(Не) случайная ночь-2, или Свадьбы не будет, дракон!

Глава 18.1

Гилберт

Положение с Джори, в котором оказалась Селин, очень меня беспокоило. Всеми силами я пытался подвести её к мысли, что выйти за меня замуж ей просто необходимо. Купил кольцо — самое удивительное, какое смог найти. Нарочно убрал из своих доводов все прямые указания на то, что на самом деле двигало мной в тот момент, когда было сделано предложение. Да, в первую очередь это были вовсе не прагматические мотивы.

Безусловно, я хотел помочь Джори и хотел защитить Селин от каких бы то ни было нападок. Но больше всего я жаждал, чтобы она наконец безраздельно стала моей. Вот и всё. Банально, но честно хотя бы перед самим собой. Очаровательная мадемуазель с каждым днём занимала всё больше мыслей в моей голове. Дошло до того, что она начала сниться мне ночами.

Я просыпался под ехидное хихиканье Аркени, которую моя лёгкая одержимость очень забавила, и вновь заставить себя уснуть мне удавалось с большим трудом. Наша связь явно усиливалась, но дело было не только в ней. Я просто влюбился в Селин, как какой-нибудь не умеющий держать свои чувства под контролем мальчишка.

Что самое интересное, меня это совсем не беспокоило. Мне было хорошо, как никогда раньше. Осталось только победить упрямство моей несносной мадемуазель.

— Контракт должен быть составлен с максимальным вниманием к пожеланиям мадемуазель Моретт, — очнувшись от своих размышлений, пояснил я юристу, который по моей просьбе с самого утра приехал в контору “Пон де Пьер”. — Я никак не претендую на её имущество.

— Вы уверены? — решил уточнить месье Вуазер. — Обычно в момент, когда девушка выходит замуж, муж всё-таки берёт контроль над некоторой частью её, так скажем, приданого. Это нормальная практика. Для подстраховки в делах.

— Нет. Исключено, — я покачал головой. — То, что принадлежит ей на момент заключения брака, остаётся только за ней.

— Хорошо, как пожелаете, — юрист поправил очки и сделал пометку в блокноте. — После составления проекта для ознакомления я отправлю один экземпляр вам, другой — мадемуазель Моретт. Если вы будете согласны со всеми пунктами, я приглашу вас для подписания контракта в свою контору.

— Разумеется, — кивнул я.

Уточнив все интересующие его детали, месье Вуазер удалился. Я вновь остался наедине с проектом будущего моста, куда были внесены значительные правки. Все деньги инвесторов уже находились на защищённых счетах, и оставалось дождаться лишь приезда рабочих. Радовал и тот факт, что вокзал будущей главной железнодорожной станции Флавиалля был почти достроен, хоть и с ним случилось немало задержек.

— Месье де Лафарг, — окликнул меня секретарь. — К вам Леонн и Мартин. Говорят, у них для вас какие-то важные новости.

— Пусть заходят, — я сразу отложил в сторону счета, которые изучал, внося необходимые пометки в личную книгу учёта.

Громилы, тихо переругиваясь, протиснулись в кабинет почти одновременно с небольшой заминкой в дверях.

— Говорите, что у вас? Удалось что-то выяснить насчёт похитителей денег? — поторопил я их, возвращая к дисциплине.

— Нашли, — радостно выдохнул Леонн. — Нашли пособников!

— Правда, не всех, — уточнил Мартин. — Кучер ускользает от нас, что твоя рыбина. Кажется, кто-то его прикрывает. Но тех, кто помогал перегружать деньги из фургона, мы поймали.

— И? Где они? — ещё больше заинтересовался я. — Только не говорите, что вы оставили их там, где нашли.

— Мы привезли их в Флавиалль, — почти обиделся Леонн. — Они в надёжном месте. Правда, с нами говорить отказались. Поэтому мы решили, что они могут что-то рассказать вам.

— У вас же есть все эти… рычажки давления, — пояснил Мартин. — Такие господа, как вы, умеете уговаривать.

Смотря насколько крепкие экземпляры попадаются… Например, мадемуазель Моретт, несмотря на внешнюю хрупкость и неискушённость, держалась очень долго, чем измотала мне почти все нервы. Пожалуй, самое время оставить терпение и на ком-то наконец отвести душу.

— Едем, — распорядился я.

— Только не прямой дорогой, — шепнул Мартин. — Вдруг кто-то следит за вами?

Я почти был уверен, что зам ной кто-то наблюдает. Возможно, даже не один человек — и каждый со своей целью. Однако это не слишком сильно меня беспокоило. Скрывать мне нечего. Все мои намерения были открытыми — порой даже мне во вред. Но лучше так, чем после придумывать оправдания.

Леонн и Мартин вместе со мной погрузились в экипаж, описав перед этим кучеру подробный маршрут. Тот почесал в затылке, удивившись замысловатости предстоящей дороги, но лишних вопросов задавать не стал.

Мы кружили по Флавиаллю так долго, что я уже усомнился, что Мартину с Леоном действительно удалось кого-то поймать. Возможно, они просто хотят меня измотать, а затем сделать вид, что пособники сбежали.

Но нет, мы наконец вывернули в один из самых захолустных и старых районов Флавиалля. Раньше он относился к фабрике, но она давно закрылась, и теперь, оставшись без промышленной подпитки, округ медленно загибался. Ходили разговоры, что скоро его снесут полностью.

Экипаж остановился у серой каменной хибары, которая притулилась к боку длинного жилого дома, который теперь, кажется, почти полностью пустовал.

— Тут, — важно сообщил Леонн.

Он вышел первым и оценил обстановку. За ним последовал я, а замкнул нашу небольшую процессию Мартин. Преступники и правда оказались внутри. Их хорошенько связали, да ещё и запугали так, что они теперь вздрагивали от любого шороха.

— Вы не перестарались? — я отметил немало ссадин на лицах пленников.

— Да ну, только слегка шуганули, — беспечно махнул рукой Леонн.

Двое мужчин совершенно серой наружности, которая никогда не бросается в глаза при случайной встрече, испуганно уставились на меня, как только я подошёл.

— Месье! — взмолился один. — Это какая-то ошибка! Мы ничего не знаем!

— Врут! — рыкнул Мартин. — Это точно они!

Я обошёл их по кругу и остановился напротив второго, который пока молчал.

— Я не буду делать долгую подводку к сути дела. В день Карнавала вы выгружали ящик с благотворительными деньгами из фургона?

Некоторое время мужчины молчали. Первый тихо вздыхал и жалостливо поскуливал, другой смотрел на меня прямо, как будто пытался понять, как со мной лучше разговаривать.

— Вы из жандармерии? — уточнил он. — Я вас, кажется, знаю.

— Может и виделись где-то. Город один, и он не так уж велик. Но я не из жандармерии. Поэтому вы должны понимать, чем это вам грозит. Отсюда вы можете и не выйти.

То, что я говорил, страшно мне не нравилось, но, кажется, моё появление, произвело на них должный эффект, и они действительно готовы были сотрудничать.

— И что нам будет за то, что мы расскажем, что знаем? — вновь спросил “переговорщик”.

— Я могу только сказать, что вам не будет. Вам больше не будет причинён никакой вред. С моей стороны или со стороны моих спутников, — ответил я бесстрастно. — Кто заказал вам похищение денег? Не думаю, что вы сами сподобились на это в столь краткий срок.

— Нет, конечно, — помотал головой мужик. — К нам пришёл Жюль, где-то около полудня и скала, что есть дельце. Что надо перевезти один сундук в указанное место. И передать его другим людям.

— Жюль, это кучер, — тихо пояснил Леонн на случай, если бы я не понял.

— То есть конечную точку, куда отвезли деньги, вы не знаете…

— Нет. Жюль, он работал в банке каким-то там курьером, но ему не давали серьёзные задания. Не доверяли, может. А тут подвернулась возможность перевезти деньги с Карнавала в банк.

— О том, что они не доехали, знают все, — поторопил я его рассказ. — Это серьёзное преступление, сумма была крупная. Но если вы честно во всём признаетесь, возможно, вам смягчат наказание. Тем более, если укажете на заказчиков.

— А мы их не знаем, — внезапно отозвался хнычущий подельник.

— Правда не знаем, — подтвердил второй. — Но я краем глаза видел, как в тот момент, когда мы готовили место, где будем встречать фургон, к Жюлю приехала какая-то дамочка.

— Лицо?

— Не видел.

Я сделал гневный круг по комнатёнке, чем изрядно напугал собеседников, и вернулся к разговору. За это время они уже покрылись потом с головы до пят.

— Ну хоть что-то? Обрывок фразы, имя?

— Они разговаривали очень тихо, а я побоялся подслушивать. Мне лишние знания зачем? Меньше спросу, — пожал плечами мужик. — Слышал только её голос и всё. И платье у неё было, кажется, зелёное. Да, зелёное, светлое такое.

Зелёное… Я задумался. Кто на Карнавале был в зелёном платье? Осознание пришло не сразу, потому что в тот день я был настолько увлечён мадемуазель Моретт, что вообще мало что замечал вокруг. И уж тем более не ставил себе целью запомнить, какого цвета были платья у окружающих меня женщин.

Однако одну девицу в зелёном я всё-таки смог вспомнить. Да, цвет одежды — не доказательство, однако, как ни странно, в моей голове многое встало на свои места.