Нелюбимая дочь виконта

Глава 1. Пир стервятников

Во дворце царило шумное веселье. Смех, звон бокалов, звуки арфы — каждый уголок был пронизан ликующим гулом празднества. Король Леандро, собрав узкий круг верных подданных, давал пир в честь победы над сартами — восточными варварами. Победы, больше похожей на поражение, забравшей жизни огромного числа жителей Давей.

Стоя за колонной в галерее, за всем происходящим наблюдала женщина.

Ей было около тридцати, но изуродованное шрамами лицо излучало усталость, не свойственную даже дряхлым старухам. Глаза походили на иссохшую пустыню, в их глубине таился мрак. Невидимая, словно призрак, она смотрела на ликующих стервятников.

Её грубые пальцы впивались в холодный камень. Простая шерстяная ткань поношенного серого платья висела на нескладной худой фигуре, как мешок.

Алита Дагмара — «соломенная королева», год назад вернувшаяся из десятилетнего заточения в женском монастыре Блаженной Илии, — с ужасом наблюдала за происходящим в банкетном зале.

Там, в центре всеобщего внимания, находилась та, кого она меньше всего ожидала увидеть, — её сводная сестра. На первой красавице Давей, Элизе Дагмара, было белоснежное платье из дорогой парчи. А рядом, как охраняющая её тень, стоял пока ещё муж Алиты — король Леандро.

Его рука властно обнимала Элизу за талию. Жест слишком интимный для простых зятя и свояченицы.

Свою жену, законную дочь виконта Дагмара, этот мужчина долгих одиннадцать лет держал взаперти: сначала в захолустном монастыре, затем в отдалённых покоях дворца. А на плод измены смотрел с такой трепетной нежностью, какой Алита никогда в нём не замечала.

Никаких сомнений — эти двое обманщиков уже давно находились в близких отношениях.

До чего же она была слепа…

Ненависть, похожая на яд, разъедала женщину изнутри, пока она смотрела, как некогда любимый муж что-то шептал на ухо её некогда любимой сводной сестре, а та заливалась в ответ фальшивым кокетливым смехом.

— Ваше величество, просим тост, — обратился к Элизе, как уже к полноправной королеве, один из молодых министров.

Леандро кивнул. Его довольный взгляд заскользил по залу и на мгновение задержался на ведущем в галерею тёмном проёме. В глазах блеснул холод. Алита замерла, но не отвернулась. Заметив на его губах насмешливую улыбку, женщина гордо задрала подбородок.

Ну и что, что она нарушила приказ и покинула покои? Что он ей сделает? Убьёт? Так ей давно опостылела такая жизнь.

Развернувшись, она направилась к выходу из дворца, собираясь прогуляться по королевскому саду. Но не успела сделать и пары шагов, как её окружила стража. Командовала ими Элиза. На лице сестры сияла торжественная улыбка.

— Схватите её и отведите вглубь сада, — приказала она стражникам. — Король желает завершить праздник… принеся небесам жертву. Давей давно пора избавиться от опозоренной королевы.

Алиту схватили под руки. Она не сопротивлялась. Что толку? Её тело было истощено издевательствами и голодом. Только разум оставался цел, но много ли от него толку?

Как и было велено, её выволокли в центр сада, где уже установили столб, вокруг которого были сложены ветки, щепки и тонкие сучья.

Те несколько придворных, что ещё недавно веселились в банкетном зале, сейчас с любопытством смотрели на жуткую картину. Их разгорячённые лица были искажены уродливыми гримасами.

Алиту привязали к столбу. Сухое дерево впилось в спину сквозь ткань платья. Рядом раздался звонкий шёпот Элизы:

— Ты правда думала, что Леандро любил тебя, такую уродину? Для того чтобы занять трон, ему нужна была за спиной сила Южной армии, которую возглавлял твой дед по материнской линии, а после него — твой родной дядя. Только поэтому он и женился на тебе, мерзкой страшиле. А потом, сразу после свадьбы, с моей помощью, разнёс по стране слух о твоей измене с конюхом. Пока ты мерзла и голодала в монастыре, я занимала твоё место, помогая твоему мужу добывать корону. Сейчас и трон, и обе армии Давей в руках Леандро. Уже завтра я стану его королевой. А ты… умрёшь. Так же жалко, как до этого умерли твоя немощная мать со всей её семьёй и твой брат.

Алите впервые за долгое время изменила выдержка. Тело дрогнуло, словно его пронзила ударившая с неба молния.

Они убили всех её родных, а она ничего не подозревала, придумывая бессмысленные оправдания. Мать отравилась несвежими морепродуктами, на брата Финна напали разбойники, а род легендарного генерала Ховарда Боше, её деда по матери, взбунтовался против заключения любимой внучки в монастыре и предал страну.

Живым и здоровым из этой истории вышел только ее отец — виконт Дагмара, мачеха и она… сводная сестра — семейка предателей.

Алита горько усмехнулась.

Обвинение в прелюбодеянии тоже было частью их заговора. Но мягкая и доверчивая по своей природе, она слишком поздно это поняла.

— Народ любил тебя, Алита, — звонко воскликнула Элиза, обращаясь к присутствующим. — Но измену не прощают. Давей нужна добродетельная королева. Этот огонь очистит твою душу.

Она поднесла факел к хворосту. Сухие прутья с треском вспыхнули.

— Прощай, сестра!

Быстро разгоравшийся огонь освещал её прекрасное, бесчеловечное лицо.

Первые языки пламени лизнули ноги Алиты. Боль, острая и всепоглощающая, пронзила всё её существо. Запах гари, палёных волос, собственной горящей плоти внезапно принёс ледяную ясность.

Она подняла голову, сквозь дым и жар впиваясь взглядом в стоявших рука об руку и наблюдавших за её агонией фигуры мужа и сводной сестры.

Из горла вместо крика вырвался тихий, хриплый звук:

— Клянусь пеплом моей матери и костями моего брата — в следующей жизни я заставлю вас заплатить кровью.

Зрачки женщины окрасились в багровый цвет, вобрав в себя отблески костра. Пламя взметнулось выше, поглощая тонкую фигуру.

Боль отступила, сменившись леденящим холодом. Последнее, что увидела Алита, — это бледное, вдруг исказившееся не то от страха, не то от ярости лицо Элизы.

Вскоре её сознание поглотила темнота.

Знакомый запах степного цветка ворвался в ноздри. Помнится, он намертво пропитал её девичью комнату в особняке виконта Дагмара. Аромат, который она не чувствовала с восемнадцати лет.

Алита резко дёрнулась и открыла глаза.