— А если она, — Эстель указала взглядом на мою руку, — всё-таки не пробудится? Что ты будешь делать?
Я подумала, покусав губу. Да сколько ни ворочай мысли в голове, выход всё равно не находился.
— Понятия не имею. Может, попрошу отсрочку в виду всего произошедшего с Джори. Пусть он и ребёнок, но в нём пробудилась магия! Самая настоящая. Должна же комиссия принять это во внимание!
Я говорила, и сама себе не верила. Как бы не вышло так, что при содействии графа де Лафарга комиссия не отнеслась ко мне с огромным предубеждением.
Но делать было нечего, я собрала свои вещи, которые только чудом не обуглились от вспышки магии Джори, и вместе с Эстель мы всё вынесли в прихожую. Вскоре туда же спустились и месье Шеваль с братом.
— Мы тут кое-что обсудили с Джори, — важно заявил Арно, и я слегка похолодела от испуга. Да неужто тот всё-таки не сдержался и рассказал ему о том, что меня ночью не было дома! — Моему младшему брату недавно приобрели квартиру в новой части Флавиалля. Это не совсем в центре, но добраться до самых важных точек можно довольно быстро. Вы могли бы побыть там, пока не решите вопрос с жильём. Можно даже не слишком торопиться: брат уехал на учёбу и вряд ли появится дома до середины осени.
Я терпеливо выслушала месье Шеваля, хоть уже в середине этого прочувствованного монолога мне захотелось треснуть его по лбу. Похоже, он уже возомнил меня своей содержанкой. Известная схема! Сначала — поживи в квартире, потом возьми, дорогая, немного денег, купишь себе что-нибудь приятное, потом — найм горничных и камеристок, и вот ты уже в ловушке, из которой не выбраться.
Нет уж!
— Месье Шеваль, — дребезжа гневом в голосе, начала я. — Возможно, вы не догадываетесь, но это очень плохая идея. Очень. Ни в каких квартирах ничьих братьев-сестёр или бабушек-дедушек я жить не буду. Мы с Джори заселимся в гостиницу, пока я не разрешу кое-какие дела. Но спасибо вам за заботу.
— Ну, Селин! — взмолился брат.
Можно только представить, чего успел напеть ему в уши Арно. Да чтобы я ещё раз подпустила его так близко!
— Не нужно спорить с сестрой, она несёт за тебя ответственность, — с внезапной холодностью бросил месье Шеваль. — Это ваше решение, но если вдруг вы передумаете, всегда можете ко мне обратиться.
— Я помню. И не буду против, если вы поможете доставить наши вещи до отеля.
От мелкой услуги с его стороны я не откажусь, ведь она точно ни к чему меня не обяжет.
— Непременно, — кивнул Арно.
Позже нам удалось отхватить неплохой номер в ближайшей гостинице — при содействии Эстель, конечно: она-то прекрасно знала, где можно удобно расположиться и не быть при этом разорённым или покусанным клопами. В итоге разобиженный на меня Джори приободрился, я даже успела умыться, переодеться и сбрызнуться любимыми духами, перебивая приевшийся запах благовоний Аморетт. И наконец, кое-как бросив вещи и распрощавшись с Арно, мы выдвинулись к Регистрационной Палате.
Времени до начала оставалось впритык. Внутри меня уже поджидал мой куратор, Мирвиан Дюбро — он взволнованно топтался в холле, вытягивал шею каждый раз, как открывалась дверь. Увидев меня, заметно обрадовался и сразу пошёл навстречу.
— Мадемуазель Моретт! Я уж подумал, вы не придёте, — страдая, закатил он глаза.
— Как я могла не прийти, — буркнула я, ёжась. — Это было бы странно.
Хотя странным было скорее то, что я не померла ещё до начала процедуры. Всю дорогу до Палаты меня знобило, а Эстель, приложив к моему лбу ладонь, констатировала, что у меня определённо начинается жар.
— Да, но поверьте, на моей памяти случалось всякое. Идёмте!
Мирвиан Дюбро повёл нас узковатым коридором в другую часть здания — и там людей было, конечно, гораздо меньше. В небольшом вестибюле собралось всего с полдесятка мужчин во главе с начальником конторы, которого я уже встречала раньше.
И всё было бы ничего, если бы напротив него, весь холёный и блестящий, не стоял Гилберт де Лафарг. Да, он предупреждал меня о том, что не пропустит момент моей проверки. Но при виде него у меня всё равно слегка дёрнулся глаз. Признаться, я надеялась, что граф просто хочет меня поддеть и слегка деморализовать, но он действительно приехал!
— К сожалению, вашим спутникам придётся дождаться окончания процедуры здесь, — предупредил меня Мирвиан. — Посторонним находиться в зале запрещено.
— Тогда что он тут делает? — взмахом руки я указала на месье де Лафарга. — Человека постороннее даже придумать сложно!
Мой возглас не прошёл мимо его ушей. Он сразу прекратил разговор с начальником Палаты и улыбнулся, глядя на меня в упор. Как будто догадался…
— Я тоже очень рад вас видеть, мадемуазель Моретт, — ответил беспечно, затем покосился на начальника и, кивнув в мою сторону, добавил: — Обожаем друг друга!
Некоторое время я мерилась с ним взглядами, но так и не поняла, осталось ли моё ночное инкогнито до сих пор таковым. Только порезанная ранее ладонь начала зудеть от воспоминаний.