Нелюбимая дочь виконта

Глава 19. Две старухи

У задних дверей особняка Алите и ее горничной преградили дорогу две внушительного вида старухи. Девушка сразу их узнала. Это были Марта и Бесс — старшие служанки, лично приставленные Хлоей следить за «безопасностью и покоем» младшей дочери виконта Дагмара.

— Куда это вы собрались, мисс Алита? — сиплым голосом проскрипела Марта, скрестив руки на массивной груди. — Вам бы покой соблюдать. Лекарь велел не беспокоить раны.

Говорила она вроде бы вежливо, но глаза нахально скользнули по скрытому вуалью лицу хозяйки. Лишь поймав её потемневший взгляд, старуха натянула улыбку.

— Да-да, — тут же подхватила Бесс. В ее голосе звенела откровенная насмешка. — Мадам приказала, чтобы вы без ее личного разрешения никуда не отлучались. Волнения вам вредны.

Обе старшие служанки не боялись Алиту. За годы жизни под одной крышей у них сложилось о ней стойкое впечатление как о глупой и безропотной девчонке. Еще до прихода в особняк виконтесса ясно дала понять: их истинные хозяйки — только она и ее дочь Элиза. Больше никому здесь они не должны подчиняться.

Алита почувствовала, как за ее спиной напряглась Милли.

— Уйдите с дороги, мисс собирается на прогулку, — выступила вперед горничная. — Лекарь рекомендовал ей часто бывать на свежем воздухе.

— Не выдумывай, — фыркнула Марта, даже не удостоив девушку взглядом. — Возвращайтесь обратно. Мадам — хозяйка этого дома. Ее приказы не обсуждаются.

Их тон не оставлял никаких сомнений — эти старухи наслаждались своей властью над бесправной и изувеченной девушкой. Видя, как безразлично к ней относится сам виконт, служанки были уверены, что бы ни случилось — они останутся безнаказанными.

Милли сделала еще один шаг вперед, ее щеки покраснели от возмущения.

— Как вы смеете так разговаривать с законной дочерью виконта Дагмара?! Пропустите немедленно!

Бесс язвительно рассмеялась.

— Законная дочь виконта? С этой тряпкой на лице на людях показываться должно быть стыдно. Сидели бы у себя в комнате, мисс, не позорили бы род.

Слова, словно отравленные иглы, впивались в Алиту, но не находили отклика. Такими пустяками ее было уже не пронять. Девушка медленно выпрямилась. Ее хрупкая фигура вдруг наполнилась скрытой силой. На служанок упал ее холодный, оценивающий взгляд.

— Простые слуги смеют преграждать путь хозяйке? Еще и вслух обсуждают ее внешность? — ее голос звучал спокойно, но с такой металлической твердостью, что у обеих женщин невольно вытянулись лица. — Вот, значит, чему вас учит виконтесса?

— Нам отдали приказ, мы его выполняем, — нахмурилась Бесс, пытаясь сохранить остатки самообладания.

— Вы, кажется, забыли, с кем разговариваете, — едва заметно усмехнулась Алита. — Забыли, чья кровь течет в моих жилах. Интересно, понравится ли моему деду, генералу Боше, что его единственную внучку держат в заточении, как преступницу, и при этом нагло оскорбляет собственная прислуга. Смахивает на настоящий мятеж.

Имя «Боше», да еще и в сочетании со словом «мятеж» прозвучало, как удар хлыста. Марта резко побледнела, а Бесс беспокойно заерзала.

— Мы ничего подобного… — залепетали обе. — Так велела мадам…

— Велела? — холодно рассмеялась Алита. — А вы уверены, что моя мачеха обладает достаточным влиянием, чтобы спасти вас от гнева генерала? Как по мне, первыми, на кого она укажет пальцем, чтобы оправдать себя, будете вы — две отбившиеся от рук служанки.

— Тут и двадцати палок будет мало, а больше вы не выдержите, — смело подхватила ее слова Милли.

Обе старухи затряслись и разом отпрянули к стене, прижимаясь спинами к прохладному камню.

— Мисс, мы ни в чем не виноваты. Это все мадам…

— Мы сейчас выйдем за ворота, — голос Алиты опустился до шепота, от которого по коже служанок побежали мурашки. — Если вы посмеете доложить об этом мачехе или попытаетесь мне помешать, то мой дед узнает, как две уличные крысы издеваются над его внучкой и держат ее взаперти, попирая память его покойной дочери. Поверьте, тогда вас уже никто не спасет. Даже ваша драгоценная «мадам».

Воздух, казалось, застыл. Было слышно, как тяжело дышит Марта и как стучат зубы у Бесс. Их наглое самодовольство испарилось без следа, сменившись животным страхом.

Обе были мелкими сошками, и Алита блестяще сыграла на их главном страхе — страхе перед силой, которая была неизмеримо выше их понимания.

Все знали, что бывшего генерала Южной армии поддерживал сам король. Какой бы хитрой ни была виконтесса, реши он их наказать, она не сможет ничего сделать.

— Мы… мы ничего не скажем, мисс, — просипела Марта, опуская голову.

— Разумеется, нет! — тут же заискивающе подхватила Бесс. — Просто… прогуляйтесь, мисс. Подышите воздухом. Мы… мы вас не видели.

Алита медленно кивнула, всем своим видом показывая, что принимает их капитуляцию как нечто само собой разумеющееся. Не удостоив их больше взглядом, она вместе с горничной направилась к стоянке экипажей.

Глядя ей в спину, дрожащие от страха старухи не находили себе места. Куда подевалась та глупая и зажатая девчонка, которую они знали? Что за бес в нее сегодня вселился?