за право остаться на престоле.

Джулия Санторелли, как всегда собранная, красивая и стильно одетая, созерцала этот пожар с таким видом, словно это был фейерверк на празднике. Ни одна из эмоций не исказила ее невозмутимое лицо.

Горели не просто склады.

Горела её кровь, её нервная система, её работа, всё то, что строилось годами — тихо, хладнокровно, умно.

Но она не рвала на себе волосы. Смотрела на нанесенный ей в ответ удар так, будто ожидала его.

Но внутри было смятение.

То, что девушка прошла в руках Кея Кастелло, уже само по себе было индульгенцией на то, чтобы он не препятствовал ей вершить вендетту.

Валентина сказала, что даже этот монстр не смог разбить ее розовые очки и веру в справедливость.

В одном она была уверена: прекрасно научилась держать лицо. Так, как умела только Джулия Санторелли.

Она приехала сама, прежде чем успели вызвать пожарных и поднять на ноги весь мафиозный бомонд Сицилии, который наблюдал за противостоянием двух упрямых и дерзких, как вип-гости за игрой в кальмара.

Ветер трепал волосы, обдувал лицо, горячий воздух щипал слизистые глотки и глаз.

Но она стояла, не моргая, глядя, как рушится каркас здания.

Как взрывается внутри канистр и коробок надёжно спрятанный товар.

Арс подошел к ней первым и единственным, кто решился. Остальные не рискнули: побаивались будущую донну, у которой не было тормозов и, как они иногда говорили, логики в действиях. Но Арс ее не боялся.

— Джулия! Ты слишком близко. Может рвануть в любой момент, полетят обломки. Я был в боевой точке, я видел, это убивает.

— Тихо, — мягко, но непреклонно сказала она.

Он замолчал.

Все всегда молчали, когда она говорила таким голосом. Но Арс не испугался. Он просто прочитал между строк, что чувствует эта совсем еще девчонка, которую он како-гот о хрена полюбил без взаимности.

…Горели три главных склада.

Те самые, которые никто, никто не должен был найти.

Система двойных маршрутов. Ложные GPS.

Перестроенные контуры собственности.

Даже Валентина не всегда помнила, где именно находятся реальные узлы.

Но Кей — узнал.

Он ударил без крови.

Значит, послал сообщение.

Джулия смотрела, как пламя поднимается выше, и только одна мысль резала мозг:

Он понял.

Он понял, куда больнее всего.

Она не разозлилась.

Она почувствовала, как в груди появляется пустота.

Холодная, чёрная, слишком тихая, чтобы назвать её гневом.

И тут телефон дрогнул в руке.

Сообщение.

От него.

«Не хочешь продолжения — надо поговорить. Или ты думала, я дам себя уничтожать?»

Она перечитала фразу несколько раз.

Пальцы непроизвольно сжали телефон.

Кей.

Тот, кто умел быть зверем.

Кто умел быть лезвием.

Кто умел быть молчанием.

Но вот это…

Это было что-то другое. Жуткое, неотвратимое.

Слишком личное.

Арс увидел её лицо — и отступил на шаг.

Он уже знал: когда Джулия молчит слишком долго, возле неё лучше не дышать.

Наконец она медленно вдохнула.

— Арс, — сказала тихо, — попробуй найти всё, что осталось. Возможно, нижние ярусы остались невредимы. Там алмазы с шахты моего брата. Разберись с пожарными, чтобы не видели того, что им не предназначено. Уведи зевак и поясни им, что будет, если они будут много болтать. Проверь телефоны, сотри все записи.

— А ты?

— А мне сейчас придется уехать.

— Куда? Я поеду с тобой. Тебе сейчас опасно передвигаться в одиночестве.

Она подняла на него взгляд.

- Я возьму твою машину. И не беспокойся. Есть законы, которые у нас чтят строго. Во время переговоров никто не смеет выстрелить в спину…

Он пристально смотрел на нее. С тоской и болью. Джулия как прежде делала вид, что этого не замечает.

Поколебавшись, Арс заправил выбившуюся прядь волос ей за ухо. При этом нежно коснулся кожи, слегка задержав пальцы. Их глаза встретились.

Он смотрел на нее слишком пристально. Будто знал, что у нее внутри.

- К нему. – кивнул, словно призвав поражение. – И ты… не бежишь от этого столкновения. Ты будто начала его уважать за то, что он дал тебе отпор.

- Арс… Не говори ерунды. Это переговоры. И я… уважать могу, но ненавидеть не перестану.

- Не мое имя ты шептала вчера, засыпая в моих руках. – он выдохнул. – Все в порядке, Джули. Я все понимаю. Это стокгольмский синдром. Но я буду рядом и сделаю все, чтобы не дать тебе в него погрузиться.

- Это синдром мстителя, не придумывай ерунды. И не надо меня преследовать. Ты этим сотрешь мой авторитет, понимаешь? Есть нерушимые законы.

Переговоры – если не оговорено заранее иначе – только с глазу на глаз.

- Ты веришь, что Кастелло будет играть по правилам? Он идет простив системы. И Оливии вряд ли это понравится.

Джулия криво усмехнулась.

- Лив мне не босс. Она просто удобная фигура на престоле этого клана, и пока нам выгодно действовать вместе. Но ее, скорее всего, не пустят править. Кей только что перехватил пальму первенства. Умный ублюдок…

- Пообещай, что будешь осторожна. В твоем мире выигрывают те, кто нарушает правила.

Джулия криво усмехнулась. Подняла руку. В отсветах огня сверкнуло кольцо с Изумрудом.

Валентина еще не короновала дочь как свою наследницу, но передала один из символов власти.

Пальцы коснулись щеки Арса. Изумруд оставил на его щеке слегка белеющий след от нажатия.

- Кто тебе сказал, что я не собираюсь их нарушать?..