У брата бывшего. В постели. Навсегда

Глава 53: Похороны вдовы — Абсолют черного и белого

Ваня стоял у самого алтаря. Сменив привычную форму на торжественный черный костюм ручной работы и шелковую рубашку в тон, он выглядел пугающе монументально. Ткань безупречно облегала его мощную фигуру, подчеркивая разворот плеч и узкую талию, но сам он казался застывшим изваянием. За прошедшую неделю Ваня страшно осунулся, его скулы стали острее, а в глубоко запавших глазах поселилась мертвая пустота. Темная щетина на подбородке лишь добавляла его облику дикой, несломленной суровости.

Рядом с ним, вцепившись в его огромную ладонь, стоял маленький Ленинград. Мальчик в миниатюрном черном костюмчике с белой маргариткой на лацкане из последних сил сдерживал слезы под суровым, предостерегающим взглядом Вани.

В центре зала возвышался роскошный хрустальный гроб. Он был пуст. Внутри, на белом атласе, одиноко покоились лишь оплавленный серебряный кулон и обрывок обгоревшей лакированной кожи. Тело Сони так и не удалось собрать воедино, и эта пустота в гробу зияла в душе Вани незаживающей, кровоточащей раной.

— Господин Ваня, генерал ждет вас в заднем зале для подписания документов о передаче прав на месторождения... — негромко шепнул на ухо Михаил, прерывая его забытье.

Ваня медленно повернул голову. Его взгляд, пустой и холодный, словно дно заброшенного колодца, заставил Михаила вздрогнуть. Кивнув и коротко коснувшись головы ребенка, Ваня направился вслед за помощником в сторону тайных комнат собора.

Но стоило ему скрыться в тени колонн, как тяжелые дубовые двери храма содрогнулись от глухого, мощного удара, будто пробудилось древнее чудовище.

Створки медленно разошлись, впуская внутрь ледяной вихрь со снегом и дождем. Гости невольно обернулись, чувствуя, как по спинам пробежал мороз.

В проеме, на фоне тусклого дневного света, показался призрачный силуэт. Это было инвалидное кресло, целиком обтянутое черной кожей, которое медленно толкал вперед массивный, свирепого вида телохранитель. В кресле сидела женщина в ослепительно белом, невероятно пышном подвенечном платье, расшитом жемчугом по канонам старинных обрядов. Её золотые волосы были высоко уложены, а лицо скрывала плотная белая вуаль, усыпанная сверкающими бриллиантами.

Среди траурной черной толпы это пятно абсолютной белизны резало глаза, словно вспышка магния. Это был незваный призрак, вернувшийся из самого ада, чтобы потребовать долги у живых.

Ваня замер в самом конце коридора. Его тело мгновенно окаменело, а сердце пропустило удар, прежде чем кровь бешеным потоком хлынула по венам. Тот самый знакомый до безумия аромат «холодной розы» пронзил пространство, безошибочно ударив в его чувства. Он смотрел на белую фигуру, его кулаки сжались до хруста, а пальцы впились в ладони так глубоко, что на свежем платке, который подал Михаил, мгновенно проступили алые пятна крови.