Падшие Боги

Глава 66

Рей

Когда я возвращаюсь от Арика, я стучу в дверь Зивы, чтобы убедиться, что она благополучно добралась домой прошлой ночью, но меня встречает пустая кофейная чашка и недовольный взгляд.

— Не возвращайся, пока не наполнишь ее, — дверь захлопывается у меня перед носом.

— Рада, что ты жива! — кричу я и решаю, что, возможно, кофе нужен и мне. Кофе, время на размышления и, возможно, чудо. Я прикусываю нижнюю губу и наконец делаю звонок, которого не хочу делать. Лучше сначала позвонить Отцу, чтобы у меня было время все спланировать.

Он отвечает с первого гудка.

— Дочь, — его голос глубокий. — У тебя для меня хорошие новости?

Лгать нет никакого смысла.

— Он будет пробужден сегодня ночью, как я и обещала.

Мне бы хотелось не говорить этого Одину, хотелось бы, чтобы нам вообще не приходилось этого делать, но выбора нет. Мы должны довести дело до конца, что бы ни случилось. Мне остается только надеяться на лучшее.

Опять это глупое слово. Надежда.

— Хорошо, — его голос становится резким. — Значит, мне не придется убивать Лауфей. Мне нравится ее компания. Было бы бессмысленно и трагично проливать ее кровь только потому, что ты слишком долго тянула.

Я смотрю на кампус, и по спине пробегает холод.

— Что ты планируешь сделать в первую очередь?

— Где ты?

Странный вопрос.

— В общежитии.

— Выйди наружу. Я подожду.

Я не колеблюсь. Спускаюсь по лестнице в главный холл и выхожу на улицу.

— Хорошо, и что теперь?

— Видишь базальтовую арку?

— Да.

— Представь, что из нее выступает мост, ведущий в другой мир, совершенный мир без войны и боли, с абсолютной силой, где больше нет сражений, где мне не приходится использовать против тебя людей, которых ты любишь. Мой план, дочь моя, состоит в том, чтобы вернуть то, что нам принадлежит, а затем отомстить тем, кто осмелился украсть у это нас.

— Почему… — мой голос срывается. — Почему они вообще украли молот, если существовала такая утопия?

Я думаю о картинах, о сказках Лауфей. Об истории Арика.

— Тор предал Великанов? — спрашиваю я.

Он молчит.

— Отец, Тор предал их первым?

— Поверь мне, у него не было выбора. И на этом остановимся.

О Боги, так это мы начали войну?

— Добудь Мьёльнир, пока я не потерял терпение. Увидимся сегодня ночью на Дикой Охоте. Оскорбительно, что он пытается украсть мой праздник, так что я должен хотя бы появиться. К тому же Лауфей любит вечеринки. Она так по тебе скучает, что редко засыпает без слез. Ее душа разрывается от мысли, что ты в опасности, но не волнуйся, я ежедневно говорю ей, что ты сделаешь все, чтобы ее спасти. Верно?

Слезы сдавливают горло.

— Верно.

— Увидимся вечером. Думаю, я оденусь… как Бог.

Я разворачиваюсь и возвращаюсь в здание. Разумеется, Рив стоит у входа и становится свидетелем моего нервного срыва. Я больше не выдержу еще одного источника стресса.

Я натягиваю улыбку. Наверняка она выглядит такой же фальшивой, какой ощущается, но ведь нельзя быть хорошей во всем, правда?

— Хороший разговор? — спрашивает Рив.

О Боги, как же мне хочется его ударить.

— Прекрасный, спасибо.

— Рад это слышать.

Мы вместе идем через холл и заходим в лифт. Пожалуйста, только не нажимай кнопку аварийной остановки, пожалуйста, не нажимай…

Он нажимает кнопку аварийной остановки.

— Мне очень нужно, чтобы это не стало нашей привычкой, — я отхожу в свой угол лифта, он в свой. — Что такого тебе нужно сказать, чего нельзя сказать в общежитии, на вечеринке, при Арике или твоей маленькой змее?

— Мило, — Рив складывает руки на груди и смотрит на меня серьезно. — Охота через несколько часов.

— Да. И что? — спрашиваю я. — Это не повод похищать меня в лифте. Что происходит, Рив?

— Я знаю, что ты сделала, — рычит он низким голосом. — И теперь ты узнаешь, что могу сделать я.

Что-то не так, не с тем, как вдруг огрубел его голос, не с блеском в его глазах. Я бросаюсь к кнопке открытия дверей, но в тот же миг Рив прижимает меня к боковой стене. Сердце колотится, я резко подаюсь вперед, пытаясь сбросить его, затем бью ногой, отбрасывая назад. Он спотыкается, но тут же поворачивается ко мне лицом.

— И это все? — он смеется. — Я ожидал большего от дочери Одина.

Я бью его правой рукой. Он отскакивает в сторону, полностью уклоняясь от удара, и хватает меня за горло. Его пальцы сжимаются.

Я бью его коленом в пах, и он тут же падает, отпуская мою шею. У меня нет времени перевести дыхание. Я упираюсь ладонью ему в грудь и другой рукой перекрываю ему воздух.

— Не задирай того, кто сильнее тебя, — говорю я. — Это выглядит жалко.

— Сильнее меня? — он снова смеется. И в следующую секунду исчезает.

Какого хрена?

Он появляется снова, стоя на другой стороне лифта, скрестив руки и высокомерно откинувшись назад.

Я моргаю. И еще раз. Я правда это только что видела?

— Давай попробуем еще раз, ладно, Рей? — воздух вокруг нас трещит и гудит, а затем его глаза вспыхивают ослепительно белым, и он с ухмылкой шепчет. — Я Локи. Приятно познакомиться.