Любовь, рожденная в аду

52

Джулия до конца не знала – сон это или же продолжение того самого состояния, о котором она знать не знала до этого.

Иногда открывала глаза. Чувствовала голым телом шелк простыней, смятых после страстной любовной схватки.

Ощущала, как прохладный воздух ласкает ее пылающую кожу, скользит по точкам непрекращающейся пульсации.

Она пыталась собрать все силы, сделать над собой усилие, но рассудок сейчас будто впал в анабиоз.

Это было не похоже ни на что из того, что было раньше.

Скорость «Харлея».

Танцы у костра до рассвета.

Жаркие объятия, где ключевой точкой был ее добровольный выбор.

Ничто не могло сравниться с тем, что Джулия только что испытала в объятиях своего врага.

Думать об этом не то что не хотелось – она была не в состоянии.

Ей даже не казалась уязвимой ее нагота, а приглушенный свет сделал фигуру Кея в кресле у стены безопасным фоном, без вовлеченности.

Психика спустила курок. Не дала ей сгореть там, где ситуация накалилась до предела.

Но сама Джулия этого не осознавала. Пока не было ни сожаления, ни теплых чувств к Кею. Непонятный транс. По сути, наверное, на его месте мог оказаться кто угодно. Даже шелковая простыня и мягкость подушки под ее головой.

Сон оставался поверхностным. До утра, или просто до глубокой ночи – она не имела не малейшего понятия из-за отсутствия часов и ориентиров по солнечному свету.

Просто когда открыла глаза, сладкий транс отпустил ее не до конца. Но ясность мыслей начала понемногу возвращаться.

Джулия натянула одеяло, прикрывая обнаженную грудь. Детали вчерашнего сумасшествия еще ускользали от ее внимания. Она моргнула несколько раз в приглушенном, почти интимном свете комнаты, слегка вздрогнув от удивления, заметив Кея все там же, где он остался вчера.

В кресле. У того самого шкафа, где хранился его садистский набор из плетей, цепей и ошейников.

Легкий холод прошел по спине Джули. Если сейчас ей снова предстоит это испытать, она просто рухнет со своих небес.

Очарование от биохимического сдвига в голове начало стремительно гаснуть, превращая лазурь весеннего неба в рваные черные пятна. Удерживая простыню на груди, она отчаянно оглянулась в поисках платья.

- На спинке кровати. Позади тебя.

Его голос показался ей глухим. Будто Кей был погружен в себя и отстранен.

Мгновенное облегчение – в его голосе не было обещания скорой расправы или продолжения издевательств – сменилось легким любопытством. Аналитическим.

Джулия мысленно поблагодарила всех богов вместе взятых за то, что его поглотили собственные мысли. И судя по всему, не все было гладко в его криминальной империи.

Действительно, не могла же близость с ней этой ночью превратить его в сосредоточенного и отстраненного?

Девушка поспешно кивнула. Подхватила платье и завернулась в простыню.

Лучшим вариантом сейчас было сбежать в ванную. И от неопределенности, и от своих эмоций, которые, она знала – обязательно накроют в скором времени.

Отражение в зеркале было иным.

Она не узнала эту ошарашенную девушку с растерянностью в глазах, но вместе с тем – с непонятным, магнетическим блеском в радужке, похожим на бриллиантовые грани.

Пока ванная комната наполнялась паром от горячей воды, она изучала себя, пытаясь привыкнуть к столь несвойственному отражению. И одновременно понять, не сломал ли ее вчера Кей своей искренностью.

Пугающих признаков найдено не было. Воспоминания о том, как она текла в его руках и целовала пальцы, пронеслись легкой тенью в широко распахнутых глазах.

- К черту! – Джулия брызнула водой на зеркало, будто оно было главным виновником того, что вчера произошло, сбросила простыню и шагнула под горячие струи душа.

Даже не поняла, что ей стало все равно, войдет за ней следом Кей или нет.

Горячая вода не помогла. Пришлось стиснуть зубы и включить ледяную. На долгих тридцать секунд. Потом снова горячую, и так по кругу.

В голове прояснилось.

«Было и было. Расслабилась? Отвлеклась? Кончила не по принуждению? Вот и забудь. У тебя есть мысли поважнее. Как свалить из этого гребаного бункера, раз тебя не спешат спасать!»

Платье легло на красную от водной экзекуции кожу словно защитная броня. Мелькнула мысль – если Кей решит его отобрать после того, как необходимость в охраннике отпала, она будет бороться до последнего.

Всего лишь платье – она снова ощутила себя женщиной, а не жертвой психопата в подвале. Как бы ни было удобно в белой мужской рубашке.

Пальцы легли на дверную ручку. Джулия досчитала до десяти, от досады скрипнув зубами: пронесшееся ураганом воспоминание вызвало не стыд, а россыпь сладкой дроби по спине.

Она могла прятаться здесь сколько угодно. Но понимала – Кей только этого и ждет. Она не собиралась давать ему в руки еще одно оружие.

Вышла, даже не глядя в его сторону, слегка отжимая мокрые волосы полотенцем. Делала все, чтобы показать – у него больше нет над ней власти. Настолько, что она даже не оглядывается с опаской.

Джулия уже дошла до постели с намерением перестелить смятые простыни, но что-то заставило ее остановиться.

Дыхание. Тяжелое, учащенное. Так, будто… девушка резко обернулась от внезапной догадки.

Может, у него, хвала всем богам – сердечный приступ?

Кей Кастелло. Ее ужас. Ее кошмар, отнявший у нее так много. Монстр, возомнивший себя судьей, палачом и рабовладельцем. В одном флаконе. Тот, кого она ненавидела всей душой и кому совсем недавно так горячо отдавалась, будто он был единственным из мужчин на этой гребаной планете.

Опасный и беспощадный похититель, вызывавший в ней дрожь и страх, сидел в кресле. Пальцы сжимали виски, как ей показалось в полумраке – с таким напряжением, что фаланги побелели.

Тяжелое дыхание разрывало тишину. Но он не задыхался и не корчился от боли.

Джулия Санторелли застыла на месте, прижав полотенце к груди.

Паническая атака. Вот, что она только что увидела.

Тот, кого она, сама не признаваясь, так сильно боялась, сейчас отчаянно пытался справиться с приступом паники.

Ей было знакомо это, наверное, как никому другому.

После того, как отец избил плетью Стефано, это происходило с ней так часто, что даже прошедшее время не могло стереть из памяти этот кошмар.

Чувство, что твой рассудок поворачивает вспять, и если его не остановить, ты начнешь сходить с ума, и никто тебя не спасет.

С ней случалось это часто. Даже при виде лошадей. При виде хлыста в руках у конюха. А когда они с подругой, еще в университете, решили уединиться и посмотреть «Звездный десант», чтобы в большей части насладиться улыбкой Каспера ван Дина, кошмар детства вернулся, умноженный в несколько раз.

Пока подруга охала и ахала на обнаженную спину распятого между столбами для порки актера-красавчика, Джулия не видела ничего. Ей было все равно, что это актерская игра и грим. Когда раздался усиленный динамиками щелчок плети и крик, мир сузился до узкой точки, в которой был только ужас и невозможность вдохнуть полной грудью.

Ее быстро привел в себя психолог кампуса, но впредь Джулия старалась не смотреть фильмы с подобными элементами.

Она знала эти признаки панической атаки лучше, чем все вместе взятые доктора. Она сама пережила десятки таких накатов.

Но Кей Кастелло? Нет, это невозможно. Люди, у которых нет сердца и эмпатии, так не чувствуют. Этого не может быть.

Кей вздрогнул, будто почувствовав ее взгляд. Их глаза встретились.

Тьма и осязаемый ужас будто полоснули Джули по сердцу старыми триггерами.

«Твою ж мать…» - успела подумать Санторелли перед тем, как отбросить полотенце и шагнуть к креслу, на ходу протягивая свою руку…