Скованная сумраком

Глава 31



— Через два дня, — сказал Ретлин, лениво ковыряя еду в тарелке. — Уркин хочет, чтобы новобранцы пересекли Разрыв. Чтобы своими глазами увидели Западные территории Сидхе.

Я уставилась в собственную нетронутую тарелку, аппетит исчез. Через два дня я должна была представить Уркину альтернативу войне. Вместо этого мне предстояло наблюдать, как Умбра готовит следующее поколение к проникновению в мой бывший дом.

— Это всего лишь наблюдение, — продолжил Ретлин, будто уловив мое напряжение. — Никакого взаимодействия. Им нужно понять, с чем мы имеем дело за Разрывом, изучить патрульные маршруты.

— А я в этом налете не участвую? — спросила я, не сумев скрыть горечь в голосе.

Взгляд Ретлина скользнул от Эфира ко мне; в чертах его лица появилось сомнение.

— Я бы предположил, что да, — наконец сказал он. — Хотя не уверен, что Уркину вообще есть до этого дело.

— Да. Потому что я уже дала ему ровно то, что ему нужно.

— Новобранцы заслуживают увидеть, против чего идут. Чему они посвятили свои жизни, — Ретлин пожал плечами, но в глазах его мелькнуло сожаление.

— Они тренируются всего пять дней, — сказала я с недоверием в голосе. — Никто из них к этому не готов.

— Им и не нужно быть готовыми, — ответил Эфир, в его голосе звучала та самая знакомая тяжесть. — Им нужно просто увидеть.

— К тому же, — вмешалась Эффи, почти не отрывая взгляда от ногтей, — Стража никогда не располагается так близко к Разрыву. Пролет через Западную границу — сущий пустяк.

Ее слова ударили под дых, что-то старое во мне болезненно дернулось от этого откровения. Сколько раз они входили в Сидхе, так и не будучи замеченными?

— Они будут использовать… тени? — спросила я, хотя ответ уже знала. Теперь это были мои тени, моя сила, обращенная против моих бывших союзников.

— Только для маскировки, — поспешно сказал Ретлин. — Стандартный протокол при пересечении Разрыва. Мы не ищем столкновений.

За столом повисло неловкое молчание. Даже ритмичное подпиливание ногтей Эффи остановилось.

— Не смотри так мрачно, — наконец сказала она, снова принимаясь за маникюр. — Это же не нападение. Хотя, полагаю, до него недолго, если ты не представишь эту свою чудесную альтернативу, которой все нас кормишь.

— Эффи, — предостерег Эфир, но она лишь пожала плечами.

— А что? Мы все об этом думаем. Край через два дня, а у нас пока только пыльные книги и…

Рука Вексы с грохотом опустилась на обеденный стол, заставив тарелки задребезжать и напугав нескольких солдат поблизости.

— У меня есть идея.

— Некоторые из нас вообще-то пытаются тут поесть, — пробурчал Ретлин, отодвигая тарелку подальше от ее пальцев.

— Она рискованная, — продолжила Векса, усаживаясь на место с самодовольной улыбкой, — но сейчас у тебя, по-моему, особого выбора нет, верно? — она посмотрела прямо на меня через стол.

— Я слушаю, — я наклонилась вперед, стараясь не выдать отчаяния. После дней, проведенных в Архиве без единой зацепки, я была готова почти на что угодно.

— Честно говоря, я удивлена, что ты не додумался до этого раньше, Эфир, — Векса бросила на него разочарованный взгляд.

— Продолжай, пожалуйста, дорогая, — сказала Эффи с напускным безразличием, разглядывая свои ногти.

Между Вексой и Эфиром что-то промелькнуло, будто они знали что-то, и от этого воздух словно стал плотнее. Я перевела взгляд с нее на него, ненавидя, как часто чувствую себя той, кому не хватает кусочков мозаики.

— Мы изначально пошли не тем путем и пытались найти сведения о сифонax в Архиве. Зачем мы потратили столько времени, если могли просто поговорить с самим источником?

Эффи нахмурилась, сведя брови.

— Этот человек мертв уже больше века.

— Ты единственный, кто до сих пор знает, как их найти, — сказала Векса Эфиру, полностью игнорируя Эффи. — Что ты мне тогда говорил… какая-то пещера в Блодфхале?

— Нет, — мгновенно Эфир ответил, откидываясь на спинку стула и скрещивая руки. Тени вокруг него, казалось, усилились.

— Книга написана им. В ней его почерк. Это сработает, я думаю. — Векса пожала плечами, но в ее тоне не было ни капли небрежности.

— Векса, — всего лишь имя, но в нем было достаточно предупреждения, чтобы у меня по коже побежали мурашки.

— О чем вы вообще говорите? — спросила я, не сумев скрыть резкость. Еще больше секретов, еще больше недоправды.

— Я бы тоже хотел знать, — добавил Ретлин, прожевывая рисовую лепешку.

— Когда я сидела в тюрьме, ходили слухи об одном изверге, или монстре… чем-то, разумеется, стереотипно ужасающем. Поговаривали, что он может говорить голосами мертвых, если у тебя есть личная вещь покойного, — губы Вексы изогнулись в улыбке. — Например… мемуары.

Эффи едва не поперхнулась напитком.

— Абсурд.

Я закатила глаза, и разочарование тяжелым камнем осело в животе. На мгновение я и правда позволила себе надеяться, но это было смешно.

— Я тоже так думала. Пока вот этот не вытащил меня из тюрьмы и не подтвердил, что это реально.

Тишина, наступившая после этих слов, была оглушительной: все взгляды разом устремились к Эфиру. Даже показное безразличие Эффи дало трещину.

— Векса, это даже близко не описывает произошедшее, — он вздохнул, но в его голосе было что-то, что заставило меня насторожиться. Он не отрицал, что это реально.

— Я просто пересказывала все байки, которые шептали по тем камерам…

— Довольно громко и часто, если мне не изменяет память.

— Так ты все-таки помнишь? Отлично, — Векса улыбнулась шире. — В общем, полагаю, в попытке меня успокоить он подтвердил существование Зловещих Сирен. Сказал, что сталкивался с ними почти два десятилетия назад.

— И они оказались бесполезными, что ты бы тоже помнила, если бы в тот вечер не уничтожила столько эля, — голос Эфира был ровным, но плечи напряглись.

— Только потому, что у тебя не было никаких личных вещей, — она подняла мемуары, помахав ими, как трофеем. — А теперь есть.

Эфир промолчал, сжав челюсть и вперив взгляд в стену.

— Вы двое могли бы отправиться туда, когда остальные полетят к Разрыву. Уркин ничего не заподозрит, — прошептала она.

— Векса, еще слишком рано для этих нелепых авантюрных фантазий. Ты больше не в тюрьме, — голос Эффи был резче обычного. — Ты просто напрашиваешься на неприятности.

— Если все точно рассчитать, мы могли бы уйти и вернуться одновременно с остальными. Он бы никогда не узнал, что тебя с нами не было, — Векса приподняла бровь.

— Это не стоит риска, — Эфир больше не смотрел ни на кого из нас, и это сказало мне больше слов.

— У нас заканчиваются варианты, — настаивала Векса.

— Я сказал «нет», — Эфир резко поднялся и направился к двери во двор, стул с визгом проехался по каменному полу.

Я смотрела ему вслед, чувствуя, как во мне закипает раздражение. Если существовал хотя бы малейший шанс, что это сработает, как он смел отметать его без обсуждения? Не дав мне решить, стоит ли риск того? Не успев передумать, я оттолкнулась от стола и пошла за ним. Я даже толком не знала, что такое Зловещие Сирены, и, признаться, не особо хотела узнавать, но если это был единственный путь вперед, я была уверена, Эсприт, что пойду на него.

— И это все? — крикнула я ему вслед. — Ты просто уйдешь? Ты же говорил, что нам нужно мыслить нестандартно!

Он не замедлил шага, и мне пришлось перейти на бег, чтобы его догнать.

— Я уже сказал свое слово.

— Даже не обсудив? Даже не рассмотрев…

— Тут нечего обсуждать, — его голос стал резким, он резко развернулся ко мне. Тени извивались по его Пустотным ожогам. — Пещера находится на территории Драксона. После того, что произошло в Пустоте, ты правда думаешь, что Валкан не был бы рад застать тебя, бредущую прямиком в его владения?

— Значит, ты все-таки об этом думал, — я шагнула ближе, отказываясь пугаться его мощи. — Ты уже все это прокрутил у себя в голове, да? И при этом промолчал.

Что-то промелькнуло на его лице, тут же исчезнув, сменившись жесткостью.

— Это не имеет значения. Этого не будет.

— Почему? Потому что ты так сказал? — в мой голос закралась злость. — Насколько я помню, ты больше не мой тюремщик. Я не твоя заключенная.

— Нет, — сказал он, и его золотые глаза вспыхнули с такой силой, что мне захотелось отступить. Я осталась на месте. — Но ты под моей ответственностью.

— Мне не нужна твоя защита.

— Очевидно, нужна, раз ты готова шагнуть прямиком на территорию Валкана, поверив словам пьяного барда.

— По крайней мере, я пытаюсь найти решение! — слова вырвались громче, чем я собиралась. — А ты довольствуешься тем, что позволяешь всему развалиться, потому что что? Потому что это может быть опасно? Эфир, здесь все опасно. Весь мир умирает, если ты вдруг не заметил.

Его челюсть сжалась, тени вокруг стали гуще.

— Думаешь, я этого не знаю?

— Думаю, ты боишься, — стоило мне это сказать, как я поняла: я попала в цель. Все его тело окаменело. — Не Валкана, не Зловещих Сирен. Ты боишься рискнуть и сделать шаг, который действительно может что-то изменить.

— Ты понятия не имеешь, о чем говоришь, — его голос опустился до опасного шепота.

— Тогда объясни мне. Потому что сейчас я вижу лишь то, как ты губишь нашу единственную зацепку, даже не…

— Потому что я не собираюсь смотреть, как ты умираешь, — эти слова вырвались из него с такой силой, что я невольно отшатнулась. В наступившей тишине я слышала его тяжелое, сбивчивое дыхание. — Не ради этого. Не ради отчаянной, идиотской авантюры.

Я смотрела на него, застигнутая врасплох той обнаженной эмоцией, что прозвучала в его голосе. Обычный самоконтроль дал трещину, обнажив нечто скрытое под ним.

— Эфир… — начала я, но он уже отвернулся.

— Найди другой путь, — сказал он; голос снова стал ровным, хотя в нем все еще дрожало что-то надломленное. — Любой другой.

Я смотрела, как он уходит, и во мне почти вскипела ярость. Если он не собирался мне помогать, я сама найду дорогу к Зловещим Сиренам.

И с этой мыслью я развернулась обратно к Архивам. Мне была нужна карта.