До самой смерти

53

Я и не знала, что Смерть способен утратить спокойствие, даже разозлиться. Я привыкла к его коварству, но, стоя перед вратами сегодня, затаила дыхание и задумалась, что означает этот решительный взгляд. Две адские луны освещали Смерть, словно прожекторы на сцене.

– Здравствуй, моя Деянира.

Я, как и всегда, промолчала, опустив глаза.

– В последнее время мой двор наводнили души, среди которых и мой тайный Лорд Смерти. Не желаешь ли объясниться?

Привкус крови, которая наполнила рот, когда я прикусила язык, – ерунда по сравнению с дрожью в руках.

Смерть приблизился ко мне, не сделав ни шага. Он попросту воспарил на призрачном ветру, подлетел и, схватив за лицо, вынудил посмотреть на него.

– Всему свое время – и играм, и правде. Ты заговоришь, иначе я заставлю, а потом вырву тебе язык. По слухам, вечность без голоса – жалкое существование.

Я судорожно сглотнула, чувствуя, как горло наполняет кровь.

– Сотни душ одним махом попали в мой двор, хотя никто не может назвать имя своего убийцы. Их не полоснули клинком по горлу в твоем фирменном жесте, они умерли от магии. Моей магии. И Икарий Ферн заверил, что ты знаешь имя убийцы. Скажи, кто обладает силой, которой должны быть наделены только избранные мною.

Я зажмурилась, ощутив прилив паники, когда осознала, о чем он. Оказалось, что Орин воистину обладал магией, дарованной самим Смертью, но удивительно не это. А то, что Смерть не догадывался об этом. И у меня были считаные секунды, чтобы бросить вызов единственному известному мне богу и защитить мужчину, который завладел моим сердцем.

– Назови мне имя, Деянира. Спрашиваю в последний раз.

Я стойко держалась, искривив губы в отвращении. Смерть мог навсегда забрать меня к своему двору, но я все равно не назвала бы имя Орина. Провела бы целую вечность в страданиях, но не выдала бы его.

Он прошелся острым ногтем по моей щеке и наклонился так близко, что, несомненно, увидел, как я дрожу. Однако не от страха, а от злости, потому что из всех богов с нами остался именно тот, кто был готов осыпать наш измученный мир страданиями ради собственного удовольствия. И какая разница, кто из смертных наделен способностью убивать, если Смерть все равно остается всесилен? Он даровал каждому жителю Реквиема по сотне лет бессмертия, но подчинил своей магии. Дева Смерти служила его обещанием уничтожить мир, если вновь разразится война. Зачем ему Орин? Зачем искать обладателя такой силы, разве что… Вероятно, магия Смерти была не безгранична.

Увидимся через несколько дней, моя красавица. У меня хорошее предчувствие.

Смерть разыскивал кого-то.

Я отшатнулась, едва меня настигло осознание. Он охотился за силой Орина.

– Я что-то вижу в твоих глазах, Деянира. Скажи мне, в чем дело.

Я отступила еще на шаг.

Смерть схватил меня за руку – я не успела даже шелохнуться – и, рывком притянув к себе, с наслаждением проворковал мне в ухо:

– Ты разочаровываешь меня в первый и последний раз. Может, тогда стоит начать с твоего ближайшего окружения?

– Нет! – вскрикнула я, пытаясь отстраниться. Но из объятий Смерти не было спасения, и его сила пронеслась по моей руке.

– Она разговаривает, – усмехнулся он.

Я вновь попыталась дать отпор, хотя даже не представляла, как вырваться из его хватки. Но это не имело значения, ведь мою ладонь опалила жгучая боль и на коже появилось названное мне имя. Имя, видеть которое будет невыносимо.

– Посмотри, Деянира.

Я не могла. Зажмурилась, чтобы он не увидел слез, и велела себе проснуться, но его хватка не ослабевала, а жар двора Смерти не отступал.

– Я не отпущу тебя, пока не увижу твое лицо. Не испытывай меня, дорогая. Я играю в эту игру гораздо лучше, чем ты.

Он мог схватить меня за горло и задушить. Мог проломить ребра и сжимать в руке сердце, пока я не почувствую, что его вырвали из ослабевшей груди. Но он этого не сделал. Все эти ощущения испытала я сама, когда рухнула на землю и прижала к себе обожженную ладонь, безумно страшась увидеть, кого из членов моей семьи выбрал Смерть.

– Посмотри, – велел он снова. Будто сила его слов сокрушила мою волю, я опустила взгляд на имя, и в тот же миг мое сердце разбилось вдребезги.

Орин Фабер.

Любовь всей моей жизни.

Мой муж.

Единственный, от чьей смерти мне никогда не оправиться. Мужчина, который нес меня на руках, теперь умрет от моих. Когда я посмотрела в красивое лицо Смерти, его исказила ужасающая улыбка. Он наслаждался болью, что разрывала мою душу.

– Спасибо, что разделила этот момент со мной, Деянира. До скорой встречи. – Он крепко схватил меня за плечо и поднял с усыпанной камнями земли. – У меня очень хорошее предчувствие.

А потом он исчез. Его двор погрузился во тьму, и мой сон развеялся.

Я ощутила прохладные простыни нашей постели. Пробуждение рядом с Орином придало уверенности, хотя по щекам тихо текли слезы. Я чувствовала, как он крепко обнимает меня за талию и размеренно дышит возле уха.

Орин.

Магия запульсировала. Легкий всплеск безумия помутил сознание, стоило мысленно произнести имя. Показалось, что меня стошнит от ужаса.

Так медленно, как только позволяло бешено колотящееся сердце, я встала с кровати, а потом помчалась по коридору, обливаясь слезами. Распахнула дверь в комнату Теи, подбежала к ней и стала трясти, чтобы разбудить. Я не сомневалась, что страх отчетливо написан на моем лице.

– Ты должна проснуться! – закричала я. – Должна спасти его. Я ничего не могу поделать. Ты должна помочь мне. Тея. Пожалуйста.

На миг заразившись моей паникой, она вскочила, резко сбросив одеяло. Но остановила меня взвешенно и невозмутимо.

– Остынь, Деянира.

Тея попыталась принести подобие покоя, но мне его было не достичь. Ни сейчас. Никогда.

– Смотри, – ответила я, сунув ладонь ей в лицо. – Ты должна запереть меня, Тея. Должна создать цепи с помощью магии. Что-то, из чего мне никогда не вырваться. Ты должна спасти его. Прошу.

– О боги, – прошептала она, поднося мою руку к маленькой лампе, чтобы рассмотреть имя.

Она замотала головой, встав с кровати, обняла меня, и ее глаза тоже наполнились слезами.

– Прошу, не делай этого, Деянира. Пожалуйста.

Ее слова и звучащая в них мольба пронзили мое сердце. Спустя столько времени она прекрасно знала, что у меня не было выбора, и все же ее слова ранили еще больше.

– Ты должна запереть меня! – закричала я снова. – Где-то, где он не найдет.

– Я не могу. Ни за что. Мы отыщем другой выход.

– Нет, – процедила я, оттолкнув ее сильнее, чем хотела. – Ты должна сделать это, если не хочешь стать свидетельницей его смерти.

– Если вы собрались разбудить весь дом, у вас почти получилось. – Пэйша зевнула, стоя на пороге. – В чем дело?

Но едва посмотрев мне в лицо, она опустила взгляд на Тею, которая держала меня за руку. А потом поняла. Поняла, словно мы ответили вслух.

– Есть только один способ спасти его, Пэйша.

Она кивнула.

– Нужно увезти тебя отсюда. Куда ты хочешь отправиться?

– Нет, – голос Теи сорвался. – Ты это не серьезно. Я не стану этого делать. Ты видела ее безумие, Пэй.

Пэйша подобрала сапоги Теи и бросила к ее ногам.

– Я уже потеряла любимого мужчину и, если бы могла занять его место, так бы и сделала. Одевайся, Тея. Мы уходим.

Тея послушно сунула ноги в сапоги и поспешила за нами к выходу, без конца шмыгая носом.

– Мы должны отправиться туда, где он даже не подумает тебя искать. А ведь он точно пойдет за тобой.

– В храм, – прошептала я. – Орин ненавидит храмы. Выбирай любой, мне все равно.

– Храм Эйрии. Тот, в котором растет дерево. Он знает, что случилось, когда ты была там в последний раз. Даже не подумает, что ты туда вернешься.

Я не сомневалась, что в нашем распоряжении всего несколько минут. Если Орин проснется и не увидит меня рядом, то пойдет за мной. Я нужна ему не только для исцеления, которое дает ему наша связь. Он любит меня. Я оглянулась на дом в последний раз. С каждым торопливым шагом я решала свою судьбу, а сердце напоминало, что Орин тоже мне нужен.

Но магия не стихала. В мыслях промелькнуло видение, в котором кинжал был приставлен к его горлу. Я моргнула несколько раз, силясь прогнать ее. Мы миновали границу леса, «Предел страданий» и развалины Сильбата. Вот что он натворил, чтобы добраться до меня в прошлый раз. Вот итог его отчаяния. Что станет с миром, когда я исчезну?

Перед уходом Тея заглянула в кузницу, чтобы забрать небольшую цепь, заявив, что будет проще, если есть с чего начать. Но не успели мы добраться до моста в Перт, как ей пришлось передать цепь Пэйше, чтобы нести по очереди. Пока мы бежали, Тея наращивала магией звенья и делала каждое неразрывным.

Дверь в храм так и осталась приоткрытой: скорее всего, Пэйша не раз приходила сюда в поисках следов Девы Жизни. Я остановилась на ступенях и напоследок окинула город взглядом, прежде чем войти за остальными. Растущая цепь Теи уже волочилась по земле.

Когда Пэйша побывала здесь не так давно, то клялась, что дерево в центре храма засохло, но сейчас, глядя на маленькие цветочки, усеявшие ветви, я бы никогда ей не поверила. Судя по узловатым корням, что взбирались по каменным стенам, и густой кроне, которая почти закрывала потолок, дерево продолжило жить. Возражало против присутствия смерти в храме Эйрии.

Будто поняв, что я задумала, магия зашипела в моем разуме, пожирая мысли, пока не осталась лишь одна – об Орине, стоящем передо мной. Я почти утонула в этих призрачных янтарных глазах, но Пэйша вдруг дернула меня за руку, возвращая в реальность.

– Ты уверена, что хочешь это сделать? – спросила она уже в третий раз.

Беги.

Взгляд, будто по собственной воле, устремился вдоль улицы, по которой мы подошли к зданию, и остановился на утреннем тумане за дверью храма. Я всеми силами противилась понуждению Смерти.

– Я должна. – В горле встал ком. – Сделай это сейчас же, Тея.

Она опустилась на колени, положив ладонь на первое звено цепи, а затем на пол. Достала молот и принялась за работу. Искры полетели во все стороны. Едва железо сомкнулось вокруг запястий, во мне пробудилась удушающая волна паники. Как далеко я смогу зайти? Каким станет мое будущее? Но это становилось неважным, стоило мне подумать о будущем Орина.

Подруги подошли ко мне, и Тея коснулась моей щеки ладонью. Ее жест напоминал о доверии, возникшем между нами.

– Цепи не порвутся. Чем больше будешь сопротивляться, тем крепче они станут, так что ты не сможешь ни освободиться, ни причинить себе вред в попытке вырваться. – Она неровно вздохнула, и по ее щеке скатилась слеза. – В итоге они прикуют тебя к полу.

За пеленой слез ее зеленые глаза сияли, словно изумруды. Она уже собиралась сказать что-то еще, но не произнесла ни слова.

Я вздохнула, чувствуя тяжесть всего мира на плечах.

– Мне жаль, что именно тебе пришлось это сделать. Если бы я могла избавить тебя…

– Нет. – Пэйша подошла ко мне и прижалась лбом к моему. – Не тебе извиняться, Дей. Твоя сила – проклятие, но мы найдем способ освободить вас с Орином. Клянусь.

– Только не говорите ему, где я. Пообещайте.

– Обещаем, – прошептала Пэйша.

Борись с ними. Сбеги.

Я уже с трудом вспоминала, что это не мои мысли. Быть может, их пробудила необратимость во взглядах Пэйши и Теи.

– Скажите Квилл… Я люблю ее.

– Скажем, – выдавила Тея сквозь рыдания.

– А когда он начнет угрожать, солгите. Делайте все, что сочтете нужным, но не забывайте, что Орин опасен. А в отчаянии опасные люди принимают безрассудные решения. Он не должен думать, что я страдаю, иначе разрушит все, что осталось от этого мира.

– Я справлюсь, – пообещала Пэйша. – Мы увидимся снова, Деянира. Клянусь.

Я уловила иронию в том, что попросила их солгать Орину ради меня, – так поступил и он когда-то. Я чувствовала себя чудовищем, но все же не видела иного выхода. Между Орином и его безвременной кончиной стояли только три женщины, которые отчаянно его любили, и цепи, что удерживали меня вопреки безумию.