Наследница замка Ла Фер

18.2

Скорость, с которой развернулась мадам Эжени к графине, сделала бы честь любой комете.

— Почему бы вам не познакомить мужа с Себастьяном? — участливо спросила тетушка Флоранс. Ну и что, что он не его сын. Зато — ваш. Тоже сойдет.

— Ах ты мерзкая старушенция! — взорвалась баронесса, мгновенно подскакивая к графине де Шайи. Я было дернулась, испугавшись, что прыткая мадам навредит нашей тетушке, но ни на какие другие действия та не решилась, ведь в отдалении стояла Татин, может, и не слышавшая их диалог, но внимательно наблюдавшая за всем происходящим. — Немедленно прикажите вашей служанке выйти отсюда! — прошипела рыжеволосая фурия. — А потом поговорим… по душам.

— И не собираюсь, — пренебрежительно махнула веером графиня. Кажется, ее совсем не напугала эта эскапада. Вот что значит многолетняя придворная закалка! — Просто держите себя в руках и говорите потише, тогда никто ничего не узнает раньше времени.

— Что вам известно о Себастьяне? — повторила свой вопрос баронесса, неимоверным усилием заставляя себя последовать совету и существенно снизить децибелы.

— Всё, — просто ответила тетушка Флоранс. — Маленькому плоду вашей с шевалье де Вассоном любви сейчас два с половиной года. Он живет в домике одной доброй женщины, по совместительству — его няни. Домик находится в Лимузене, стоит на землях, принадлежащих вашей родной семье. Когда вы поняли, что носите дитя, и его никак не удастся приписать барону, ибо тот вернулся с битвы при Павии, лишившись не только куска ноги, но и еще одной немаловажной части тела, то уехали к матери, предупредив, что хотите погостить у нее подольше. Дальше все просто — вы благополучно родили, оставили ребенка кормилице и вернулись к супругу. Но с этих пор стали очень часто навещать свою матушку — причем раньше в такой острой обоюдной любви вы с ней замечены не были. Ваш супруг после возвращения с войны больше не покидал поместья, так что у вас имелась полная свобода перемещений… Полагаю, вы верно оценили ситуацию: барон — человек весьма практичный, он простит вам измену, ибо прекрасно понимает, что больше ничего не может вам дать как мужчина. Но ни при каких условиях он не простит вам бастарда, и уж тем более не примет его в семью. Это нанесло бы колоссальный ущерб репутации семьи и его личной репутации, а главное — причинило бы массу беспокойств родным сыновьям. Поэтому вы сохранили рождение маленького Себастьяна в абсолютной тайне.

На баронессу было страшно смотреть. Ее глаза сузились до двух крошечных щелочек, красные пятна блуждали по всему лицу, а спина горбилась, словно у рыси перед атакой. Тем не менее она не пыталась прервать графиню де Шайи, очевидно желая понять, сколько же всего той известно.

Кое-что нам с тетушкой и впрямь удалось выяснить вплоть до деталей, но вот в случае с подстреканием Жиля и будущими видами заговорщиков на графство Ла Фер мы вступали в область предположений. Основанных, впрочем, на понятной логике развития событий.

И графиня не замедлила ими поделиться.

— Ни вам, ни шевалье де Вассону нечего было предложить своему незаконнорожденному ребенку, кроме скромного дома и небольшого содержания. Но вы сочли такое положение дел совершенно неприемлемым, и поэтому, когда осиротели графини де Ла Фер и на них, как коршуны, накинулись кредиторы, в чьей-то из ваших двух «светлых» голов родился извращенный план. Первым делом шевалье сбежал из поместья, бросив его на своего старшего сына Жиля, понимая, что тот не слишком силен в хозяйственных делах и скорее всего приведет графство к еще более бедственному положению. Таким образом, с одной стороны, у девочек не останется никакой опоры — дряхлая старуха-опекунша не в счет, — а с другой не будет иного выхода, кроме как прибегать к помощи Жиля и, соответственно, надежно привязаться к нему. Уж не знаю, какую из сестер вы первоначально планировали выдать за него замуж, но тут юная Лаура имела несчастье попасть под копыто лошади, и вы решили ускорить события. Расчет элементарный: Жиль совращает беспомощную девушку, шевалье испрашивает для сына разрешения у герцога и короля на ней жениться, в виду непреодолимых обстоятельств получает его — и полдела сделано.

Я скосила глаз за стоящего рядом парня. Уши его пылали маковым цветом, а взгляд был вперен в пол. Держись, зайчик, это еще не все, что тебе предстоит услышать.

— Теперь вам нужно было пристроить Каролину, — продолжила тетушка. — Тоже за кого-нибудь замуж, и желательно так, чтобы ни она, ни ее будущий супруг не могли претендовать ни на какую часть графских владений. И тут, мадам, вы вспомнили о повышенном интересе, который проявлял граф де Граммон по отношению к старшей сестре де Ла Фер на одном из балов. Граф, конечно, женат, но кого и когда это останавливало? Из-за удачного стечения обстоятельств, вы все тогда находились в замке герцога де Монморанси и по его просьбе дружно поехали навещать пострадавшую мадемуазель Лауру. Уж не ведаю, сам ли Оливье де Граммон вызвался присоединиться к этой поездке, или это вы напомнили ему о прекрасной госпоже Каролине, но не понимать, к чему приведет их встреча, вы не могли. Жестокая, собственническая и любострастная натура графа дала бы о себе знать обязательно. А дальше опять все просто: краткий миг «любви», затем девушка понимает, что жениться на ней никто не собирается, и, опозоренная, соглашается на любой из подвернувшихся вариантов, а этот вариант будет любезно предоставлен вами, и кандидатура окажется самой удобной и подходящей для вас. И даже если граф де Граммон вдруг лишится супруги — он ведь уверяет всех, что она при смерти, — и вознамерится взять в жены Каролину, это тоже будет вам на руку. Старшая сестра непременно убедит обожаемого мужа, что не нужно возиться с нищим графством, лучше оставить его младшей сестренке. Да и вы, как близкая подруга графа, поможете ему принять правильное решение.

Мадам Эжени, видимо, не выдержав напряжения, принялась расхаживать туда-сюда перед графиней, а затем вновь присела на скамью, изо всех сил впившись пальцами в ее края.

— Ну что ж, раз вы так хорошо осведомлены, уж заканчивайте вашу занимательную историю, — проговорила она свистящим шепотом.

Было заметно, что баронесса находится на грани истерического срыва, однако пока еще держит себя в руках. Сильная женщина. Все ее планы сейчас рушились прямо у нее на глазах, ведь, если о них узнала графиня де Шайи и ее подопечные, то вслед за ними, естественно, узнает и герцогская чета — что означает полный крах всех мечтаний мадам д’Алер и, вероятно, отторжение в обществе. А отказаться от радостей высшего света и запереть себя в четырех стенах провинциального поместья, при этом, вполне вероятно, потеряв возможность видеться с маленьким Себастьяном… Может, кому-то такое пережить и по силам, но точно не ей.

— Закончу, отчего ж не закончить? — пожала плечами тетушка и продолжила: — Итак, Жиль де Вассон женится на Лауре. В жизнь молодой пары активно входите вы с шевалье де Вассоном-старшим и окружаете ее удушающей заботой. Тут у вас появляются разные варианты… Если юная новобрачная умрет от последствий травмы — никто не удивится, не так ли? Поместье останется во владении ее скорбящего мужа, которого потом будет очень легко нужным образом обработать — ведь мальчик он довольно наивный, — а затем познакомить с нежданным братиком. Поплакаться Жилю о бедственном положении маленького Себастьяна, убедить, что младший, хоть и незаконнорожденный, сын господина де Вассона тоже имеет право на счастливую жизнь, а для этого ему нужно усыновление или хотя бы опекунство и, разумеется, какое-никакое имущество в наследство, например, в виде половины графства Ла Фер. И вуаля — юный Себастьян пристроен и обеспечен. А уж затем шевалье де Вассон постарается использовать все свои знания, умения и вхожесть к герцогу де Монморанси, чтобы поправить положение дел в графстве и обеспечить своему отпрыску безбедное будущее. Жиля при этом со временем можно будет потихоньку сослать в Париж, пристроить на какую-нибудь сносную должность и благополучно о нем забыть. Насколько я понимаю, особой любовью он у своего отца не пользуется, так что страдать по нему никто не станет. Более того, примерно такой же вариант можно провернуть даже в том случае, если Лаура останется жива. Сначала убедить ее и господина де Вассона-младшего усыновить Себастьяна, и лишь потом уже убрать с дороги неугодную девочку, которая, если, не дай бог, родит собственного ребенка, то разрушит планы по устройству вашего сына.

Жиль все это время не знавший, куда девать глаза и мечтавший оказаться где-нибудь за тридевять земель, подальше от злосчастной оранжереи, вдруг дернулся, явно порываясь выйти к обеим дамам. Я едва успела поймать его за рукав и удержать, приложив палец к губам и показывая, что еще рано. Парень кинул на меня взгляд, полный запредельного смущения, но все же остался на месте.

— Я правильно понимаю, что графини де Ла Фер тоже обладают всеми сведениями, которые вы мне сейчас изложили? — спросила баронесса, судорожно комкая платье у себя на коленях.

— Да, мадам, — спокойно кивнула тетушка.

— И что вы теперь собираетесь сделать? Расскажете обо всем герцогу? Королю? Попросите защиты?

Графиня де Шайи медленно сложила свой веер и с расстановкой сказала:

— Знаете, сударыня, честно говоря, меня больше интересует, что намерены делать вы?