Наследница замка Ла Фер

14.3

В тех местах, где ободы крепились к доскам, на дереве остались явственные зарубины. Такие же, но почти незаметные, отметины были и на железе.

— Да он же обручи подбил, паскудник! — воскликнул Форест, едва увидев, что я ему показываю.

— Угу… Топором, наверное.

— Или молотком каким. И, смотрите-ка, ишь придумка непроста! Обручи ослабил, но несильно. Бочка поначалу держалась, а треснула через пару часов только, когда он уже далеко был, а сусло доделало остальное. То бишь на человека и не подумали бы, если б Тибо не заметил пришлого.

— Точно, — кивнула я. — Решили бы, что она из-за переброда взорвалась. Ох… — Я вскочила, оглядываясь на другие бочонки. — Форест, надо их все проверить! Крепко ли обручи сидят? Вдруг этот гаденыш успел еще что-то подпортить.

— Щас сделаем, ваше сиятельство.

Осмотрев остальное хозяйство, мы наконец-то выдохнули — больше следов диверсии нигде не нашлось.

— Видать, не успел, — констатировал мой главный сидродел. — Тибо, значится, проснулся как раз тогда, когда он с первой бочкой возился.

— Только пока наш охранник в темноте копался, злыдень потихоньку мимо него прошмыгнул, — добавила я сокрушенно. — Форест… но если была одна попытка, может случиться и вторая. Надо бы усилить стражу.

— Парней у нас немало, да вот только все при деле, — протянул он в ответ. — Я-то, конечно, в охрану выставлять теперь буду двоих, не меньше…

Почувствовав в его голосе недосказанность, я уточнила:

— Нужно что-то еще?

Форест в раздумье покачал головой.

— Я вот как мыслю: ежели это кто-то мелкий по злостности норова своего вам палки в колеса вставляет, то он испужается и больше приходить не станет, а вот ежели кто навредить хочет нешуточно, то тут стража настоящая, солдатская нужна, не из деревенских мужиков.

Соображения сидродела были справедливыми, однако все упиралось в нашу извечную проблему.

— Допустим, в городе кого-то нанять и получится, но чем им всем платить? —вздохнула я. — Давай пока своими силами справляться, потом, может, придумаю, как нам быть.

— Сделаем, ваше сиятельство, — согласился он. — Вы не волнуйтесь, тепереча глядеть будем в оба. Мы тут все на своем месте — дело это сидровое нам уж очень по сердцу пришлось. А подход у вас ко всему с душой, и нам, стало быть, в радость.

Я улыбнулась, тронутая этими простыми словами. Если мои работники довольны, и более того, если им интересно дело, которым они занимаются, то на них можно положиться. Ведь, что называется, не за страх, а за совесть трудятся.

И все же ситуация меня очень тревожила.

Чем больше я размышляла, тем больше склонялась к мысли, что это дело рук баронессы и, по всей вероятности, незабвенного батюшки Жиля. Уплывающее из их жадных лапок графство Ла Фер вполне могло заставить Вассона-старшего и его соратницу предпринять какие-то действия, чтобы лишить нас с сестрой верного источника дохода. Нищее поместье плюс нищие графини равно легкая добыча. А для безземельного дворянина и одна деревня — уже существенная прибыль.

Но по какой причине мадам Эжени помогает этому дворянчику? Раньше я полагала это несущественным: ну, может, они любовники, дело-то понятное и житейское. Но сейчас подумала: а вдруг здесь кроется что-то, на чем можно сыграть? Какое-то слабое место, надавив на которое, я заставлю этих аристократических гопников отступить.

Господи, знал бы кто, как я ненавижу все эти интриги и подковерную возню! Мне бы жить спокойно, делом своим заниматься и жизни радоваться, Бога не гневя. И так забот полон рот! Но, похоже, за спокойствие еще придется побороться.

Вопрос — как? Нет у меня сейчас никакой информации и никаких рычагов давления на нашу сладкую парочку… Из чего, впрочем, следует логичный вывод — надо эту информацию раздобыть.

Хм… ну и какие у меня имеются источники? Наверное, можно списаться с Мадлен, расспросить ее, что она знает о своей несостоявшейся сопернице. Вдруг где и мелькнет зацепка. Про Вассона-старшего герцогиня тоже что-то должна знать, в конце концов, он сейчас обретается у нее в замке.

А еще есть премудрая тетушка Флоранс с ее «связями». Точно, попробую-ка я разузнать что-то и через нее. Раз уж графиня де Шайи состоит в активной переписке со старыми подругами и поклонниками, попутно обзаводясь новыми полезными контактами, грех не воспользоваться ее опытом и стекающимися к ней сведениями.

Но прежде всего надо уберечь мой сидр.

Я позвала Фореста, уже успевшего раздать указания работникам и теперь возившегося с новым огромным навесным замком для подпола.

— Хочу забрать в шато то сусло, которое у нас хранится в глиняных и стеклянных сосудах, — сказала я. — Там самый ценный сидр, и, думаю, в наших винных подвалах он будет в большей безопасности, чем здесь. Все бочки туда нет смысла перетаскивать, но хотя бы квеври и бутыли — надо. Как бы это организовать, чтобы они не пострадали при переезде?

Отложив замок, Форест задумчиво помял свою густую бороду, затем все же кивнул сам себе.

— Трудно это, но, пожалуй, что и можно, госпожа графиня. Заберем отсюда лед, все едино он нынче уже не нужен, и так холода достаточно. Кувшины погрузим на телеги, закопаем в сено и обложим льдом. А повезем тихонечко-тихонечко, чтобы никак не повредить и брожение не ускорить. На месте перегрузим порядливо, да и хорошо будет.

— Тогда сделайте завтра, не откладывая. А я пока в замок вернусь, посмотрю, что там с винными погребами, подготовлю их к приему…

На том мы с Форестом и разошлись. Он пошел заниматься делами, я же поехала обратно в шато, чтобы раздать указания слугам и поговорить с тетушкой Флоранс.