После того, как письмо было отправлено, мы с Моник занялись детальным осмотром дома. К нам присоединился Венсан, и вместе мы обошли все помещения, записывая, где и какой необходим ремонт. В первую очередь меня интересовали жилые комнаты, гостиная, столовая и кухня — в общем, те места, где мы находились чаще всего.
Затем мы открыли дверь на летнюю веранду — там дела обстояли особенно плачевно. Когда-то из-за разбитого окна сюда намело кучу листьев и какой-то трухи: видимо, это не сразу заметили, а уборку делать не стали, решили оставить так. Мебель здесь облупилась: её придётся реставрировать или менять полностью, а стены облезли от сырости.
— Венсан, нужны рабочие, которые смогут отремонтировать окно, — сразу распорядилась я. — Мне нужна эта комната как можно скорее.
Отсюда открывался самый лучший вид с холма на реку в той её части, где должны были построить мост. Также видно было значительный кусок участка и подъездную дорогу, которая как раз пролегала вдоль русла.
Да и вообще на веранде была такая удивительная атмосфера, что отныне я хотела проводить все трапезы именно здесь. Даже представилось, как предыдущий хозяин располагался за этим резным столом вместе с супругой и наблюдал за тем, как поднимается солнце по небу, как по стеклу пляшут блики от колышущейся на ветру листвы.
— Ремонт такого сложного окна обойдётся недёшево! — предупредил Венсан.
— Дом должен выглядеть прилично! — добавила я. — И чтобы привести его в порядок хотя бы к весне, начинать надо сейчас. И прежде чем красить, нужно отремонтировать все окна до зимы, когда поднимутся холодные ветры.
Что такое — бьющие в окна ледяные порывы, я знала не понаслышке. На севере они особенно суровы, но и здесь зимой зачастую становилось весьма промозгло.
— Понял! — кивнул Венсан. — Будет сделано!
Мне нравилась бодрая исполнительность, с которой Моник и Венсан относились к моим распоряжениям. С такими помощниками я приведу поместье в порядок очень скоро, но чтобы на это были деньги, прежде всего мне нужно наладить производство моих средств.
— Мадемуазель Моретт! — позвали меня ровно в тот миг, как я высунулась из окна веранды, с которого как раз оторвала часть фанеры.
Снизу вверх на меня уставился один из рабочих.
— Да?
— У нас там заминка. Нужно ваше мнение.
Пришлось снова идти по каменистым тропинкам почти что на самый дальний конец участка, чтобы взглянуть, какое дело потребовало моего немедленного участия. Тут я осознала, что расстояния в поместье очень приличные, и за целый день по самым разным вопросам тут не набегаешься. Надо бы завести небольшую лёгкую бричку, чтобы быстро добираться с одного его конца на другой, если понадобится. Но это уже из области мечтаний — а пока приходилось передвигаться на своих двоих.
День уже перевалил за середину, подходило время обеда — работники начали рассаживаться под деревьями для перекуса, который взяли с собой из дома.
— Вот оно! — сообщил тот, кто привёл меня сюда, и указал на старую яблоню, которая росла на небольшой возвышенности, корнями удерживая почву вокруг себя. Её ствол причудливо изогнулся от времени, а узловатые ветви торчали во все стороны округлой разлапистой кроной.
— И?
— Мы не смогли решить, выкорчёвывать ли его. Оно почти совсем сухое! Только с этой стороны несколько зелёных веток! — пояснил работник. — Как скажете, так и сделаем. Плодов оно всё равно уже не приносит.
Я обошла вокруг яблони и остановилась с той стороны, где и правда ещё зеленели листья. Обернулась, бросив взгляд вперёд. Похоже, именно там и располагалось загадочное подземелье с теми волшебными сферами. Какова вероятность, что их воздействие не даёт дереву погибнуть окончательно?
Затем я приложила ладонь к шершавому стволу яблони, провела по нему вверх и вниз. Внутри явно текли соки, древесина немного скрипела, когда на неё налетали лёгкие порывы ветра, будто оно хотелось со мной поговорить и пожаловаться на свою полную испытаний жизнь.
Дерево и правда не цвело и явно уже много лет не плодоносило, однако я почувствовала в нём что-то, что дало мне надежду. И пожалуй первый раз с того злосчастного дня в Регистрационной Палате, вновь ощутила движение своей магии.
Она словно бы соединилась с энергией яблони, проникла внутрь неё и растворилась там.
Несколько бабочек, будто взявшись из ниоткуда, сели на сухие ветви и замерли, раскрыв крылышки под солнцем. Их становилось всё больше и больше, пока они не облепили буквально всю неживую часть яблони пёстрым слоем.
— Нет, не трогайте его, пусть растёт дальше, — решила я.
— Но оно занимает столько места, которое можно было бы чем-то засеять… — попытался уговорить меня работник, удивлённо таращась на разноцветных насекомых.
— Не так уж много места она занимает. Оставьте!
— Как скажете… — мужчина только развёл руками.
Я вернулась в дом, и после обеда мы с Моник закончили обход особняка — в результате у меня накопилось несколько листов с замечаниями, которые надо было бы устранить. Красными чернилами я пометила самые важные и первоочередные, а когда убрала перо и откинулась на спинку кресла, чтобы перевести дух, услышала, как по дороге, шурша колёсами по гравию, едет экипаж.
Может, это Гилберт?
Неожиданно резво я подскочила с места и бегом спустилась в холл. Нет — оказывается, вернулись Эстель с Джори. Уже вечер! День прошёл так незаметно.
Но вот сопровождение компаньонки и брата было сегодня весьма странным. Приехали они явно не в наёмном экипаже: он был слишком дорогим и чистым. К тому же внутри сидели двое крепких парней, которые только высунулись в окно, когда я вышла на крыльцо встречать их.
— Кто это?! — спросила у Эстель.
— О! — слегка смущённо махнула рукой она. — Месье де Лафарг был настолько любезен, что прислал сегодня за нами в школу отдельный экипаж. Он также, как и вчера, приехал забирать Натали. А эти мужчины сопроводили нас для большей безопасности. Месье де Лафарг сказал, что теперь коляска будет приезжать сюда каждое утро, а пользоваться наёмными повозками нам опасно.
Я закатила глаза и, прикрыв их ладонью, провела по лицу вниз. Гилберт всё предусмотрел! Получается, ещё немного, и я буду должна ему по гроб жизни! Очень ловкий ход.
— Если завтра встретишь его у Школы, скажи, чтобы он больше так не делал. Сегодня же я найму человека, который будет отвозить вас в Флавиалль и обратно. Это явно будет удобнее и дешевле, чем…
Я махнула рукой на весьма помпезную коляску: лакированное дерево, кожа, новенькие рессоры… Меня точно сочтут за содержанку месье де Лафарга. А оно мне надо? Конечно, нет!
— Нет, завтра его не будет у школы. Он сказал, что уедет прямо сегодня по каким-то важным делам, а вернётся только в день приёма у мадам де Кастекс. Да! Именно это он просил тебе передать.
С этими словами компаньонка вошла в дом, уставший после учёбы Джори — за ней, а два крепких господина в экипаже отсалютовали мне и покатили назад. Похоже, они слушали только приказы Гилберта, а моё мнение по этому поводу было им безразлично. И если месье де Лафарг уехал из города, моё письмо он не получит прямо сейчас… Получается, встретимся мы с ним только на ужине у Бернадет.
Досадно.