У брата бывшего. В постели. Навсегда

Глава 76: Отчаяние в огне и пришествие двуликого демона

Грохот —!

— Соня! — крик Вани (Ваня) был почти поглощен ревом пламени.

В это роковое мгновение он резко развернулся. Его мощное тело, словно вылитое из стали и испещренное шрамами, стало для Сони (Соня) единственным щитом. Он прижал её к бетонному полу, накрывая собой. Острый кусок арматуры полоснул его по спине, и алая кровь мгновенно пропитала натянутую черную тактическую майку, но он даже не вскрикнул. Его дыхание было тяжелым и прерывистым, широкая грудь яростно вздымалась, а в янтарных глазах, отражающих адское зарево, вспыхнуло безумное облегчение лишь тогда, когда он убедился, что женщина в его руках жива.

— Ваня... ты ранен, у тебя вся спина в крови... — голос Сони дрожал, в ушах всё еще стоял невыносимый звон. Она попыталась коснуться его спины, но её пальцы наткнулись на вязкое, обжигающее тепло — его кровь, пролитую ради её спасения.

— Не смотри. Закрой глаза, — Ваня властно прижал её голову к своей груди, влажной от пота и грохочущей от бешеного ритма сердца. От него исходил густой аромат пороха, крови и дикого, необузданного мускуса — единственный запах, дарующий Соне чувство безопасности в этом хаосе.

Однако не успели они прийти в себя после первого удара, как поверхность залива прорезали лучи мощных прожекторов, заливая руины ослепительно белым светом. Черная, как сама ночь, яхта разрезала густой туман. На её палубе, небрежно и властно, стоял человек в серебряной маске, держа на руках спящего младенца.

Ваня застыл. Поддерживая Соню, он медленно поднялся. Его лицо, обычно напоминающее холодную мраморную статую, исказилось от ярости и неверия, когда человек на палубе медленно снял маску.

Мужчина явил миру лицо, абсолютно идентичное лицу Вани. Лишь под левым глазом тянулся безобразный, темно-красный шрам, разрушающий его аристократическое совершенство. Это был его брат-близнец, Александр.

— Мой дорогой младший брат, так вот ради чего ты поставил на кон всё? — Александр холодно усмехнулся, его длинные пальцы с извращенным изяществом коснулись лица ребенка. — Ты предал Совет директоров ради женщины и даже пытался стереть меня, «мертвеца», из истории? Жаль тебя разочаровывать, но истинная тень семьи Лебедевых всё еще здесь.

Соня, не в силах дышать, переводила взгляд с одного мужчины на другого. Ваня сделал шаг вперед, его черные армейские брюки подчеркивали мощные линии его ног. Каждый его мускул был напряжен до предела, в глазах полыхала жажда уничтожения.

— Александр, отпусти ребенка, — голос Вани был хриплым и вибрирующим от сдерживаемой мощи. — Он — моя жизнь.

— Нет, он — мой лучший козырь, — Александр бросил ледяной взгляд на Соню, на её разорванное алое платье, и в его глазах промелькнула тень безумной жадности. — Подойди ближе со своей женщиной, Ваня. Или я отправлю этого маленького наследника прямиком к богу на твоих глазах.

Внезапно Ваня притянул Соню к себе и прошептал ей на ухо всего одно слово: «Живи». В ту же секунду он демонстративно отбросил свой пистолет в сторону. Соня вскрикнула, увидев, как наемники на палубе вскинули автоматы, но их стволы были нацелены не в грудь Вани, а прямо в сердце Сони.