Наследница замка Ла Фер

17.2

— Дамы и господа, летом вы оказали нам с сестрой большую честь, навестив нас в шато Ла Фер. Как вы помните, в ходе этого визита мы с ее светлостью герцогиней Мадлен заключили пари о том, что мне в поместье удастся произвести яблочное вино совершенно иного качества, нежели обычная плодовая брага, не менявшаяся со времен Карла Великого. Да, я вызвалась сделать нечто особенное — яблочное вино, которое было бы не стыдно подать на стол в самом высоком и благородном обществе. Сидр, которому не будет равных во всей Франкии. — Я на мгновение замолчала, давая присутствующим осознать грандиозность задумки. А затем продолжила: — Весь этот сезон мы в графстве Ла Фер не покладая рук трудились, чтобы добиться желаемого и выполнить условия пари. Участвовали все, от мала до велика. Посмотрите на эти прелестные мешочки, они сделаны умелыми пальцами моей дорогой сестренки, которая тоже не осталась в стороне, а решила помочь мне если уж не с производством, то хотя бы с красотой подачи. От всех нас потребовалось много усилий… Но, смею надеяться, результат превзойдет ваши самые смелые ожидания.

Я потянулась за первой бутылью и явила ее собравшимся.

— Мы сделали для вас три вида сидра, так, чтобы каждый мог подобрать напиток себе по вкусу. Сейчас я держу в руках так называемый классический сидр. Возможно, кто-то пробовал его на постоялых дворах, находясь в разъездах, или просто любопытствовал, что же такого пьют крестьяне. Однако это более чем усовершенствованная его версия. Я употребила все свои знания и умения, чтобы создать яблочное вино по самым высшим стандартам, и могу поклясться Господом нашим, что ничего подобного вы еще не пробовали.

Развязав мешочек, я достала из него бутыль и попросила слугу вынуть пробку, соблюдая при этом осторожность и ни в коем случае не тряся сосуд. Пробка вышла с характерным хлопком, и спустя пару мгновений я ощутила легкий аромат летнего сада.

Уф… Сжатую внутри меня пружину чуть отпустило. Запах ровно такой, какой нужно, значит, можно ожидать, что и вкус будет хорошим. Я и так еле удерживалась от того, чтобы хлебнуть прямо из бутылки, пробуя то, что получилось, прежде чем наливать герцогу и компании. А то вдруг что-то не так! Но нужно было держать марку, и я постаралась ни единой дрогнувшей ресничкой не дать понять, что волнуюсь просто ужасно.

Как и ранее, на дегустации в шато Ла Фер, я довольно высоко подняла бутыль и принялась наливать жидкость так, чтобы струйка билась о борта бокала. Попутно я объяснила, зачем это делаю, и рекомендовала обучить этому приему прислуживающих за столом лакеев.

Разлив сидр по бокалам, я взяла один из них и протянула герцогу де Монморанси.

— Ваша светлость…

Следующий был отдан Мадлен, с деликатным намеком не пить много, чтобы не навредить ребенку, а затем и все остальные получили свои чарки.

— Он такой прозрачный! — удивился граф д’Обинье, поднеся бокал к свече и разглядывая жидкость на просвет. — Я никогда не встречал подобной чистоты в яблочном вине, да и в виноградном, пожалуй, тоже. Обычно оно всегда мутновато, а порой даже слишком. Как вы этого добились?

— А вот это один из моих секретов, — улыбнулась я. — И я намерена хранить его столь долго, сколь сие будет возможно. Помните, я рассказывала вам о древних латинских книгах? Я внимательно изучила описанные там рецепты и привнесла в них некоторые улучшения.

После этих слов все как один принялись вертеть свои чарки и одобрительно прицокивать языком. Разумеется, кроме мадам Эжени.

— За его величество короля Франциска I и за вас, ваша светлость, — произнесла я, поднимая бокал. — Да пошлет вам Господь долгих лет жизни и благоденствия.

— За вас, юная мадемуазель Лаура, — отозвался герцог, — и за ваши удивительные идеи.

И все пригубили мой сидр.

Я думала, что собравшиеся будут ждать реакции герцога, чтобы затем подхватить его мнение, на все лады ругая или, наоборот, хваля напиток, в зависимости от того, что он скажет. Но первой отреагировала Мадлен.

— Оу… — тихо воскликнула она с радостным недоумением уставившись на меня. — Это же вкусно!

— Да, воистину, — подхватил виконт де Бейль, тоже не дожидаясь высочайшего заключения.

Остальные же проявили осторожность. Не считая, конечно, тетушки Флоранс и Каролины, которые уже пробовали наш сидр раньше и, прекрасно зная его качество, отсалютовали мне своими бокалами. Но теперь все взгляды обратились к его светлости герцогу де Монморанси. Именно ему предстояло вынести окончательный вердикт.

А месье герцог меж тем не торопился с суждением. Он сделал еще один глоток, смакуя напиток, закусил его кусочком сыра, и опять пригубил яблочное вино. Лишь после этого он повернулся ко мне.

И… склонился в глубоком поклоне.

— Мадемуазель Лаура, я полагаю, что пари выиграно вами абсолютно и совершенно блистательно. Я действительно ни разу в своей жизни не пробовал ничего даже близко похожего. А ведь успел объехать не одну страну и ознакомиться с самыми разнообразными винами, как лозовыми, так и плодовыми. Могу подтвердить, это не просто сидр. Это напиток, достойный стоять на столах королей рядом с лучшими винами из Бордо, Бургундии, Тосканы, Пфальца и Андалусии. Кстати, думаю, мы осуществим это прямо на завтрашнем балу.

Герцог наконец позволил себе легкую улыбку — и у меня с сердца упал вот такенный камень! Всё. Вот теперь можно выдыхать. Мы… Да, мы победили!

Я в изумленном смятении обернулась к тетушке Флоранс и Каролине, а они ответили мне уверенными, торжествующими взглядами. Поверить в то, что у нас все получилось, по-прежнему было сложно, но — да! Получилось!

Дальше я, как в тумане, выслушивала поздравления, рассказывала о других видах сидра — сухом и сладком, и делилась забавными историями с нашей сидродельни, не выдавая, впрочем, основных секретов производства. Патентную грамоту еще только предстояло получить, так что разбрасываться бизнес-тайнами, даже находясь в легком опьянении после дегустации, я не собиралась.

Мадам Эжени сначала примолкла, не подавая признаков существования, а затем и вовсе удалилась, извинившись перед их светлостями. Мы же оставались в гостеприимных покоях герцогской четы до глубокой ночи…