Нелюбимая дочь виконта

Глава 106. Дом Сигрит

Экипаж семьи Дагмара медленно отдалялся от торгового квартала. За окном сгущались сумерки. Дела были улажены наилучшим образом. После того как приглашенный нотариус заверил бумаги, Алита стала полноправной владелицей швейной мастерской.

Госпожа Конф пересчитывала семьсот золотых бумаг дрожащими руками. В ее глазах стояли слёзы. Женщина не могла поверить в своё счастье. Положение ее мастерской было шатким — она даже подумывала уволить швей и закрыться. А теперь мало того, что появились деньги для приданого единственной дочери, так ее еще и обещали сделать полноправным партнером. Без всяких вложений. О таком она раньше не смела и мечтать.

Когда обсуждали перепланировку мастерской, госпожа Конф упомянула, что её кузен занимается строительным делом. Золотые руки — такие в столице днём с огнём не сыщешь. Решили немедленно привлечь его к работам: расширить зал с готовыми платьями, увеличить число примерочных, пробить арку и многое другое.

Под конец заговорили о новом названии. Старое — «Платья от Конф» — более не годилось. Алита, не задумываясь, произнесла вслух то, что давно зрело в сердце:

— «Дом Сигрит».

Госпожа Конф удивлённо вскинула брови, но девушка не стала вдаваться в подробности. Лишь улыбнулась под вуалью и сказала, что с таким названием их салон привлечёт больше представительниц благородных семей.

На прощание управляющая поклонилась так низко, как не кланялась, наверное, ни одному благодетелю за всю жизнь. Уезжая из мастерской вместе с бумагами, Алита удовлетворённо отметила про себя, что первый камень в основание ее безбедного будущего наконец заложен. Деньги больше не станут проблемой. Можно будет полностью сосредоточиться на ее главной цели — мести тем, кто этого заслужил.

Вскоре экипаж въехал в ворота особняка виконта Дагмара. Порядком устав за день, Алита сразу поднялась в свои покои. Милли помогла ей переодеться и подала остатки раздобытого на кухне ужина. Оставшееся до сна время Алита посвятила размышлениям.

Праздник середины лета, поездка с Элизой за город, разбойники…

Девушка прокручивала в голове каждую деталь прошлого, каждую ошибку, которую ни за что нельзя было повторять. План вырисовывался медленно, но в конце концов обрёл четкие очертания. Засыпала Алита с холодной улыбкой на губах.

Утро началось с неожиданного визита.

— Мисс Алита, к вам тётушка Остин, — доложила Милли, внося в комнату поднос с завтраком. — Говорит, по важному делу.

Алита удивлённо приподняла бровь.

Старшая служанка была в особняке виконта Дагмара фигурой особой. Она прислуживала ещё первой виконтессе, а после её смерти быстро переметнулась на сторону Хлои и долгие годы почти не появлялась в поле зрения Алиты, предпочитая держаться поближе к новым хозяевам.

— Пусть войдёт, — коротко бросила девушка, делая глоток чая.

В комнату вплыла полная женщина в накрахмаленном переднике. На лице её застыло выражение подчёркнутого почтения. Однако в глазах читалась снисходительность, с какой прислуга обычно смотрит на нелюбимых хозяевами детей.

— Доброе утро, мисс Алита, — улыбнулась она. — Через два дня праздник середины лета. В особняк пригласили швею. Она ожидает внизу, чтобы снять с вас мерки для нового платья. Мадам замолвила за вас словечко перед его милостью, и он дал своё дозволение.

Алита чуть заметно усмехнулась под вуалью.

Мачеха замолвила словечко? Интересно, с какой целью? Чтобы выставить напоказ свою «заботу» о падчерице? Или чтобы лишний раз подчеркнуть, что всё в особняке теперь зависит от неё?

— Спасибо, тётушка Остин, — ровно ответила Алита, отставляя чашку. — Матушка проявляет заботу — это похвально. Однако к сёстрам в нашем доме отношение должно быть равным. Потрудитесь проводить швею к Элизе. Всё же она старшая из нас, пусть с неё первой снимут мерки. Думаю, отец был бы со мной согласен.

Служанка на мгновение опешила. Она привыкла, что младшая дочь виконта не смеет перечить и молчаливо исполняет всё, что ей велят. А тут вдруг — такой спокойный и уверенный тон, больше похожий на распоряжение, чем на просьбу.

На лице тётушки Остин мелькнуло недовольство. Она не привыкла, чтобы ею командовали те, кого она считала пустым местом.

— Я всего лишь служанка, мисс Алита. Самовольничать не смею, — бросила она небрежно. — Моё дело — донести до вас милость виконта и виконтессы, а уж как вы распорядитесь…

Она замолчала, ожидая оправданий и извинений.