5.6

— Надеюсь, месье де Лафарг не слишком вам докучает? — вкрадчиво уточнил он.

Я смерила его взглядом и, не дрогнув ни одной мышцей на лице, взяла и с короткого размаха впечатала каблук ему в ступню. Совершенно случайно, естественно! А когда месье Шеваль, скособочившись от боли, инстинктивно прижал меня к себе ещё крепче, я изловчилась и ответила ему контрольным во вторую ногу — тогда только хватка на моей талии разжалась, а на глазах Арно почти выступили слёзы. Эстель, которая всё это видела, тихо ахнула, а затем сочувственно поджала губы.

— Вы в порядке?! — участливо поинтересовалась у кожевенного магната.

Тот ещё несколько мгновений пребывал в прострации, перемалывая в голове весь доступный ему арсенал ругательств, судя по тому, каким отрешённо-свирепым было его лицо. Затем наконец сигнал от компаньонки достиг глубин его слуха, и он кивнул.

— Всё чудесно!

— Простите! — я приложила ладонь к груди. — Но нельзя же так подкрадываться и пугать девушку! У меня чуть сердце в пятки не свалилось!

Я подхватила висящий на запястье веер и демонстративно им обмахнулась, изображая испуг в крайней степени. Эстель, глядя на меня, нахмурилась с лёгкой укоризной: ей-то фальшь в моём тоне была очевидна. А я надеялась, что Арно тоже её распознал и сделал соответствующие выводы.

— Прошу меня извинить! Просто тут такой шум, что вы, наверное, не услышали моих шагов, — наконец переборов все внутренние страдания, ответил он.

— Не уверен, что это так, — как бы невзначай вставил Гилберт, который всё это время молча наблюдал за этим мини-спектаклем. — Мадемуазель Моретт, как кошка, слышит малейший шорох в свою сторону и сразу бросается царапаться. Считай, она тебя ещё пожалела.

— Сочту это за проявление благосклонности, — сразу приободрился Арно.

Я только открыла было рот для ответа, но меня опередили.

— Совершенно зря, — хмыкнул месье де Лафарг, удостоив его всего лишь мимолётным взглядом. — Скорее, она просто не считает тебя достойным противником.

— Вообще-то я тут, господа! И в адвокатах не нуждаюсь, — я перевела гневный взгляд с одного мужчины на другого. — Но, возможно, мне стоит уйти, и вы тет-а-тет выясните отношения? Стоять под перекрёстным огнём у меня нет совершенно никакого желания.

В этот самый миг меня внезапно кто-то дёрнул за серёжку — не слишком больно, но вполне ощутимо и неприятно. Я вскинула руку к уху — украли?! — но оказалось, что украшение на месте, а на моём плече разместился аколит месье де Лафарга, и это именно она нанесла мне подлый удар исподтишка.

— Эй! — возмутилась я, скосив на неё взгляд.

Но хитрая диверсантка, сделав вид, что её тут и не было никогда, быстро юркнула в укрытие за пазухой у хозяина. И пока все остальные недоуменно на меня таращились, Гилберт тихо шепнул мне:

— А вот нечего на меня нападать.

— Не думала, что вам необходима защита мелкой рептилии с бабочкиными крыльями, — уколола я его, поправив почти выскочившую из уха серёжку.

— В общем-то не нуждаюсь, но уже начинаю осознавать плюсы наличия аколита. Я при всём желании не смог бы обратиться драконом и сожрать вас в отместку. А вот она может кусать совершенно безнаказанно.

— Какая мелкая месть для такого солидного мужчины! — покачала я головой.

— Я тут ни при чём. Это её решение.

— Ну да, ну да!

Однако на этом наши препирания пришлось прекратить, потому что началось представление на восстановленной сцене. Спектакль был простенький, наивный с явным упором на детскую аудиторию. Сюжет крутился вокруг отважного юного пажа, который из-за чужой оплошности попал в невероятную переделку, спас принцессу, подружился с драконом и нажил приличное состояние.

Джори и Натали были в восторге, они аплодировали так усердно, что едва не отбили себе ладошки. Взрослые тоже снисходительно похлопывали и переглядывались — но актёрам всё равно было приятно всеобщее одобрение. В самом финале представления, когда артисты уже во второй раз вышли на сцену, в стороне послышалась громкая задорная музыка.

Загрузка...