У брата бывшего. В постели. Навсегда

Глава 59: Ласки на лезвии ножа — Трепет покорности

Свет в подземелье сменился на мертвенно-белый, режущий глаза. Красный огонек камеры в углу мигал с издевательской регулярностью, словно глаз циклопа, жаждущего крови. Из динамиков донесся возбужденный голос Виктора, в котором сквозило почти физическое наслаждение:

Пальцы Сони стали ледяными, как у мертвеца. Она смотрела на мужчину, который ради неё прошел через семь кругов ада. Ваня, подвешенный на цепях, вдруг тихо рассмеялся. В этом смехе не было страха — лишь пугающее, почти святое самопожертвование.

Соня дрожащими пальцами сжала холодную сталь скальпеля. Она подошла к нему, её белое, разорванное платье колыхалось в такт прерывистому дыханию. Она почти вплотную прижалась к нему, чувствуя жар его тела, даже в этом сыром склепе. Чтобы дотянуться до его груди, она была вынуждена сесть к нему на бедра, обвив его ногами для устойчивости. Тонкая ткань её платья не могла скрыть того, как перекатываются под ней стальные мускулы Вани.

— Прости меня... Ваня... — едва слышно выдохнула она, обжигая его шею своим дыханием.

Острое лезвие коснулось его кожи. Ваня издал протяжный, глубокий стон, в котором боль странным образом смешивалась с экстазом. Соня видела, как по его безупречной груди потекла первая струйка алой крови. Но в её глазах в этот миг вспыхнула холодная решимость. Под прикрытием этого кровавого ритуала, загораживая обзор камере своим телом, она не резала имя Виктора. Её рука, двигаясь с ювелирной точностью, перепиливала одно из ослабленных звеньев цепи, скрытое за спиной Вани.

Ваня мгновенно понял её план. Он мастерски подыгрывал ей, выгибаясь всем телом и издавая полные муки крики, которые на самом деле скрывали скрежет металла о металл. В этом хаосе боли и притворства Соня вдруг рванулась к его лицу, впиваясь в его губы отчаянным поцелуем, пропитанным привкусом железа и слез. Это был их прощальный пакт, их тайный заговор против самой смерти.

— Живи... Уводи ребенка... — прошептала она в его губы, прежде чем отстраниться.

Грохот! Дверь подземелья вылетела с петель от мощного удара. Виктор, разъяренный тем, что увидел в последний момент на мониторе, ворвался внутрь. Его лицо было багровым от гнева, а в руке он судорожно сжимал пульт:

Он с силой нажал на красную кнопку. Но вместо взрыва в больнице, весь пол подземелья содрогнулся от оглушительного удара сверху. Потолок начал осыпаться градом камней и пыли. Сквозь пролом, сверкая тактическими фонарями, посыпались бойцы Михаила. Ваня, издав первобытный крик ярости, одним мощным рывком окончательно разорвал подпиленную цепь. Но в этой неразберихе, среди серой пыли и криков, Виктор успел обхватить Соню за шею и, приставив нож к её горлу, потащил её в темный зев потайного туннеля.