До самой смерти

13

– Дева, – произнес темнокожий мужчина на голову выше меня и, отойдя в сторону, схватился за лацкан пиджака. Я почти слышала, как заколотилось его сердце, когда он потянулся к двери и повернул железную ручку.

Как только я переступила порог борделя, мир превратился в обитель тайных желаний и скрытых удовольствий. Бра источали соблазнительное сияние, их приглушенный свет показывал достаточно, чтобы будоражить чувства, но в то же время окутывал куртизанок и гостей завесой тайны.

Затхлый запах смешивался с вязким дымом. Комнаты утопали в приглушенной, пьянящей атмосфере похоти, дешевого парфюма и лежалых сигарет и таили истории о встречах за тюлями.

Отовсюду доносились тихие мягкие голоса, шепотом произносились тайны. Я прислушивалась, не сомневаясь, что среди этих стен может скрываться нужная мне правда, но не смогла разобрать слов из-за вязкой дымки, которая медленно заволакивала разум.

Я поддалась соблазну притонов лишь раз, десять лет назад: когда случилась трагедия, а мне было некуда податься и я, не в силах примириться с подлинной сущностью смерти, погрузилась во тьму подполья, выменивая драгоценности на возможность забыться. Я оставила это занятие, только когда Ро отказалась меня видеть. Но все же сердце тосковало по оцепенению, которое дарила мгла, меня будто бы манил сотканный из дыма палец, обещая временное спасение.

Крик удовольствия прорвал пелену, окутавшую мысли, и вернул в реальность, а с ним послышалось и тихое женское хихиканье. Постукивание сигареты в мундштуке о пепельницу задавало прерывистый ритм симфонии чувственности.

Атмосфера борделя отражала его обитателей. Посетители, требовавшие внимания и искавшие утешения, смешались в толпе с официантками, которые отчаянно стремились выплатить долги леди Више. Работницы борделя притворно улыбались и скрывали печаль в глазах. Здесь желания сходились со сделками, а эмоции тщательно подавлялись.

Войдя в главную комнату в конце длинного коридора, который провел меня через мир всевозможных удовольствий, я подошла к красному бархатному дивану, но при мысли о том, какие телесные жидкости могли на нем остаться, решила дождаться приглашения леди Виши стоя. Это ее мир. И она была рада, что в этих стенах увидят Деву Смерти. Рада показать всем, что ее власть простирается за пределы страха.

А вот вполне привлекательный мужчина с короткими каштановыми волосами, которые едва выглядывали из-под цилиндра, явно не разделял моих опасений: он растянулся на другом диване и провожал взглядом куртизанок. Когда одна из них прошла мимо в полупрозрачном пеньюаре и на самых высоких каблуках, какие я только видела, он схватил ее за запястье и усадил к себе на колени. Всего на миг взглянув на меня грустными глазами, куртизанка запрокинула голову и рассмеялась. Мужчина погладил ее по спине, и чернила с его пальцев испачкали ее красивую золотистую кожу.

Меня охватила злость, как только куртизанка попыталась отстраниться, а он не позволил. Я успела сделать три шага к этому мерзавцу, но тут на пороге прокашлялась Корделия, одна из любимиц леди Виши. Я мысленно отметила, что нужно навестить печатника, когда в следующий раз окажусь неподалеку. Хотя сомневалась, что он увидел меня за пеленой своей похоти.

Я встретилась взглядом с Корделией – лишь благодаря ей этот мужчина не лишился важной части тела – и задумалась, могла бы она проявить гнев, если бы не была любимицей леди Виши. Я никогда не встречала других куртизанок, оставшихся нетронутыми. И хотя на ее руке был всего один красный браслет, означавший долг, который легко выплатить, поговаривали, что она оставалась здесь по собственному желанию как распорядительница при богине наслаждений – если бы такой титул существовал. Виша собирала долги, ведя учет каждому браслету, а Маэстро меж тем только со временем лишал человека свободы. Пожалуй, лишь это их и отличало. И все же я пошла за Корделией по темным коридорам в кабинет коварной змеи.

– Я всегда знала, что ты умна, прин… Прошу прощения. Больше ведь не принцесса? – Леди Виша опустила руку на подлокотник обитого алым бархатом кресла, а второй затушила длинную сигарету о край стола из красного дерева, отчего пепел посыпался на узорчатый ковер.

Корделия тенью метнулась к ней и поспешила убрать беспорядок. Я понаблюдала за браслетом на ее руке, но он не потускнел и не исчез. Сколько же долгов она согласилась выплатить этим единственным ободком?

Я не ответила. Леди Виша попросила прощения, но, пусть я и не думала, что в ее словах мог быть завуалирован какой-то договор, последние двадцать четыре часа преподали мне уроки.

– Нервничаешь, Дева? – Леди Виша подалась вперед, опустив взгляд, и поправила воротник красного халата с перьями, отчего ее мягкие золотистые локоны рассыпались по плечам. – Едва ли тебя можно за это упрекнуть после того, как ты обманула нового короля.

– Вроде того. – Я сделала три шага вглубь комнаты, выдвинула стул и села напротив леди Виши.

– Полагаю, ты пришла просить помощи? Хочешь вернуть отцовский трон? Я не волшебница, Деянира. Но если ты готова поклясться мне в верности, я могла бы потянуть за одни ниточки и ослабить другие. – Она прищурилась. Изящная, как змея перед броском. Кивнула Корделии, и та прошла через всю комнату, демонстрируя длинные ухоженные ноги в разрезе халата, а затем налила нам два бокала и подала их, не пролив ни капли и не поднимая на меня глаз.

Я взяла напиток. Понимала, что к чему. В противном случае леди Виша закончила бы встречу. Я должна позволить ей одержать победу в некоторых битвах. Напиток обжег пищевод и тяжело осел в желудке. Я не ела, а от вязкой дымки и яда почувствовала, будто таю: плечи расслаблялись, мысли затуманивались с каждой секундой. Впившись ногтями в ладони, я заставила себя сосредоточиться.

– Меня не интересует королевство отца.

Виша цокнула языком, и этот звук отразился эхом.

– Жаль. Мои лепесточки сообщают, что Икарий Ферн направил солдат в Перт.

– Может, расскажешь мне, как человек, о котором никто никогда не слышал, за несколько дней сумел стать королем мира?

Она обошла стол, села на его край и, наклонившись, без тени страха коснулась пальцем моего подбородка.

– Какую ценность для тебя представляет эта информация, красавица?

Я схватила ее за запястье и рывком заставила приблизиться к моему лицу.

– Я уже сотню раз говорила, что не поведусь на твои уловки. Храни свои секреты, Виша. Я пришла заключить сделку.

Взгляд ее золотистых глаз остановился на Хаосе у меня на талии.

– Какую сделку? Надеюсь, отчаянную.

– Я не в отчаянии.

– Будешь, если продолжишь придерживаться этой глупой морали.

– Отказываться убивать – не глупая мораль, иначе ты бы уже валялась на полу, а я бы ушла.

Она выпрямилась, а в ее тоне не осталось ни следа от прежнего пафоса и лукавства.

– Говоришь так, будто не понимаешь, каково на самом деле вкусить силу магии. Скажи, чего ты хочешь, Деянира.

На этот раз она раскололась быстрее, чем обычно. Слава старым богам. Но мой язык онемел, а комната закружилась.

– Пятьсот монет – и сперва я покажу тебе, что принесла. Триста – и сможешь выкупить дешевле, но не глядя.

Ее звонкий смех наполнил комнату. Леди Виша подошла к книжному шкафу и взяла старый фолиант в кожаном переплете. Игра. Заключение сделок дарило ей наслаждение, как и дурной туман. Но она никогда не выражала нетерпения или спешки. А еще никогда не теряла контроля над всеми возможными вариантами развития событий. Заставив себя сфокусировать взгляд, я рассматривала гобелены на стенах, каждый из которых описывал сцену страсти двух влюбленных, застывших в той или иной позе.

– Корделия, можешь подойти, лепесточек? – Едва слова сорвались с ее накрашенных красной помадой губ, как ее любимая куртизанка примчалась, опустив взгляд на ковер и касаясь темными ресницами розовых щек.

– Да, леди Виша, – произнесла она, как никогда тихо и кротко.

– Мне нужна Эверен из павлиньей комнаты, если тебя не затруднит.

Корделия присела в книксене.

– Да, мадам.

Когда дверь закрылась, Виша отложила книгу и подошла ко мне.

– Трон твоего отца утрачен. Разумно держаться от Икария Ферна подальше. Может, ты и не слышала его имени, зато мы в Алом квартале наслышаны. Он избивает моих девочек и не ведает милосердия, если считает, что им помыкают. Есть в нем нечто опасное.

– Как думаешь, он заодно с Маэстро?

Она постучала по переносице и подмигнула, ничего не подтвердив словами. Раз уж леди Виша осторожничала даже в собственном борделе, значит, что-то явно назревало.

Она схватила меня за руки и посмотрела с невиданной прежде серьезностью. Ее золотистые глаза мерцали в свете лампы.

– Маэстро нет дела до политики, это всем известно.

Не сводя с меня глаз, леди Виша ждала, когда я сопоставлю факты, которые она не желала озвучить, но выпивка вкупе с проклятым дурманом затуманили мой разум. Виша никогда не говорила со мной настолько откровенно, и, хотя я была готова поспорить, что она стремилась создать ложное ощущение безопасности, мне все равно оказалось непросто поверить ее интонации. Отчаяние сквозило в ее взгляде. Может, она имела скрытый интерес, но не лгала.

Маэстро и настоящего Икария Ферна что-то связывало, и, если не политика, значит, нечто другое.

– Дева Жизни? – спросила я одними губами.

Леди Виша покачала головой и отвернулась как раз в тот момент, когда в комнату вошла Корделия с еще одной, обнаженной черноволосой женщиной. Эверен держала за темно-синие ремешки туфли на высоких каблуках, которые стучали ее по бедру при каждом шаге. Сперва она не узнала меня. Может, моя поза казалась слишком расслабленной, а потому не источала угрозы.

Едва Эверен все поняла, у нее перехватило дыхание. В попытке выбежать вон она чуть не упала, споткнувшись о край ковра. Корделия оказалась проворнее и захлопнула дверь, чтобы помешать ей, упредив приказ госпожи.

– Расслабься, лепесточек. – Виша встала перед Эверен и провела ухоженным ноготком к подбородку, коснулась его. – Ты под моей защитой.

Слезы, навернувшиеся на светло-голубые глаза Эверен, заблестели в свете ламп, и она медленно кивнула. Я подавила смешок. Можно подумать, кому-то по силам повлиять на магию Смерти.

Леди Виша погладила куртизанку по дрожащей руке и остановилась чуть ниже четырех красных браслетов, знаменовавших ее рабство.

– Кого ты видишь в этой комнате?

Эверен озадаченно отпрянула и посмотрела на меня, затем на Корделию и снова на свою госпожу.

– Только вас трои…

Хозяйка борделя резко хлопнула Эверен по руке и повторила вопрос. Та ответила не раздумывая:

– Никого не вижу, мадам.

– Хорошо. – В ее хриплом голосе вновь послышались мягкие нотки. – Сегодня тебе выпала возможность выиграть свою свободу. Сыграем?

Эверен вытаращила глаза.

– Мне придется уйти? Если выиграю?

– Может, и так, – манерно протянула ее госпожа.

Я пошевелила ногами, чувствуя, как жар от алкоголя расползается по шее, пока не осталось сомнений, что мои щеки тоже вспыхнули, а комната накренилась.

– Здесь мой дом, и я в безопасности в Алом квартале.

На сей раз я не смогла сдержать смешка.

– Здесь все в опасности, тем более в такой близости к переулку Бедняков. Не обманывай себя, милая.

Леди Виша бросила на меня гневный взгляд золотистых глаз. Она не одобрила мой выпад, а злить ее – непозволительная роскошь. Я извинилась, но слова слишком легко сорвались с языка.

– Вы заставите меня? – спросила Эверен.

– Нет, лепесточек. Не сегодня. – Она погладила куртизанку по щеке и отвернулась. – Видишь ли, Дева, я уверена, что ты в отчаянии. Ты лишилась королевства, связана с незнакомцем и никогда не имела друзей. Хочется верить, что ты такая же, как Эверен, и не посмеешь укусить последнюю руку, которая может тебя накормить.

– Может, и так, – ответила я, подражая тону, которым она говорила со своей работницей.

Виша обернулась, двигаясь словно в тумане. Слащавый голосок исчез, и передо мной предстала змея.

– Не дразни меня, Деянира. Это бесполезно. Ты хочешь заключить со мной сделку или нет?

Я чуть было не дала согласие. Но сказав «да», могла обременить себя рабским договором.

– Я не пойду на бессрочную сделку, Виша. Неважно, что ты подсыпала в напиток, меня не проведешь.

– Может, мне стоит еще потянуть время, выиграть пару лишних секунд, чтобы подействовало.

Я прикусила щеку и шагнула к двери, готовя западню. Виша хитра, но я знаю ее слабости.

– Как хочешь. Я найду другого покупателя для отцовских драгоценностей.

– Стой, – рявкнула она. – Дам тебе три сотни.

Я достала из сапога самое дешевое ожерелье и спрятала его в ладони, дожидаясь, когда Виша бросит мешочек с монетами к моим ногам. Кулон столько и стоил, может, чуть больше, но, заплати она пять сотен, я бы отдала ей мешочек с рубинами, что лежал во втором сапоге. Леди Виша – змея. Наделенная магией проблема Реквиема. Но она оберегала своих девочек, и за одно только это я никогда не стану ее презирать.

Она выхватила украшение у меня из рук и внимательно рассматривала его несколько минут. Пространство изменялось, пока не возникло чувство, что этот мир принадлежит ей, а мы просто его обитатели.

Однако из этой ситуации тоже можно извлечь уроки. Подкинуть сплетню проституткам подполья Перта. Но пока меня затягивало в новую реальность, в которой рядом не было никого и ничего, кроме Хаоса. Когда танцуешь среди демонов, нельзя быть самым слабым существом.

Я шагнула к двери, и Виша цокнула языком, приказав Корделии загородить ее. Но я Дева Смерти. Мои предшественницы поддерживали страх перед этим титулом. Может, я не такая, как они, но я вообще ни на кого не похожа.

Я достала из-за пояса клинок, овеянный дурной славой, но перед глазами все снова поплыло. Взявшись за рукоять, созданную для моих смертоносных рук, я обрела спокойствие. Прижала кинжал плашмя к горлу Корделии и улыбнулась.

– Не позволяй своей госпоже одурачить тебя, куртизанка. На тех, кто чувствует себя в безопасности, охотиться легче всего.

– Деянира! – воскликнула леди Виша, и в ее голосе послышались едва уловимые нотки отчаяния. – Довольно.

Я смерила ее сердитым взглядом, темные стены за спиной хозяйки борделя расплывались перед глазами.

– Из четверых человек, присутствующих в этой комнате, я обладаю наибольшей властью. Не потому ли ты меня впустила? Не потому ли торгуешься с Девой Смерти? Тебе плевать на драгоценности. И уж точно нет нужды в монетах, с которыми ты рассталась. Для тебя все всегда сводится к игре. К вызову. Каждое сказанное тобой слово служит единственной цели – ты тщетно пытаешься заманить меня в ловушку.

Едва острие кинжала прижалось к ее шее, Корделия издала пронзительный крик, и леди Виша застыла на месте.

– Я не слаба. И не в отчаянии. Я могла бы тотчас убить тебя и присвоить это заведение, и кто меня остановит? Новый король? Его стража? Я не боюсь их. Будь благодарна за мою человечность, Виша. Этот разговор мог пройти совсем иначе.

Быть может, всему виной волнение, а может, голод или алкоголь, или же остатки яда Орина, или моя слабеющая решимость, но я не осознавала, как подкосились колени, пока не оказалась на полу.

– Пустые угрозы, – вкрадчиво произнесла леди Виша, ее голос вновь источал мед. Она присела передо мной на корточки. – Этот мир все еще способен сломить тебя, но я могу защитить. Позволь помочь тебе, Деянира.

Ее взгляд смягчился, и она протянула руку. Корделия что-то пробормотала, Эверен ответила, но их голоса звучали нечетко, будто под водой. Я моргнула несколько раз, пытаясь прояснить мысли. Леди Виша поманила меня.

– Ты можешь остаться здесь. Навсегда, если захочешь.

Каждый вдох напоминал барабанную дробь, каждое смыкание век – звон тарелок. Мое сердце, мое одинокое опустошенное сердце знало, что я нуждаюсь в помощи. Желаю безоговорочно довериться. Но разум предупреждал о ядовитой змее, о знакомом привкусе магии, что пропитала воздух.

Дверь позади нас распахнулась, разрушая чары, и в комнату зашла женщина, которую я меньше всего ожидала увидеть в борделе. С непоколебимым выражением лица она схватила меня за куртку и помогла подняться.

Ро.

– При дворе Смерти для тебя уготовано особое место, Виша, – рявкнула она, толкая меня к выходу.

– Да, – крикнула в ответ леди Виша. – Любой, кто достоин своей смерти, знает об этом. Займи мне местечко, киса.

Посетители и куртизанки бросались врассыпную, пока мы мчались по коридору. Я старалась больше не вдыхать ядовитый туман.

– Держись подальше от Алого квартала, Деянира, если, конечно, пришла не за тем, чтобы потрахаться.

– Тебе-то какое дело? – спросила я, вырвав руку. – Ты рядом, только когда тебе удобно.

– Да, Дей. У меня есть своя жизнь и друзья. Ты не единственная, с кем я общаюсь. Я не просиживаю в ожидании, когда ты придешь меня навестить, и не стану испытывать за это чувство вины.

– Нет, ты предпочтешь прятаться и наблюдать за миром с пьедестала.

Последнее слово я произнесла заплетающимся языком, однако Ро остановилась как вкопанная, потупив темный взгляд. Я поняла, что задела за живое.

– Я одна была рядом с тобой все эти годы, Деянира. Выбирай выражения.

Я смолчала. Конечно, она права.

Сделав медленный вдох, я отпустила злость и волнение и понурила голову.

– Прости, Ро. У меня был очень паршивый день.

– Еще бы, – ответила она, и ее тон смягчился, но в нем все еще проскальзывала язвительность. – Уходи через заднюю дверь. Я выйду через главную и удостоверюсь, что за нами никто не следит.

– Наверняка есть зеркало…

– Тише, – зашипела она, зажав мне рот ладонью. – Хоть раз в жизни сделай, как я велю, Деянира.

Потребность тотчас достать оружие пронзила мои руки до самых кончиков пальцев. Терпение было на исходе. Не сказав больше ни слова, я пошла прочь, в другой конец коридора. Прятавшиеся за тюлем посетители не издали ни звука. Я толкнула дверь, набрала полные легкие свежего воздуха и чуть не споткнулась об охранника, который ранее меня впустил. Он лежал в переулке без сознания.

Не задумываясь, я достала Хаос, перешагнула через мужчину и двинулась прочь, остерегаясь невзрачного экипажа, ожидавшего перед борделем. Подняла маску, чтобы скрыть лицо, но было поздно. Из-за экипажа выскочила артистка с разноцветными глазами из «Предела страданий», одетая в длинное платье с тугим корсетом. Судя по сердитому взгляду, ее нисколько не беспокоило, в какое чудовище я превращусь, если она посмеет пойти против меня. Следом вышел Орин Фабер. Я сделала три шага назад и налетела на стену из крепких мышц. Человек, который в прошлой жизни, вероятно, был великаном, обхватил меня стальными руками.

Я вырывалась, как дикий зверь, пока он не ослабил хватку настолько, что я смогла освободиться. Но мне не хватило расторопности. Орин нанес удар. Я не почувствовала, как лезвие вошло в живот, – только тепло выступившей крови.

Огромные руки обхватили меня снова, надавив на рукоять кинжала и разрывая рану, и я закричала от боли. От неизбежной покорности, когда темноволосый демон, мой муж, полный жизни, встал передо мной с победоносной улыбкой.

– Пожалуйста, продолжай сопротивляться, Маленький Кошмар. Я люблю сложные задачи.