Развод с тираном

4.5

Обувь бы, а то прыгать, пусть даже с первого этажа, в одних носках по темноте — так себе занятие. Но делать нечего. Открываю створку, залезаю на подоконник, осматривая землю вокруг. Вроде чистая на первый взгляд, плюс трава должна смягчить приземление. Но я всё равно сперва свешиваюсь на руках, чтобы снизить расстояние до земли и возможный риск покалечиться. В таком положении оно сокращается до метра, а это ерунда. Правую стопу пронзают неприятные ощущения от впившейся в неё веточки, но тут же пропадают, стоит только потереть ею о другую ногу.

Отлично! Теперь можно и в путь-дорогу.

Всё же, какие молодцы те, кто придумал обустроить территорию вокруг клиники, засадив её деревьями и кустами. Так проще остаться незаметной. Лишь бы вспомнить, где тут располагается стоянка такси. Кажется, где-то справа.

В любом случае, вряд ли с этим возникнет проблема. Так что я без раздумий иду дальше. Как шагаю, так и замираю, заметив впереди огонёк от зажжённой сигареты. Следом различаю и массивную мужскую фигуру.

— Ты долго, — разбавляет ночную темень голос Олега.

И я мысленно громко вою!

— Серьёзно?!

Огонёк гаснет, а из тени деревьев ко мне шагает мой тиран-муж. Рубашку он сменил, теперь его плечи обтягивает серый лонгслив и накинутый свитшот на молнии поверху. А в руках у него два крафтовых пакета: один поменьше, другой побольше.

— Могу задать тебе тот же вопрос, — протягивает мне тот, что побольше.

Принимаю предложенное больше по инерции, чем реально интересуюсь, что там. Хотя всё равно заглядываю. Оказывается, там лежат кроссовки и зипка. Тоже всё серое.

— Как ты узнал?

Даже не то, что я сбегу, а как именно это сделаю.

На губах Олега расцветает мрачная ухмылка.

— Я не настолько идиот, как ты считаешь, — щурится, пристально глядя на меня. — И достаточно хорошо изучил тебя за эти полгода, принцесса, — замолкает, выдерживает паузу. — Обувь надень. Земля холодная.

Тут он, конечно, прав, вот и не спорю. Действительно обуваюсь. И зипку на плечи накидываю.

— Спасибо, — всё же признаю заслугой эту его заботу.

Но, надеюсь, он не считает, что я теперь вся такая послушная вернусь обратно? Потому что как только я справляюсь со шнурками на обуви, тут же иду дальше. Олег, к сожалению, не отстаёт. А стоит нам выйти на подъездную часть к клинике, как берёт за локоть и перенаправляет меня к стоящей неподалёку своей чёрной Ауди. Приходится подчиниться. Но ничего, я всё равно сбегу. Не сегодня, так завтра. Не завтра, так послезавтра. Но обязательно сбегу. Пока же всё так же послушно залезаю в автомобиль.

Олег закрывает дверцу, обходит капот и усаживается за руль. Правда трогать с места не спешит. Разворачивается ко мне всем корпусом, кладёт второй пакет между креслами и берёт меня за руку. Проходит всего несколько мгновений, а мой безымянный палец опять жжёт двумя кольцами.

— Ты обронила, — комментирует он содеянное.

— Не обронила, — отзываюсь угрюмо.

Пытаюсь отобрать у него ладонь, чтобы вновь избавиться от украшений, но Олег не отпускает.

— Я сказал: обронила, — повторяет с нажимом.

Снова зло дёргаю рукой. Но его хватка лишь сильнее становится.

— Больше не роняй, — продолжает он.

Голос звучит ровно и спокойно, но от него веет таким холодом, что я не обманываюсь на его счёт. Это предупреждение. Открытое и бескомпромиссное. Но я и тогда не сдаюсь.

— Или что? — интересуюсь с вызовом.

Его губы растягиваются в новой мрачной ухмылке.

— Уверена, что потянешь ответ?

Сказала бы я…

И говорю! Пусть и не совсем то, что вертится на языке.

— Рискну, пожалуй.

И тут же вздрагиваю от неожиданности, когда муж резко придвигается ко мне. Настолько, что я невольно вжимаюсь в сиденье. А он, всё с той же ухмылкой подаётся ещё ближе ко мне. И с каким-то откровенно садистским довольством ведёт носом по моей щеке вверх, отчего я в ужасе замираю.

Что он, мать его, задумал?! Не собирается же он?.. Да? Да меня только от одной мысли о том, что он возможно собирается меня ещё раз поцеловать, в новую дрожь бросает. Ни за что!

Ещё бы Олега это остановило. К губам присоединяется ладонь. Ложится на моё правое бедро и принимается скользить вверх.

— Ты… Ты что делаешь?!

Он будто только и ждёт этого вопроса. Прижимается ближе ко мне.

— Что? Уже не такая смелая? — шепчет, целуя в висок.

Кажется, да. Кажется, я реально боюсь. Но, увы, не его. Себя. Потому что дурной организм, впитавший запах мужского парфюма, тут же реагирует толпой мурашек. Они ядом просачиваются под кожу. Расходятся дурманом по венам. И я ничего не могу с этим поделать. Это бесит, злит, пробуждает ярость, но только в разуме. Тело-предатель откликается на каждое движение его губ и рук. Чтоб меня! Приходится очень постараться, чтобы ответ звучал правдоподобно безразлично.

— А мне есть чего бояться?

— Вот ты сама мне и скажешь.

В дополнение к словам рука на моём бедре не просто смещается выше, а подлезает под футболку. Чувствительной кожи живота касаются его горячие пальцы. Вот теперь я вовсе не шевелюсь. Заставляю себя не реагировать никак на такое бессовестное соблазнение, но тяжёлое дыхание выдаёт с головой. Да и плевать! Я всё равно ни за что не дам заднюю. Пусть не надеется! Даже когда пальцы скользят дальше, мне за спину, поднимаются вверх. Я и тогда сижу, не шевелюсь.

— Можешь продолжать, если хочешь, это всё равно ничего не изменит между нами, — сообщаю равнодушно.

Рука Олега замирает на мгновение, но тут же опять приходит в движение. В ушах уже шумит от спятившего пульса, что долбит на самых высоких децибелах. Оглушает. Губы Олега скользят выше, оставляют поцелуй на моём лбу, а затем… Он отстраняется. Следом щёлкает затвор замка ремня безопасности. Так я и понимаю, что все его действия на самом деле были далеко не тем, что я посчитала. Всего лишь жалкая провокация. На которую я, как идиотка, почти повелась.

Вот же ублюдок! Только и делает, что издевается надо мной. Будто мало ему уже содеянного. А ему реально мало всего этого. Потому что привозит Олег меня не домой, как я ожидаю, а в место нашего первого свидания. В Парк Победы. Где мы с ним зимой катались на лыжах.

Скотина бездушная!