До самой смерти

63

– А если обмочишься в аду, то остаешься в измаранных штанах навсегда или…

Улыбка озарила темные глаза Маэстро, когда он устремился ко мне. И я позволила ему подступать шаг за шагом, а сама пятилась к Пэйше, Холлису и Эзре, которые стояли вместе с моим отцом на берегу озера Потерянных Душ.

– Ну разве ты не шутница?

Я налетела спиной на Пэйшу и наконец ответила:

– Смотря кого спросишь. А что до твоей просьбы, буду вынуждена отказать. Я пришла сюда не для того, чтобы играть в бога.

– О чем это ты? – спросил отец, вырвавшись из рук Эзры, и обернулся в попытке всмотреться в туман над берегом. – Где твоя мать?

Я прищурилась, но промолчала.

Отец двинулся вперед, и на его лице отразилась злоба, которая преследовала меня с самого детства. Я оплакивала его смерть. Оправдывала все гнусные поступки по отношению ко мне. А у него хватало наглости так на меня смотреть. Я неотступно выбирала жить в мире с ним, но даже у моего терпения были пределы.

– Где моя жена? – снова потребовал ответа он.

– Освободилась.

Дрексель набросился без предупреждения: оттащил Холлиса и, обхватив его за шею, поволок к краю озера.

– Нет! – закричала я, но Эзра удержал меня, а заодно схватил и Пэйшу.

– Не приближайся к воде, – прорычал он, глядя на Дрекселя, который встал на сторону моего отца.

Холлис вырывался, а я не могла дышать от бешеного биения сердца. Не могла потерять его дважды.

Лицо Дрекселя исказилось от безумия и отчаяния. Зловеще глядя на нас, он взъерошил волосы, отчего те встали дыбом.

– Думаешь, это я люблю сделки, Деянира? Смерть любит их больше. Он превратил меня в того, кем я был, дал силу, которая мне не причиталась, и все за ночь с моей сестрой. Я выполнил его приказ, и посмотри, к чему это привело. Хватит с меня. Я больше не вернусь в замок Смерти. Не окажусь в яме. Ты освободишь меня. Или… Ты знаешь, что будет дальше.

Я бросилась к нему, вырвавшись из рук Эзры, и выхватила метательные ножи. Смех Дрекселя, его чертова улыбка в миг, когда Холлис утопал в страхе за свою загробную жизнь, пробудили во мне бурю ярости.

– Если ты думаешь, что в яме плохо, то подожди и увидишь, что я для тебя приготовила.

– Ты не посмеешь, – провозгласил он прежним властным тоном. – Ты слишком чиста.

– Опусти оружие, Деянира. Здесь оно тебе не поможет, – велел отец, а затем обратился к Дрекселю: – Честное слово, она всегда была шипом, а не розой. Не жди от нее ничего. Она умеет только разочаровывать.

Я огляделась в поисках решения. Хоть какой-то помощи. Но над нами возвышались лишь темные ветви мертвых искривленных деревьев. Я с горечью увидела, как Пэйша вырывается из рук Эзры, а он тащит ее прочь от берега.

– Отпусти его! – кричала она. – На сей раз возьми меня, Маэстро. Забери меня.

– Прекрасная Охотница, – вкрадчиво проговорил он. – Счастливое воссоединение. Как там поживает наша маленькая Квилл? Когда ты видела ее в последний раз?

Пэйша замерла и медленно расправила плечи.

– А что?

Улыбка Дрекселя стала безумной.

– Нельзя наживать врага в лице Девы Смерти, не приняв определенные меры… предосторожности.

– Что ты сделал? – В голосе Эзры сквозило угрожающее рычание.

Маэстро пожал плечами.

– Теперь это неважно, так ведь? Мы здесь, а она там. Хотя я надеюсь увидеться с ней в следующей жизни. Узнать, как она справляется с новыми тяготами. А ты, Холлис?

– Отпусти его, – велела я, размышляя, что же сделаю, если он не послушается.

– Вперед, Дей. Дай ему шанс прожить еще одну жизнь, чтобы в следующий раз я нашла способ убить его медленнее, – процедила Пэйша сквозь зубы.

Поразительно, что он сомневался в моей способности обречь его на муки. Моя внутренняя война уже закончилась. Я была такая же, как все. Не во всем хорошая, не во всем плохая. Жизнь не черно-белая. Она серая. Мне приходилось убивать и невинных, и злодеев. Но все же я попятилась, и он пошел за мной, удаляясь от кромки воды. Еще шаг, и он не отступил. Предсказуемо.

– Бросай свой ножик, Дева. Мне все равно. Я уже мертв.

– О, он не для тебя. – Я ринулась вперед, схватила Холлиса за безукоризненно белую рубашку и, вырвав его из рук Дрекселя, с разворота бросила метательные ножи в ветвь мертвого дерева, под которым мы оказались. Треск эхом пронзил ночь. Я оттолкнула Холлиса и вместе с ним повалилась на землю. Ветка рухнула и ударила Маэстро в живот. Он отшатнулся, и на его лице отразилась искренняя паника – ноги заскользили по берегу озера Потерянных Душ.

Маэстро закричал, размахивая руками в попытке удержать равновесие. Только тогда я заметила, как близко он стоял к моему отцу. Потянулся к нему и сумел схватить за рукав. Я метнулась к берегу. Пускай оба не заслуживали спасения, я не могла не попытаться. Однако было слишком поздно. Всего мгновение – и они упали в мутную воду. Но она не разлетелась брызгами. Не покрылась рябью или волнами. Она просто… поглотила их.

Я затаила дыхание, зная, что вина захлестнет сердце. Но нет. Я оцепенела. Но чувствовала, что справедливость восторжествовала.

И все же Холлис накрыл мою ладонь своей, пока мы сидели на прогнившей земле.

– Мне жаль, голубка.

Я покачала головой.

– Не сожалей о них. Они сделали свой выбор.

Эзра и Пэйша помогли нам подняться, но, едва заглянув в воду, Охотница стала белее полотна.

– Пэй? – прошептала я.

– Все нормально.

– Эй. – Эзра повернул ее спиной к воде и, нежно обхватив лицо ладонями, заставил посмотреть ему в глаза. – С тобой этого никогда не случится, котенок. Я высушу чертово озеро, но не допущу этого.

Охотница кивнула с улыбкой, но руки у нее тоже дрожали. Эзра быстро поцеловал ее в лоб и повел нас прочь от воды.

– А в аду спят? – спросила Пэйша, обходя упавшую ветку.

– Мы делаем что захотим, пока он не позовет, – ответил Эзра. – А он позовет.

– О чем нам нужно знать, помимо озера и ямы? – спросила я.

– Смерть целую вечность превращал свой двор в место чистого наслаждения и неповторимых мучений. Если начну перечислять их все, мы застрянем здесь на несколько часов. Главное, держитесь рядом, пока мы не придумаем, как вернуть вас домой.

Я остановилась, гадая, не стоит ли сбежать. Могу ли я доверять Эзре так же, как остальным. Пэйша потянула его за руку, и вскоре все трое остановились.

– Ты меня не знаешь, поэтому не буду судить тебя строго. Я не вернусь без Орина.

– Орина больше нет! – воскликнул он, всплеснув руками. – И каждую секунду, которую ты тратишь в попытках его освободить, ты подвергаешь всех вокруг опасности. При всем уважении, Дева, тебе стоило придумать план получше, прежде чем приходить сюда. Потому что теперь нам остается только бороться за существование.

– Орин все еще там. Ты видел его в зале.

Эзра ринулся ко мне и схватил за ворот рубашки.

– Он не более чем слуга Смерти, и ты обманываешь себя, если думаешь, что это не так. Все его действия подчинены приказам его отца. Моего брата больше нет. А существо, что смотрит его глазами, поглотило его душу. Орин никогда не поднял бы на меня руку.

– Даю тебе три секунды, чтобы отпустить меня. А не то заставлю пожалеть, что не можешь спрятаться в озере.

Он зарычал, оскалившись.

– Твои угрозы ничего здесь не значат, Дева.

Я схватила его запястье, поддаваясь злости.

– Дей, – прошептала Пэйша.

– Одна.

Эзра притянул меня ближе, его карие глаза едва не сверкали в лунном свете.

– Две.

– Прекратите, – взмолился Холлис.

Пэйша вклинилась между нами, и Эзра отступил. Затем она встала к нему спиной и примирительно вскинула руки.

– Он просто пытается меня защитить.

– Я знаю! – взревела я. – А что я, по-твоему, пытаюсь сделать ради Орина? Ему нужен хоть кто-то. Я должна напомнить ему, кто он.

– Ладно, – мягко сказала она, будто говорила с диким животным. – Мы найдем его. Мы сделаем это вместе.

– Не сделаем, – возразил Эзра так категорично, что на лице Пэйши отразилась боль.

– Я пойду, – вызвался Холлис, вставая рядом со мной. – Я буду с тобой, что бы ни случилось.

Охотница повернулась лицом к своему любимому.

– Я тоже, – тихо сказала она. – Ведь, окажись я на месте Орина, он бы пришел. Ради меня он бы преодолел любые опасности. – Пэйша шагнула вперед и прижала ладонь к груди Эзры, пока его дыхание не успокоилось. – А если бы на его месте оказался ты, я бы начала войну.

– Ты не знаешь здешние края так, как я. – Он покачал головой.

– Нет, любовь моя. Не знаю. Но я знаю тебя и верю, что твой страх оправдан. Но Деянира – тоже моя семья, и мы нужны ей так же, как и Орину.

Он всмотрелся в ее глаза, и я почувствовала, будто вторглась в чужой важный интимный момент. Наклонившись, он прижался лбом к ее лбу.

– Тогда я пойду за тобой в глубины ада и отращу крылья, чтобы ты смогла выбраться.

Эзра нехотя извинился передо мной, и мы продолжили намеченный им путь. Я не осуждала Эзру за то, что он ставил жизнь Пэйши превыше всего. Он потерял ее и, вероятно, готов на самые глупые поступки, лишь бы спасти ее. Но такая любовь опасна для меня. Он опасен.

– Если не озеро, так, может, роща? – спросил Холлис с толикой сдержанности.

– Тебе ли не знать, почему это плохая мысль, Хол, – ответил Эзра. – Но не могу отрицать, что это, пожалуй, лучший вариант, чтобы отдохнуть.

– Согласна быть где угодно, лишь бы не у озера, – сказала Пэйша.

Я наклонилась и подобрала опавший лист с земли, чтобы занять руки.

– А в чем там опасность?

– Лучше увидеть самой, – ответил Холлис и поспешил вперед едва ли не вприпрыжку, почти обгоняя широко шагавшего Эзру.

В отдалении, за безжизненным перелеском, подступившим к озеру Потерянных Душ, сияли голубые огоньки. Когда мы приблизились, пламя стало ярче, и Эзра замедлил шаг. Наконец мы оказались достаточно близко, чтобы увидеть, что же это на самом деле.

– Что это? – спросила я, глядя на серебристую кору деревьев, источавшую голубое сияние. Провела ладонью сквозь мягкий туман, от которого все вокруг приобретало почти сказочный вид, и тотчас испытала желание войти в сердце рощи – меня манило беззвучное обещание покоя.

– Шепчущая роща, – ответил Холлис, оставив нас всех будто в трансе.

– Убежище среди ужасов двора Смерти. Здесь обитают души, которые известны как Шепчущие, – пояснил Эзра, держась подальше от света, падавшего на мягкую мшистую землю. – Шепчущих заворожила роща, и они оказались заточены в ней.

Я выбросила остатки раскрошившегося листа, ступила в прохладный свет и сразу же почувствовала волну умиротворения.

– Значит, они проведут вечность в покое? Вот ужас. – Я закатила глаза и пошла за Холлисом.

Эзра шагнул внутрь, и Пэйша издала громкий вздох. Резко обернувшись, я увидела наполовину человека, наполовину светящегося призрака. Он поплыл прочь с печальным видом.

– Я провел немало времени в роще, Дева. Как и большинство из нас. Она создает видимость покоя, но Шепчущие не покинули адский двор и находятся в плену. А когда Смерть приходит развлечься, начинается настоящая пытка. Он сдирал с меня кожу. Ломал кости. Насылал мучительные видения, в которых убивал всех, кого я когда-либо знал. Единственная радость Смерти – это страх, и он приходит за ним сюда.

Пэйша замерла у края рощи.

– Что ж, хм. Мы подождем здесь, – сказала она.

– Ты в безопасности, – заверил ее Эзра, снова выйдя на свет. – За ночь меня не заберут. А Смерть был… особенно жесток в последнее время. Учиненная Орином резня принесла ему урожай новых душ, которые можно помучить. Сюда он приходит только по необходимости. Как мне кажется, ему магия тоже приносит мучения.

– А Холлис? – Я указала на старика, который почти скрылся за деревьями. – Почему ему так хотелось сюда прийти?

Эзра вздохнул, и его карие глаза потемнели.

– Потому что его жена – Шепчущая. Если он будет проводить с ней больше времени, то вскоре навсегда останется в роще.

– Он знает об этом?

Эзра кивнул:

– Он сделал свой выбор. В конце концов это станет его вечностью.

Покинуть опушку Шепчущей рощи оказалось непросто. Я провела на ней несколько часов, и каждое мгновение побуждало подождать еще немного. Наконец пришли Шепчущие. Они кружили словно призраки, улыбались и уверяли, что я могу остаться здесь навсегда.

«Мы защитим тебя, – говорили они. – Не верь тому, что слышала, Дева. В роще безопасно. Роща полна счастья и любви. Роща…»

Мне пришлось заткнуть уши, и, как только я сделала это, они исчезли, согласные позволить мне беспрепятственно насладиться атмосферой рощи.

Пэйша уснула в крепких объятиях Эзры, и, похоже, ей совсем не мешал его храп. Они выглядели такими умиротворенными и счастливыми вместе, что у меня защемило сердце, но в то же время моя решимость окрепла. Пэйша пришла ради нас с Орином. Но если копнуть глубже, то станет ясно, что и ради Эзры тоже. Даже если для этого пришлось оставить Квилл. Эзра – ее вечность. И он был прав. Каждое мое решение незаслуженно подвергало Пэйшу опасности.

Она должна вернуться к Квилл, и я пообещала ей, что найду способ. А до тех пор не допущу, чтобы с ней что-то случилось. Поэтому я оставила ее в крепких руках Эзры, зная, что никто не будет защищать и любить ее сильнее него. Большего я и пожелать не могла. Ей нужно насладиться этими мгновениями, пока есть возможность. Она их заслужила.

Казалось, лес за Шепчущей рощей стал холоднее и мрачнее. В тени деревьев прибавилось людей, вернее душ, имевших телесную оболочку. Они выглядели изможденными, держались на расстоянии. Не все они были одиноки. Но все молчали. Прохладный ветер не доносил ни одного приглушенного звука. Они боялись. Все. Да и мне стоило.

Но все же я направилась к замку, виднеющемуся вдалеке. Каждое мгновение давалось тяжело, будто именно оно знаменовало окончательное пленение Орина, тот миг, когда он больше не сумеет сопротивляться. Я бы ни за что не смогла заснуть в мшистой роще, зная, что тьма захватила моего мужа. Я пришла не ради безопасности. А ради него. Он мой. Свирепый, безжалостный и непоколебимый. Но мой.

Я думала, мне придется обыскать весь замок, чтобы найти Орина. Решила, что стерплю любые пытки на своем пути. Но когда он вышел из-за дерева, облаченный в черную мантию отца и окутанный тьмой, и посмотрел на меня глазами, полными ненависти, я поняла, что, пожалуй, совсем не готова к пыткам.